Кабинет нового генерального директора пах кожей и дорогим кофе. Сергей Морозов сидел на приставном стуле возле стола, за которым восседал бодрый мужчина лет сорока, недавно сменивший старого генерального директора. На стене за спиной шефа висела картина с абстрактными пятнами, которую Сергей про себя окрестил «Результат работы в пятницу вечером».
— Сергей Юрьевич, — начал гендиректор, сцепив пальцы домиком. — Мы очень высоко ценим ваш вклад в развитие нашей компании. Пятнадцать лет — это срок. Вы выстроили отдел с нуля. Однако, хотя и говорят, что старый конь борозды не портит, но… сейчас другое время.
— А что, лошади эволюционировали? — спокойно спросил Сергей, хотя внутри все сжалось.
Шеф хмыкнул, принимая это за шутку.
— Юмор — это хорошо. Но время, Сергей Юрьевич, время другое, и решения надо принимать другие, иногда нестандартные, бывает, что и рискнуть нужно, – сказал шеф. – Нам нужна свежая кровь. Молодой драйв. Мы решили обновить руководство нескольких отделов. Поэтому предлагаем вам уйти по соглашению сторон. Три оклада, отличные рекомендации. Рынок сейчас бурлит, вы быстро найдете работу.
Сергей смотрел на него и видел за этим «свежим драйвом» только одно: желание поставить на ключевую позицию своего человека. Он молча подвинул к себе бланк, подписал бумаги и вышел.
Сергей уже знал, что его кабинет займет Гена Пономарев, выпускник престижного вуза, сын нового заместителя генерального по финансам.
Выйдя из кабинета, в коридоре Сергей как раз и столкнулся с Геной, который в свои двадцать три выглядел так, будто сошел с обложки глянцевого журнала о стартапах. Модные кроссовки, стильная небритость и очки без диоптрий.
— О, Сергей Юрьевич! — воскликнул Гена. — Вы уже всё? А я как раз хотел спросить, где у нас тут лежат драйверы для принтера? А то он что-то не печатает.
Сергей посмотрел на парня, потом на коробку со своими личными вещами в руках, и не смог сдержать ухмылки.
— Драйверы, Гена, лежат в системном блоке, — ответил он. — Скачайте их с сайта производителя. Удачи.
Он вышел из офиса, который когда-то был его вторым домом, и в лифте позволил себе злорадную усмешку. «Он им науправляет, этот мальчик с драйверами».
Первые десять дней в отделе логистики все шло как по накатанной. Сотрудники, каждый из которых был старше Гены лет на пятнадцать, работали с графиками, составленными Сергеем. Теми, которые учитывали прогноз погоды, приливы, загруженность порта и капризы китайских подрядчиков.
Потом Геннадию надо было начать работать самостоятельно. Он посмотрел на документы двух предыдущих месяцев и решил, что нет смысла что-то менять. Вызвал секретаршу – Людмилу Петровну, которая помнила ещё первого директора, и бросил ей на стол папку.
— Людмила Петровна, будьте добры, перепечатайте эти графики на следующий месяц. Даты только поменяйте. Остальное пусть остается.
Ознакомившись с документами, сотрудники отдела переглянулись. Но промолчали. Они, конечно, понимали, что ничего хорошего из этого не выйдет, но спорить с новым руководством никто не рискнул – по отделу ходили слухи о масштабных сокращениях.
Только старый кладовщик, заглянувший в отдел на минутку, покачал головой и тихо, себе под нос, пробурчал:
— Ой-ё-ёй… Скоро грянет буря.
И буря грянула. На третьей неделе. Телефон в отделе раскалился добела. Китайский подрядчик задержал поставку на сутки. Гена, воодушевленный новой ролью «спасателя», решил все исправить одним росчерком пера.
— Всё, — объявил он, подписывая новый график. — Мы сокращаем время разгрузки вдвое. Китайцы прибывают позже, но мы нагоним в порту. Шеф, все схвачено.
Сергей, будь он на месте Гены, проверил бы сводку погоды: на море ожидался штормовой ветер. Он проверил бы техническое состояние старого, видавшего виды портового крана. Но Гена просто махнул рукой и уткнулся в ноутбук, где шла очередная битва в «Вампирах».
Результат не заставил себя ждать. Три контейнера с импортным оборудованием, покачались на тросах под порывом ветра и рухнули. Один — на бетонную площадку, превратившись в груду металла, а два других с глухим плеском погрузились в глубину портовой акватории.
