Деньги на свадьбу

— Невеста решила, что твой внук дойная корова, а ты с сыном — спонсоры. Деньги давайте, а сами на свадьбу не приходите.

— Вот именно! А что делать?

— В твои годы верить легкомысленным девицам стыдно! Его невеста просто не хочет, чтобы ты видела, как она твои деньги тратит. Небось уже прикинула, сколько на шмотки отложить можно.

Я десять лет откладывала с пенсии на чёрный день, как говорила мама.

Внук звонил вчера вечером.

— Бабуль, я женюсь! Катю мою помнишь? Ну ту, что в прошлом году на дачу приезжала…

Помнила. Длинноногая девица с накрашенными ресницами и вечно недовольным лицом. Всё время в телефон пялилась, даже когда я пирожками с капустой пыталась её угостить.

— Помню, внучек. Поздравляю от души, — сказала я тогда. — Когда свадьба?

— Через месяц! Катя хочет быстрее всё устроить. Говорит, осенью все красивые площадки заняты будут.

Я кивнула в трубку. Понятное дело, молодые всегда торопятся. Сама в своё время рано выскочила замуж. Правда, мы просто расписались в загсе, накрыли стол дома на восемь человек.

— А денежки у вас есть на торжество? — спросила я осторожно.

Андрюшка замялся.

— Ну… в общем… Катя говорит, что родители должны помочь. Они же меня растили, значит, и свадьбу оплачивать должны. А ты… ты же тоже семья.

Вот тут я и поняла, к чему он клонит. Мой Володька после развода еле концы с концами сводит, алименты платит бывшей жене. А я на пенсии сижу уже десятый год, каждую копейку считаю.

— Сколько надо, внучек?

— Катя прикинула… триста тысяч хватит. На ресторан, платье, фотографа…

У меня дыхание перехватило. Триста тысяч! Но ведь это мой родной внук, единственный.

— Хорошо, Андрюшенька. Найдём деньги. Только пригласительные не забудьте прислать.

Он опять замялся.

— Тут такое дело, бабуль… Катя хочет свадьбу в европейском стиле устроить. Только самые близкие. Родители жениха и невесты, свидетели. Говорит, бабушки и дедушки на таких мероприятиях будут смотреться неуместно.

Я трубку чуть не выронила.

— То есть как это неуместно?

— Ну, она объясняла… Современные свадьбы другие. Молодёжные. А пожилые люди не вписываются в концепцию.

Концепцию! Я фыркнула. В свои годы впервые услышала такое словечко.

— Понятно, — сказала я спокойно. — Деньги дам, а на свадьбу не приду. Так получается?

— Бабуль, не сердись! Мы потом отметим в семейном кругу.

Я положила трубку и пошла на гостиную. Достала шкатулку и вынула деньги.

Люська

На следующий день я пошла к своей соседке по лестничной площадке. Она всегда могла дать дельный совет. Правда, советы у неё были такие, что после них либо всё налаживалось, либо вообще кошмар начинался. Третьего не дано.

Люська открыла дверь в халате и с бигуди на голове:

— Зинка! Чего такая мрачная? Кто помер?

— Типун тебе на язык! Никто.

Она затащила меня на кухню, поставила чайник. Люська была на три года моложе, но выглядела старше.

— Рассказывай, что стряслось.

Я выложила всю историю с внуком и его невестой. Люська слушала, кивала, иногда цокала языком.

— Девочка решила, что твой Андрюшка дойная корова, а ты с сыном — спонсоры. Деньги давайте, а сами идите лесом.

— Вот именно! А что делать?

— А ты, Зинка, прикидываешься?

— Ничего я не прикидываюсь, с чего это?

— Да с того, что в твои годы веришь в европейские свадьбы и неуместных бабушек. Эта Катька просто не хочет, чтобы ты видела, как она твои деньги тратит. Небось уже прикинула, сколько на шмотки отложить можно.

Я задумалась. А ведь она права. Девица хитрая, сразу видно было. И Андрюшка у неё под каблуком сидит.

