— Ир, да меня самого уже это все достало, но что я сделаю? Это же мама, да и потом – ей одиноко после того, как отца не стало, вот и ищет внимания и помощи.
Нам же несложно потерпеть немного, верно?
Немного Ира уже потерпела. Но «немного» грозило растянуться в «до конца дней Евгении Петровны», а там цифра могла быть немаленькой, вплоть до нескольких десятилетий.
Иногда о том, что в семье есть какие-то проблемы, не узнаешь, пока в силу изменившихся обстоятельств эти проблемы не валятся тебе на голову.
В этом на своем личном опыте убедилась Ирина, когда не стало ее свекра.
Нельзя сказать, что его уход в лучший мир стал для Иры ударом, поскольку особой близости с семьей мужа у нее не было.
Да, общались по празникам, да, она приезжала вместе с Игорем и маленьким сыном Алешкой к ним на дачу на выходные, да, порой помогала свекрови накрывать на стол или по-мелочи чем помочь на огороде, но все равно дружбы между поколениями у них не случилось.
Наверное, потому, что родители мужа были друг у друга, вот и не было им особого дела до невестки.
Да и Ира с ее характером не особо-то и к своей родной семье тянулась – так, созванивалась с матерью раз в неделю, чтобы узнать новости и о том, что у той все хорошо.
Так что уход Владимира Павловича для нее большой бедой не стал.
Нет, она утешала уб..того горем супруга, как могла, помогала с организацией всех сопутствующих мероприятий такой же уб..той свекрови, но не испытывала по этому поводу никакой глубокой скорби.
И не ждала никаких изменений в их с Игорем жизни.
Да только эти изменения буквально в течение года после произошедшего с Владимиром Павловичем начали сыпаться на них, как из ведра.
Сначала были вещи хоть и не особо приятные, но понятные и в чем-то приемлемые.
Так, например, Игорь сообщил, что в отпуск они в этом году не поедут, потому что мама хочется перебраться к ним поближе, а значит – он будет занят помощью с переездом и продажей квартиры.
Ира, конечно, расстроилась, но спорить не стала.
Даже со своей стороны предложила и оказала помощь. Тогда же и стала свидетелем весьма неприятного поведения свекрови.
Верней, нескольких аспектов этого поведения, которых раньше, в силу малочисленных контактов, она просто не замечала.
Во-первых, если они договаривались о том, что Ира с Игорем придут в половине десятого утра, то уже в половине седьмого в единственный выходной день супругов гарантированно разбудит звонок.
И не один – свекровь будет звонить, пока не дозвонится, а если телефоны будут отключены – приедет и начнет тарабанить в двери.
Ира, спросив о причине такой реакции однажды, услышала в ответ проникновенное:
— Ну а как я еще узнаю, что планы по-прежнему в силе? Может, вы отмените все в последний момент, а я буду зря сидеть и ждать вас?
То есть, сама она зря ждать не хотела, а будить в семь утра в выходной день двух людей, которые всю неделю работали, как на галерах – это было, по мнению святой женщины, в порядке вещей.
И ладно бы это была разовая ситуация, но нет – это стало повторяться каждый раз, как муж или Ира обещали приехать к определенному времени.
Их будили, выдвигались к назначенному месту они в итоге спозаранку, сонные и ни чер.та не отдохнувшие, ну а с учетом того, что работать надо было много физически – после таких выходных требовались не то что выходные, но даже дополнительный отпуск.
Или вот еще была заморочка. Тоже, вроде бы, не так, за которую стоит ругаться и скан..далить, но проблем доставляла чуть ли не сильней, чем внеплановые побудки.
Называлась эта проблема «пять минуточек». Если свекровь сказала, что выйдет через пять минуточек – ждать ее нужно было час.
Если они шли вдвоем в магазин и та встречала какую-то знакомую, останавливаясь с ней на пять минуточек поговорить – гарантированно уходили минимум час-полтора жизненного времени.
Даже Алеша стал жаловаться на бабушкино поведение, а это было по меркам Ирины уже не то что красным флагом – транспарантом.
И пару месяцев таких вот выходок со стороны свекрови она терпела. Списывала все на горе от потери супруга, на связанные с переездом хлопоты, ну и вообще как-то не думала о том, что эта пиявка к ним присосалась на постоянной основе.
Да, нехорошо так говорить о по.жилой женщине, да еще и о матери мужа, но чем дальше, тем сильней ей не нравилось поведение Евгении Петровны.
