В просторной квартире Оксаны пахло яблочным пирогом. На плите дымился чайник, а в гостиной на диване были аккуратно разложены детские вещи — ровные стопки комбинезонов, курточек, ползунков и распашонок.
— Проходите, проходите, — щебетала Оксана, поправляя светлые волосы. — Я тут всё приготовила. Денис так быстро вырос, что мы даже половину не успели поносить!
Милана осторожно переступила порог, держа на руках трёхмесячного Артёма. Никита — брат Оксаны — шёл следом.
— Оксана, ты бы не суетилась, — сказал он, оглядывая комнату. — Мы на минутку.
— Какая минутка? — всплеснула руками сестра. — У меня столько всего! Смотрите, — она указала на гору одежды, — это почти всё новое. Я специально для вас отложила.
Милана отдала сына мужу и подошла к дивану. Её пальцы скользили по мягкому флису детских костюмчиков. Яркие рисунки, качественные молнии — всё выглядело почти как с витрины.
— Ой, какая прелесть, — улыбнулась она, держа в руках синий комбинезон с медвежонком. — Мне кажется, это Артему подойдет.
— Да-да, на зиму как раз, — подхватила Оксана. — И вот ещё курточка, она с капюшоном, и дождевик. Забирайте всё!
Милана замялась:
— Оксана, нам уже столько надарили, что всего и не сносить. Родители вон коляску подарили, сестра — кучу разных вещей. И девчонки с работы тоже натащили. Мы даже не знаем, куда все складывать.
— Что вы, берите, берите, — настаивала Оксана, пододвигая к ней ещё одну стопку. — Для малыша лишним не бывает.
Никита стоял у окна, поглядывая на часы. Ему казалось, что сестра чересчур активно пытается всучить им все это добро, но он не придал этому значения. Милана выбрала несколько вещей — комбинезон, две кофточки и тёплые штанишки.
— Спасибо огромное, — сказала она, складывая одежду в пакет. — Мы, наверное, пойдём, Артёмка скоро есть захочет.
— Конечно-конечно, — улыбнулась Оксана, провожая их до дверей. — Заходите ещё!
Вечером, когда они вернулись домой и Милана уложила сына в кроватку, раздался звук входящего сообщения на телефоне Никиты. Он открыл мессенджер — это была Оксана.
«Привет, братик. Я тут подсчитала, сколько стоят те вещи, которые вы взяли. Чтобы вы знали, на всякий случай. Прайс во вложении».
Никита нахмурился и открыл файл. Это была таблица с перечнем вещей и ценами. Комбинезон — четыре тысячи пятьсот, кофточки — две тысячи четыреста за обе, штанишки — одна тысяча восемьсот. Итого — восемь тысяч семьсот рублей.
— Милана, ты это видела? — он протянул телефон жене.
Милана взяла телефон, прочитала и побледнела:
— То есть она хочет, чтобы мы заплатили за вещи, которые она сама нам предложила?
— Похоже на то, — Никита провёл рукой по лицу. — Я сейчас позвоню матери.
Он набрал номер матери, и через пару гудков в трубке раздался спокойный голос:
— Алло, сынок?
— Мам, ты знаешь, что Оксана прислала нам счёт за детские вещи? — Никита говорил, стараясь сдерживать раздражение.
— Знаю, — ответила мать без тени сомнения. — И я считаю, что она правильно сделала. Оксана сейчас в декрете, у них в семье только Толик работает. Почему они должны вам хорошие вещи просто так дарить? Вы взрослые люди, сами можете купить.
— Ольга Викторовна, она сама нам предложила! — вмешалась Милана, подходя ближе к телефону. — Мы не просили!
— Миланочка, девочка моя, вы же понимаете, — голос матери стал мягче, но твёрже. — Оксана и Толик платят ипотеку. Каждая копейка на счету. Если она отдаст вам вещи бесплатно — это убыток для их семьи. Вы же не хотите им навредить?
Никита стиснул зубы:
— Мама, мы вернём ей всё завтра. Всё, что взяли.
— Не нужно устраивать скандал, — осадила его мать. — Ты просто переведи ей деньги и забудь. Оксана не виновата, что вы такие экономные.
После разговора Никита долго сидел в кресле, глядя в одну точку. Милана молча собирала вещи обратно в пакет.
— Я переведу ей эти деньги, — сказал он наконец. — Не стану скандал устраивать. Но запомню.
Он взял телефон и перевёл Оксане ровно восемь тысяч семьсот рублей, без единого слова, без комментариев.
Прошло полгода
Стоял март, слякотный и серый. В квартире Оксаны было тихо, только гудел обогреватель и посапывал во сне Денис. Оксана сидела за кухонным столом и смотрела в экран ноутбука, где красными цифрами горела сумма ежемесячного платежа по ипотеке.
