Когда Вика пришла новенькой в пятый «А» класс, ее сразу посадили на третью парту к Танечке – милой, хорошей девочке. Одноклассницы как-то сразу сдружились с первого дня, и уже на перемене рассказывали друг дружке о своей жизни и семьях.
— А откуда ты сюда приехала? – спрашивала Танечка.
— С юга. У нас там столько фруктов росло, ты не представляешь. У бабушки Кати и дедушки Вани, папиных родителей, свой дом и огромный сад со всякими фруктами, хоть объешься!
— Зачем же вы сюда приехали, если там так хорошо было?
— Мама с папой поссорились, они развелись, и мы домой к бабушке Шуре приехали, это мамина мама. Вот теперь с ней и будем жить.
— Да, обидно! Здесь у нас не юг, не жарко. А море там было далеко?
— Не близко. Мы иногда рано вставали, ехали к морю на машине, и только ближе к вечеру приезжали.
— Здорово! А мы тоже были на море, правда, два раза всего. Папа нас возил, ездили на поезде. А так обычно я к бабушке в деревню езжу на каникулы. У бабушки в саду тоже есть фрукты – яблоки, груши и желтые сливы. А еще малина растет, правда бабушка ругает, если я ее рву, она говорит, что малина нужна зимой для варенья, от простуды помогает. Это варенье очень вкусное, я иногда ложечку незаметно съедаю. Ты любишь малиновое варенье?
Вика пожала плечами. Она вообще не любила варенье, обычно она размешивала его с водой, чтобы пить.
— Тогда вот что! Пойдем сегодня ко мне, у нас открытая баночка есть, мама болеет. Мы незаметно съедим по ложечке.
Девочки учились во вторую смену, поэтому решено было прийти к Танечке сразу после уроков, вечером. Они зашли в прихожую, и Вика сразу почувствовала запах блинов. Аромат вскружил ей голову, Вика очень любила блины, особенно как их делала бабушка Катя – тонкие, ажурные.
— У тебя же мама болеет, — сказала Вика. – Зачем же она встает, чтобы готовить?
— А это не мама готовит, это папа. Он у нас всегда вкусно готовит, лучше, чем мама.
Из кухни выскочил отец Танечки – высокий мужчина в фартуке.
— О, моя принцесса пришла! – воскликнул он. – А кто эта юная леди?
— Это моя подруга Вика, — ответила Танечка. – Она новенькая в нашем классе, мы подружились, даже за одной партой сидим вместе. А это мой папа – дядя Дима.
— Прекрасно, прекрасно! – восхитился дядя Дима и положил обе руки на плечи девочек. – А теперь марш в ванную, мыть руки и к столу – уплетать блины за обе щеки.
Пока девочки уплетали блины, дядя Дима их веселил: рассказывал детские, смешные анекдоты и разные истории. Вика была восхищена обаятельным отцом Тани, у нее совсем другой папа. Она вспомнила, как относился к ней ее отец. Да никак! Будто бы ее совсем не существовало. Мама рассказывала, что он не очень хотел, чтобы Вика родилась, и даже когда она родилась, он из роддома забирать ее не хотел с мамой, забрала бабушка Катя с дедом Иваном. А потом мама с папой стали жить, но особой любви Вика от отца не получала. Да, он возил своих девчонок на море, вместе с родителями, но почти никогда на пляже вместе с ними не сидел.
— Женя, ну удели хоть каплю внимания своей семье, — ворчала бабушка Катя.
— Не хочу я с вами тут жариться под солнцем! Пойду на авторынок прошвырнусь, надо к машине кое-что докупить.
А потом папа много работал. Иногда приходил с работы под хмельком и был невыносим. Он припоминал маме, что она женила его на себе, сломала ему жизнь. Иногда замахивался на маму, но не бил – боялся. Дедушка Иван однажды крепко поссорился с ним из-за его агрессивного характера, поэтому папа научился сдерживать свои эмоции.
Судя по всему, у папы еще была другая женщина. Вика слышала год назад, как мама выговаривала отцу:
— Женя, я видела тебя в городе с этой твоей мартышкой! Хоть бы постеснялся с ней по улицам гулять! У тебя же дочь!
— И что – что дочь? У меня с Тамарой просто хорошие отношения, мы с ней близкие друзья!
— Настолько близкие друзья, что от тебя часто ее духами пахнет? Фу, какие они мерзкие!
— Перестань искать измену там, где ее нет.
— Ага, значит с другой женщиной у тебя роман, так что ли?
— Дура ты! Нет никакого романа! А будешь обвинять – изменю, разведусь и женюсь на другой женщине.
Было ли Вике с папой хоть когда-нибудь хорошо? Да, было несколько моментов. Однажды он повез дочку на заброшенный военный аэродром, посадил на колени и учил Вику водить машину. Вика ликовала – не только потому что ей доверили серьезное взрослое дело, а еще потому, что она сидела на папиных коленях, что было большой редкостью. Вика очень старалась, хотела оправдать папино доверие. Только что-то пошло не так – папа рассердился, снял дочку с колен и сказал:
— Какая-то ты бестолковая! Не водить тебе машину, когда вырастешь.