И тем больше было желание поговорить с той по душам и объяснить уже, что подобное поведение выходит за рамки нормы.
Сначала, конечно, Ира попробовала «подкатить» с этой темой к супругу. Но ответ получила ожидаемый.
— Ир, да меня самого уже это все достало, но что я сделаю? Это же мама, да и потом – ей одиноко после того, как отца не стало, вот и ищет внимания и помощи.
Нам же несложно потерпеть немного, верно?
Немного Ира уже потерпела. Но «немного» грозило растянуться в «до конца дней Евгении Петровны», а там цифра могла быть немаленькой, вплоть до нескольких десятилетий.
Это супруг ее ушел рано, и шестидесяти не было мужчине. И чем больше проводила времени со свекровью Ирина, тем сильней понимала, что своим поведением та сильно сократила покойному мужу жизненный срок.
Если она вот так вот, как им, выедала мозг ему после двенадцатичасовых смен на заводе, то неудивительно, что тот схватил сердечный приступ и отправился в мир иной…
От мужа поддержки в этом вопросе ждать не приходилось. На самом деле, Ире и не следовало бы жаловаться, так как она сама такого выбирала.
Даже мать в свое время отговаривала ее не то что замуж выходить – встречаться с тогда еще парнем.
А все потому, что Игорь порой слова сказать поперек не мог что матери, что старшим приятелям, из-за чего и влипал в истории.
Да только у Иры была совершенно другая проблема: она была из числа тех самых женщин, которые и коня на скаку, и в избу горящую, и вот это вот все.
И с обычными парнями у нее резко начиналась война за главенство и все они, как один, расставались с ней, бросая напоследок, что женщина должна вообще-то слушаться мужчину и быть покорной, а не опровергать предложенное.
Ира, конечно, говорила им, что соглашаться она будет только с теми решениями, которые не отдают бредом и не нарушают ее интересы (да-да, то самое «давай продадим твою добрачную квартиру и купим общую, но оформим ее пополам» и тому подобные «гениальные» предложения).
И вот, когда она уже отчаялась встретить кого-то, с кем сможет ужиться, появился Игорь.
Немного инертный, ведомый, и словно бы даже нуждающийся в том, чтобы кто-то руководил его жизнью.
Родители его на тот момент вовсю радовались наставшей свободе, выпинав сына во взрослую жизнь в доставшуюся от бабушки однушку, ну а сын, сходив в армию на год, абсолютно не знал, что ему надо от жизни и от будущего в целом.
А тут на его пути встретилась Ира – эдакий вечный двигатель в юбке. С ее поддержкой (ну и по ее понуканию «ты же не будешь всю жизнь охранником работать») он закончил институт, устроился на неплохую работу в той же сфере, ну и сейчас они даже выплачивали совместную ипотеку за однокомнатную квартиру, которую планировали в будущем отдать Алеше.
Ира из мужа веревки не вила и жилы не тянула – понимала, что человеку и отдых нужен, и так называемый «кнут» нужно с пряником совмещать.
И потому – то, как вела себя свекровь ей не нравилось совершенно. Ну и решила она, что раз ей происходящее не нравится – надо его пресекать.
В конце концов, она и так пару месяцев делала скидку «святой женщине» на все ее заморочки. Пора бы уже это дело прекращать.
Начать она решила с мирового пути, хотя и сомневалась в его эффективности. Скорей, это была просто отмазка на будущее, если вдруг кто прицепится, мол, почему нельзя было просто сказать.
Вот, она сказала, как есть. Пришла на чай после работы с любимым тортиком свекрови, а потом тихим, спокойным голосом все, как есть сказала.
Что постоянное напряжение, которое она вносит в их жизнь, сказывается на моральном состоянии обоих супругов.
Что Ире после побудок в выходные в семь утра приходится потом глотать обезболивающие, так как голова просто раскалывается.
Что Алеша стал беспокойно спать, да и состояние Игоря уже начинает ей внушать опасения.
Что так нельзя с людьми, у которых есть работа, маленький ребенок и прочие проблемы.
Поэтому не могли бы вы, Евгения Павловна, выключить хоть на время свою тревожность или обратиться к ней к соответствующему специалисту, ну и немного рассчитывать свое время, когда обещаете «быть через пять минуточек».
Свекровь выслушала, покивала, посочувствовала, а потом клятвенно пообещала, что больше ни в жизни никогда ничего подобного творить не будет.
Ирина даже порадовалась тому, что так быстро решила вопрос. Радость эта, правда, продлилась только до ближайших выходных.
Оправдывала поведение мужа