Толик вернулся с работы позже обычного, снял пальто и устало опустился на стул.
— Всё плохо? — спросила Оксана, хотя уже знала ответ.
— Хуже некуда, — Толик потёр лицо руками. — Сокращения. Меня не уволили — учли, что ты в декрете, но перевели на другую должность. Зарплата упала на тридцать процентов.
— Тридцать процентов? — Оксана побледнела. — Но как мы будем платить ипотеку? Тридцать две тысячи в месяц! Толик, мы не вытянем!
— Я знаю, — он тяжело вздохнул. — У нас есть запас на пару месяцев, но потом… Надо у кого-то занять. Хотя бы на те полгода, пока ты не выйдешь на работу.
Оксана закусила губу:
— Единственный, у кого можно попросить — Никита. Он недавно премию получил, и потом, я знаю, что они на дачу копят.
— Ты думаешь, он даст?
—Конечно, — Оксана встала из-за стола. — Он мой брат. Я его сестра. Мы семья. Он не может отказать в такой ситуации.
На следующий день Оксана позвонила Никите. Он ответил не сразу, но когда взял трубку, голос его был спокоен:
— Привет, Оксан. Что-то случилось?
— Никита, — начала она виноватым голосом, — мы с Толиком в очень сложной ситуации. Его понизили, ипотеку платить нечем. Нам нужно пятьсот тысяч, чтобы пережить этот период до моего выхода из декрета. У вас ведь есть. Ты можешь одолжить? Мы вернём, обещаем.
В трубке повисла долгая пауза. Никита молчал, и Оксана уже начала нервничать, когда он заговорил:
— Могу дать. Но не просто так.
— Что ты имеешь в виду? — насторожилась она.
— Деньги лежат в банке, — спокойно объяснил Никита. — Если сейчас сниму, потеряю проценты. Если вы мне их компенсируете и напишете расписку, когда вернёте, тогда хоть завтра переведу.
— Никита! — воскликнула Оксана. — Ты с меня проценты просишь? Я твоя сестра!
—Если вас это не устраивает — не берите. Хотите — берите на моих условиях. Всё просто.
— Я сейчас маме позвоню, — сказала Оксана и бросила трубку.
Через полчаса телефон Никиты разрывался от звонков. Сначала мать:
— Как ты можешь, Никита? У сестры такая беда, а ты проценты требуешь? Тебе не стыдно? Мы тебя не так воспитывали!
— Мама, — устало ответил Никита, — когда Оксана нам счет за ношеные детские вещи выставила, вы все это поддержали. Почему тогда никто не говорил о родственных связях?
— То другое! — возмутилась мать. — Она в декрете, у них денег нет!
—Милана тоже в декрете. И в нашей семье работаю я один. Наши деньги лежат в банке. Почему я должен терять проценты? Я же не требую ничего сверх того.
Мать задохнулась от возмущения, но Никита уже не слушал. Он отключил звонок и посмотрел на жену, которая кормила Артёма.
— С ума сойдут, — покачала головой Милана.
— Ничего, — усмехнулся Никита. — Я сформулировал свои условия. Если им так нужны деньги — возьмут. А если нет — найдут другой путь.
Две недели спустя Оксана снова позвонила:
— Никита, мы согласны. Переведи деньги. Мы напишем расписку.
— Хорошо, — ответил брат. — Я скину адрес нотариуса. Приедете — оформим всё по закону.
Оксана с Толиком приехали к нотариусу хмурые и напряжённые. Оксана сидела, опустив глаза, пока Толик подписывал бумаги.
— Спасибо, — выдавил он из себя, когда всё было готово.
— Не благодарите, — ответил Никита холодно. — Это просто сделка. Помните: ровно через год вы возвращаете всю сумму плюс проценты.
Они разошлись в разные стороны. На улице Оксана остановилась и обернулась:
— Никита, ты нашёл способ мне отомстить, да?
— Нет, — он покачал головой. — Но не я первый ввел в нашей семье товарно-денежные отношения.
Он сел в машину и уехал.
Дома его ждала Милана.
— Всё хорошо? — спросила она.
— Всё, — ответил он. — Теперь я спокоен. Наши деньги не пропадут.
— Никита, — она взяла его за руку, — может, ты слишком жёстко?
Он взглянул на жену:
— Милана, когда-то у нас был выбор: обидеться на сестру и порвать отношения или заплатить и запомнить. Я выбрал запомнить. И теперь я просто показал ей, как это работает.
Ты на что претендуешь? Это моё наследство! — Я претендую только на семью, а не на ваши стены