А еще был случай. Вика гуляла во дворе, упала и расцарапала в кровь коленку. Со слезами она прибежала домой, но при папе силилась, старалась не плакать. Она помнила, как однажды папа сказал маме: «Не реви! Терпеть не могу, когда бабы слезы льют!», поэтому Вика закрылась в своей комнате и приглушенно стонала. Папа услышал и зашел в комнату. Он увидел, как Вика утирает слезы рукой и размазывает кровь по коленке. Он осторожно присел рядом с дочкой, посмотрел на ее колено, оценивая масштаб бедствия, промыл салфеткой коленку и обработал зеленкой. Для Вики действия отца показались умилительными, и она на какое-то время поверила, что папа все ж таки любит ее. Ну не может он совсем не любить свою дочь, ведь папы для того и существуют, чтобы жалеть, оберегать и любить своих детей.
И все же папа с мамой часто ссорились. Они всей семьей жили у бабушки с дедушкой, и все что происходило в их семье, видели и слышали папины родители. Они часто вмешивались в ссоры и пытались примирить противоборствующие стороны, хотя не всегда у них это получалось. А потом, все чаще папа стал пропадать. Он мог не являться домой неделями, месяцами, и лишь изредка заглядывал, чтобы проведать семью и родителей. Хотя мама иногда говорила ему:
— Да никто тебе не нужен! Просто поесть сюда приходишь повкуснее. Что, любовница твоя готовит плохо?
— Давай, фантазируй себе, что у меня есть любовница. Просто с тобой невыносимо стало жить.
А потом у мамы был разговор с бабушкой Катей, она говорила:
— Юля, ну что у вас за жизнь с нашим сыном? Ты здесь, а он в городе гуляет, почти тут не появляется. Поверь – лучше уже не будет, он разлюбил тебя, и любил ли вообще – тот еще вопрос. Согласись, он ради Вики на тебе женился, но и особой любви к дочери у него нет. Это хоть горькая, но правда. Может все же вам расстаться, развестись? Ты еще молодая, найдешь себе счастье, а с Женькой у вас уже ничего не получится.
Мама в это время смотрела в одну точку, будто потерялась в пространстве. Она любила и ревновала Викиного отца, ей тяжело было поверить в эту горькую правду. И все же она понимала – надо уезжать оттуда, где счастья больше не будет. Провожали на вокзал Вику с мамой только бабушка Катя и дедушка Ваня, папа не явился. Все это было уже после развода, летом, когда Вика перешла в пятый класс. Бабушка Шура тоже хорошая, хоть и не такая заботливая, как бабушка Катя. Она однажды приезжала к ним на юг, поэтому с бабушкой Шурой Вика была немного знакома. И все же – многое изменилось. Как бы папа к дочке не относился, все равно Вике почему-то не хватало отцовского внимания. И вот сейчас, в гостях у Танечки, Вика поразилась – неужели бывают такие отцы? Веселые, добрые, заботливые, говорящие с детьми на равных.
— Какой у тебя папа хороший! – сказала Вика шепотом своей новой подруге, когда дядя Дима вышел их кухни.
— Да, он у меня очень хороший, а мама на него иногда кричит. Она какая-то нервная бывает. И на меня кричит. Бабушка говорит, что у нее какие-то там стрессы и депрессии. Ладно, давай по ложке малинового варенья съедим.
Танечка достала банку из холодильника, поставила ее на стол, но тут зашел дядя Дима. Он приставил указательный палец к губам и сказал заговорщицким тоном:
— Только тс-с-с, ложкой по банке не стучите, мама услышит, ругаться будет. Скушайте по ложечке, насладитесь.
Уже дома, когда Вика легла спать, она думала про семью Татьяны. Как же ей повезло с папой! Танину маму она не видела, в комнату заходить было нельзя, чтобы не заразиться. Но папа! Какой же он классный! Вике очень бы хотелось иметь такого отца. Вот бы этого дядю Диму познакомить с Викиной мамой, какая бы хорошая семья была! И Танечку бы взять с собой, все равно мама у нее нервная и кричит на дочь, зачем такая мама нужна?
Вика часто бывала в семье у Тани. Мама действительно была какая-то странная – говорила она громко и быстро, порой слов не разобрать. Звали ее тетя Маша, но Вика редко к ней обращалась, почему-то даже боялась ее. Когда девочки разыграются в своей комнате, и начинали шуметь, она заходила в комнату Тани и кричала:
— Сколько это может продолжаться? Заткнитесь обе! Вика, тебе уже пора домой!
А еще она часто кричала на мужа. Просто так, по пустякам: не так сел, не туда тарелку поставил. Вика жалела дядю Диму, ей всегда хотелось выйти на кухню и защитить его, но кто спрашивает ее мнение?! Дядя Дима казался ей идеальным мужчиной, он даже не спорил со своей женой, просто отшучивался или молчал. Иногда он расстроенный заходил в комнату Тани, чтобы перевести дух после нападок жены. Таня его обнимала за шею и молча гладила по голове, жалея своего папу. Как же в этот момент Вике хотелось сделать то же самое, чтобы успокоить дядю Диму, но кто она ему такая?
Подростковая дружба недолговечна, часто в этом возрасте подружки меняются. Вот так Танечка сдружилась с девочкой из параллельного класса, и уже с ней ходила тайком есть малиновое варенье. Вика тоже стала дружить с другой девочкой из своего класса, к Тане в гости она уже не ходила, хоть и переживала она по этому поводу – слишком нравилось Вике бывать у Танечки. Отношения между Таней и Викой были теплые, и все же той прежней дружбы уже не было.
Детская мечта иметь такого заботливого отца как дядя Дима осталась в прошлом вместе с дружбой девочек. Но судьба иногда преподносит неожиданные сюрпризы…
Не позорь нас на людях, иди переоденься — цедила сестра сквозь зубы, с выпученными глазами. Только потом она сама пряталась