— Но что теперь делать? Деньги обещала.

— Обещала, значит, дай. Только с условием.

— С каким условием?

Люська ухмыльнулась.

— Скажи, что деньги дашь только в день свадьбы. Лично в руки. А если не пригласят, то и денег не будет.

— Но они же откажутся!

— Не откажутся. Жадность пересилит. А уж на свадьбе я им такое устрою, что мало не покажется.

— Ты? А причём тут ты?

— Да при том, что без меня никуда не денешься. Я поеду с тобой. Скажешь, что не можешь одна деньги везти, боишься. А я буду рядом и посмотрю, на что эта змеюка твои кровные решила потратить.

Я представила, что будет, если Люська попадёт на эту самую европейскую свадьбу. Она же там всех перессорит за первые полчаса.

— Люсь, может, не надо? Всё-таки внук…

— Спустишь на тормозах, потом всю жизнь будешь у этой особы прислуживать. Детей понарожают, квартиру потребуют, машину. А ты всё будешь давать и извиняться, что живёшь ещё.

Я помолчала. Люська говорила жёстко, но справедливо.

— Ладно, — сказала я наконец. — Звонить буду.

Разговор с внуком

Вечером я позвонила внуку. Он ответил не сразу.

— Привет, бабуль. Как дела?

— Всё нормально. Я насчёт денег хотела поговорить.

— А! Ну да, конечно. Катя уже всё распланировала. Можешь завтра перевести?

— Завтра не могу. И вообще переводить не буду.

— Как это не будешь? — встревожился он.

— А так. Деньги дам в руки в день свадьбы. Лично молодожёнам.

— Бабуль, но мы же говорили…

— Ничего мы не говорили про то, что я деньги заранее должна отдавать. Боюсь я с такой суммой одна ездить. Подруга моя, Люда, поедет со мной. Для безопасности.

— Какая ещё Люда?

— Соседка моя. Хорошая женщина, умная. Говорит, что обязательно на свадьбе познакомиться с невестой хочет.

В трубке послышались приглушённые голоса. Андрюшка, видимо, с Катей совещался.

— Бабуль, а может, папа деньги привезёт? Он же мужчина, ему нестрашно.

— Твой папа работает. У него выходных нет. А у меня есть. Так что: либо я с подругой приезжаю, либо денег не будет.

Опять шёпот в трубке. Потом Андрюшка вздохнул:

— Ладно, бабуль. Приезжайте. Но только… Катя просит вас нормально одеться. Не как на деревенскую свадьбу.

— Не учи учёного, внучек. Одеваться я умею.

После разговора я сразу побежала к Люське. Она как раз лак на ногти наносила, ярко-красный.

День свадьбы

Свадьба должна была быть на субботу в каком-то модном ресторане в центре города.

Я встала в шесть утра, хотя торжество начиналось только в шесть вечера. Волновалась, как перед экзаменом.

Люська явилась в десять утра уже при полном параде. На ней был тёмно-синий костюм с блестящими пуговицами, туфли на небольшом каблуке и сумочка, расшитая бисером.

Волосы уложены в высокую причёску, губы накрашены в тон туфлям.

— Как я выгляжу? — спросила она, поворачиваясь передо мной.

— Как королева, — честно ответила я. — Только не слишком ли нарядно?

— Самое то. А ты готова?

Я посмотрела на себя в зеркало. Чёрное платье с белым воротничком, жемчужные серьги, скромные туфли. Выглядела прилично, но рядом с Люськой — как серая мышка.

— Готова.

Мы сели в такси. Деньги лежали у меня в сумочке. Триста тысяч рублей.

По дороге Люська инструктировала меня:

— Главное, Зинка, держись спокойно. Не оправдывайся, не извиняйся. Пришли по делу, деньги привезли. А уж если эта твоя Катька рот раскроет, я ей такое скажу, что она надолго замолчит.

— Может, всё-таки мирно попробуем?