Когда гендиректор влетел в кабинет, Гена, вздрогнув, поднял глаза от экрана. Он даже не понял масштаба трагедии.
— Ты что, твою мать, делаешь?! — заорал шеф так, что стекла в кабинете задребезжали. Его лицо побагровело, и он забыл о всех правилах субординации, которые сам же требовал соблюдать. — Где старые схемы?! Где расчеты Морозова?!
— Я… — забормотал Гена, разглядывая на экране своего героя, умирающего от атаки вампиров. — Я хотел как лучше. Чтобы не нарушить сроки.
— Идиoт! — только и выдохнул гендиректор, сжимая кулаки. — Ты вообще понимаешь, что ты натворил?!
Совет директоров собрался уже через час. Убытки оказались катастрофическими. Цифры, которые вывели на экран, заставили бы поседеть даже самого стойкого финансиста. Чтобы хоть как-то остаться на плаву, пришлось продать огромный складской комплекс на окраине и уволить сорок человек. Спасали шкуру компании, скидывая балласт.
Кто-то из старых водителей, уже собирая вещи, мрачно хмыкнул:
— Посадили мальчика во взрослое кресло. А оно ему, видишь, велико оказалось. Ножки короткие — до педалей не достают.
Гена ушел из офиса с коробкой. Но в его коробке не было почетных грамот за безаварийную работу или вытертых от времени блокнотов с расчетами. Там лежали три чахлых кактуса, которые он так и не полил, статуэтка единорога и постер с наклейкой: «Иди своим путем!» Своим путем он шел ровно два месяца.
Прошло время. Компания выкарабкивалась из ямы с черепашьей скоростью. Начальнику отдела кадров велено было позвонить Сергею Морозову и попросить его вернуться, пообещав приличную прибавку к зарплате.
— Сергей Юрьевич, здравствуйте! Компания готова сделать вам выгодное предложение: надбавка к зарплате, расширенный соцпакет. Мы будем рады снова видеть вас в кресле руководителя отдела.
— Спасибо за предложение, — голос Сергея звучал ровно и спокойно. — Но я уже подписал контракт с «ТрансЛогистик». Спасибо вам за отличную характеристику, кстати. Мне здесь выделили отдельный кабинет и дали право самому набрать команду. Всего доброго.
Он положил трубку, чувствуя удовлетворение. Жизнь налаживалась.
Куда подевался Гена, никто не знал. Но однажды эта тайна раскрылась при весьма интересных обстоятельствах.
Жена Сергея на несколько дней уехала к своей матери, оставив его с двумя сыновьями-подростками. Мужской коллектив в полном составе (трое против кухни) принял волевое решение: готовить не будем.
— Заказываем пиццу! «Мясную симфонию» и «Четыре сыра»! — скомандовал Сергей.
Через сорок минут раздался звонок в дверь. Сергей открыл и замер.
На пороге стоял Гена Пономарев. Он был в форме курьерской службы, с красной термосумкой в руках. Парень заметно побледнел, его модная небритость превратилась в неопрятную щетину, а очки без диоптрий он, видимо, давно выкинул, потому что щурился, как близорукий крот.
— Здравствуйте… — голос Гены дрогнул. — Ваш заказ. Две пиццы. С вас две тысячи семьсот.
Сергей молча достал карту. Сын подошел к двери, забрал коробки.
Гена стоял, переминаясь с ноги на ногу, и смотрел в пол.
— Как же вы так, Геннадий? — тихо спросил Сергей, уже не злорадствуя, а скорее с искренним человеческим любопытством.
— Ну… — Гена пожал плечами. — Сократили везде. Опыта нет. Мой отец… ну, он теперь тоже бывший заместитель. В общем, не хотят брать менеджером. А тут хоть что-то.
Сергей хотел сказать ему что-то колкое, съязвить про «нестандартные решения», но слова застряли в горле. Но потом вспомнил:
— Драйверы.
— Что? — не понял Гена.
— Драйверы для принтера, — усмехнулся Сергей. — Нашли?
Гена густо покраснел.
— Нет, не нашел.
Сергей кивнул Гене и закрыл дверь. Потом подошел к столу, где его ждали сыновья, и посмотрел на теплую пиццу.
За окном шумел город, в котором люди делились на тех, кто что-то создает, и тех, кто играет в «вампиров», думая, что жизнь — это квест с бесконечным запасом жизней.
— Ну что, мужики, — сказал Сергей, отрезая кусок. — Приятного аппетита. Только давайте договоримся: маме не проболтайтесь.
Муж не предупредил о приезде мамы