— Мирно — это когда тебя уважают. А когда используют, тут нужны другие методы.

Ресторан оказался действительно фешенебельным. Мраморные колонны, хрустальные люстры, официанты в белых рубашках. Мы подошли к администратору.

— Мы на свадьбу Петровых, — сказала я.

Девушка посмотрела в список.

— Вас здесь нет.

— Как это нет? — возмутилась Люська. — Я бабушка жениха. С подарком пришли.

— Сейчас уточню, — администратор куда-то позвонила. Через минуту появился Андрюшка.

Внук выглядел растерянным в своём новом костюме. Галстук сидел криво, лицо красное от волнения.

— Бабуль, привет! — он неловко обнял меня. — А это, значит, твоя подруга?

— Людмила, — представилась Люська, протягивая руку. — Очень приятно познакомиться с женихом.

Андрюшка пожал её руку и оглянулся по сторонам.

— Проходите, конечно. Только… Катя немного волнуется.

— А мы не ожидали, что нас не ждут, — парировала Люська. — Но ничего, разберёмся по ходу.

Знакомство с невестой

Катя сидела за столом в белом платье, которое, наверное, стоило как трёхкомнатная квартира. Волосы уложены в сложную причёску. Рядом с ней сидели родители, тоже при полном параде.

— Катенька, — позвал Андрюшка, — это моя бабушка и её подруга.

Невеста подняла глаза и окинула нас оценивающим взглядом. Улыбка у неё была такая же натянутая, как у манекена на витрине.

— Здравствуйте, Андрей говорил, что вы не сможете приехать.

— Смогли, — ответили мы с Люськой одновременно.

Я достала из сумочки конверт с деньгами.

— Вот, внучек, наш подарок молодожёнам. Желаю счастья и любви.

Катя протянула руку к конверту, но я его не отдала.

— Принято дарить подарки во время торжественной части. Когда все гости соберутся.

— Все уже собрались, — сказала Катя сухо.

Я оглядела зал. За столом сидело человек десять. Родители жениха и невесты, несколько молодых людей, которых я не знала.

— А где же остальные родственники? — спросила Люська невинно. — Дяди, тёти, двоюродные братья?

— У нас камерная свадьба, — ответила Катя. — Только самые близкие.

— Понятно, — кивнула Люська. — А мы, значит, не самые близкие, и вам только наши деньги нужны?

Катя покраснела, но ничего не ответила. Андрей сразу заёрзал на стуле.

— Люда… то есть, Людмила Петровна, давайте не будем…

— Не будем что? — спросила Люська. — Говорить правду? Хорошо, не будем. Лучше расскажите, на что деньги тратить собираетесь.

Катя переглянулась с родителями.

— На свадебные расходы, естественно.

— На какие именно? — не унималась Люська. — Платье уже куплено, ресторан оплачен. На что ещё?

— На медовый месяц, — вмешалась мать невесты. — Молодые хотят съездить в Европу.

— Ах, в Европу! — восхитилась Люська. — А почему не в Сочи? Или в Анапу? Там тоже красиво.

— Мы хотим увидеть мир, — заявила Катя. — Расширить кругозор.

— Кругозор — это хорошо, — согласилась Люська. — А за счёт пенсионерки расширять кругозор — это как?

Воцарилась неловкая тишина. Катя смотрела на нас с плохо скрываемой злостью.

— Может, всё-таки торжественную часть начнём? — предложил кто-то из гостей.

— Конечно, — сказала я. — Мы как раз за этим и пришли.

Тосты и откровения

Тамада оказался молодым парнем с модной причёской. Он начал со стандартных поздравлений, потом предложил гостям произнести тосты.

Первыми выступили родители невесты, потом Володька, мой сын. Он говорил коротко и сумбурно, видно было, что нервничает.

Когда дошла очередь до меня, я встала и подняла бокал:

— Дорогие молодожёны, желаю вам счастья, понимания и уважения друг к другу. Пусть ваша семья будет крепкой, а дом — полной чашей. И помните: семья — это не только права, но и обязанности.

Я хотела сесть, но Люська толкнула меня локтем.

— А теперь пусть невеста тост скажет. За бабушку жениха, которая так щедро одарила молодую семью.

Катя нехотя встала.

— Спасибо, конечно, за… за поддержку. Мы очень ценим… заботу старшего поколения.

— Заботу! — повторила Люська. — Красиво сказано. А как вы эту заботу цените на деле?

— Что вы имеете в виду? — насторожилась Катя.

— Да так, интересуюсь. Бабушка на свадьбе не нужна, а деньги бабушкины нужны. Как-то странно получается.

Катя побледнела.

— Мы не говорили, что бабушка не нужна…

— А что говорили? — не отставала Люська. — Что пожилые люди не вписываются в концепцию? Это я правильно поняла?

Андрюшка попытался вмешаться.

— Давайте не будем при всех…

— При всех так при всех, — отрезала Люська. — Пусть гости знают, какая у них невеста. Деньги берёт, а благодарности не знает.

Катя вскочила со стула.

— Да кто вы такая, чтобы мне указывать? Мы не просили вас приходить!

— Не просили? А деньги просили! Знаете, сколько пенсионерка копила эти деньги?

— Мне всё равно! — выкрикнула Катя. — Если она даёт, значит, может дать. А если не может, нечего было предлагать!

В зале воцарилась звенящая тишина. Даже тамада куда-то отошёл.

Я медленно встала и спрятала конверт обратно в сумочку.

— Спасибо, Катенька. Всё поняла.

— Куда вы деньги убираете? — встревожилась она.

— А туда, откуда достала.

— Но вы же обещали!

Катя заметалась между мной и родителями.

— Так нельзя! Мы уже всё распланировали! Путёвки купили!

— Это ваши проблемы, дорогая, — сказала Люська. — Надо было мозги включать раньше.

Катя развернулась к Андрею:

— Скажи что-нибудь! Это же твоя бабушка!

Внук сидел красный как рак и молчал. Видно было, что он разрывается между женой и семьёй.

— Бабуль, — пробормотал он наконец, — может, поговорим дома?

— Дома поговорим, — согласилась я. — А пока прощаемся. Люська, идём.

Мы направились к выходу. За спиной слышались возмущённые голоса, но я не оборачивалась.

Последнее слово

У выхода нас догнал Андрюшка:

— Бабуль, постой! Давай разберёмся спокойно.

— Разбираться поздно, внучек. Всё уже ясно.

— Да что ясно? Катя просто волновалась, наговорила лишнего…

— Наговорила то, что думает. А думает она, что я кошелёк на ножках. Дай денег и иди домой. Удобно, правда?

Андрюшка опустил голову:

— Я не хотел, чтобы так получилось…

— Знаю, что не хотел. Но получилось. И теперь выбирай: либо наглая жена, либо семья. Третьего не дано.

— Это же глупо! Почему нельзя всем дружить?

— Потому что твоя жена дружить не умеет. Она только приказывать умеет и деньги тратить.

Люська кивнула.

— Мальчик, запомни: если женщина с самого начала показывает характер, потом только хуже будет. Сейчас родителей не уважает, завтра тебя, а послезавтра в другому уйдет.

Андрей посмотрел на нас растерянно, потом на ресторан, где его ждала разгневанная жена.

Мы дошли до остановки молча. Люська первая нарушила тишину:

— Зинка, а ты молодец. Характер показала.

— Да какой там характер… Жалко мне внука. Попал парень в переплёт.

— Попал, да не безнадёжно. Ещё всё может измениться.

Автобус подъехал быстро. Я села у окна и смотрела на магазины, которые проплывали мимо.

— Люська, а правильно мы поступили?

— Правильно, Зинка. Иначе всю жизнь кормить их пришлось бы.

Я кивнула и прижалась лбом к прохладному стеклу. Может, Люська и права.

А может, я просто старая упрямая баба, которая не хочет меняться. Время покажет.