— Дела мне до тебя, действительно, никакого! – согласился незнакомец. И с удовольствием произнес: — А Марина твоя — тю-тю!
— Как это – тю-тю? – изумился Аркадий.
— А так: тю-тю в Воркутю! – повторил мужчина. – Город такой есть – Воркутя: неужели не слыхал?
— Ах, ты, моя малинка! — умилялся Аркадий Петрович, целуя хорошенькую Алинку в свежую, румяную щечку.
Не то, что уже увядающая щека жены, несмотря на все предпринимаемые ей усилия.
Это было чистым враньем. Потому что у жены Мариши все было в полном порядке.
Она была красивой, ухоженной женщиной, которой недавно исполнилось тридцать пять – муж был старше на десять лет.
У обоих это был второй брак. У него в первом браке остался сын, у Марины детей не случилось.
Они познакомились у общих друзей: женщина в него влюбилась, а он позволил ей сделать это.
Первая жена всегда от него чего-то хотела: возни с сыном, денег, помощи по дому.
Марине всего хватало: она сама была самодостаточной и очень небедной – трешка, хорошая зарплата и две иномарки.
И Аркадий понял, что даму нужно брать. Потому что о такой жизни можно было только мечтать.
Их жизнь текла размеренно и спокойно: любящая Мариша делала все, чтобы обеспечить ему комфортное существование.
Нисколько не напрягая любимого мужа глу..постями вроде выноса мусора и мытья своей кружки: ни в коем разе – отдыхай, дорогой!
А что женщина не могла сделать сама – обращалась к профессионалам: специальным людям, которые только и ждут, чтобы вымыть у вас все окна, оттереть кафель, сантехнику и сделать еще уйму других приятных для них дел.
Потому что деньги у жены были. А свою зарплату Аркадий тратил только на себя и алименты.
Алина пришла к ним на фирму недавно: юное, свежее не замороченное жизнью существо. И, при виде этой свежести, Аркадия Петровича моментально отбросило в пору далекой юности. Когда все было прекрасно и не было никаких проблем.
В принципе, благодаря Марише, у него и сейчас не было проблем: живи и жмурься! Но седеющему, фактурному красавцу внезапно захотелось окунуться в то замечательное время и снова испытать прежние ощущения.
И не только окунуться, а и остаться! И то, что он почувствовал при виде Алины, перевесило все остальное: ни о чем другом думать мужчина уже не мог – хочу, не могу!
К тому же, Алина отнеслась к нему удивительно благосклонно: не обозвала ста…рым пе..ном и не посоветовала валить в дом престарелых. Да он, собственно, им и не был.
Ну, да – ей двадцать два, а ему – сорок пять. Разница-то, всяко, меньше тридцати.
А не как у этого известного ведущего с расстегнутыми штанами, у которого жена еще сбежала к другому. Так что «разрыв» в возрасте оказался приемлемым.
Марина восприняла известие об уходе мужа из семьи тяжело. Вся эта фигня типа понять и простить «не проканала»: все это – только для телевизора.
Но удерживать мужа женщина не стала. Понимая, что не сможет этого сделать: она была достаточно умной – не зря возглавляла крупную фирму.
А Аркадий ушел в новую счастливую жизнь в снятую им для своей малинки квартиру.
Кстати, девушка сразу же уволилась. Объясняя это тем, что, в противном случае, о них пойдут сплетни: работали-то они вместе…
К концу первой недели оказалось, что они – разные люди. Вообще! И дело было вовсе не в этой чепухе вроде кринжово, вайб и вау.
Они оказались людьми из разных песочниц, как любит говорить одна известная телеведущая.
Мало того, что им было не понять друг друга. Им было не только неинтересно, а даже дискомфортно в обществе друг друга.
Как там, у классика-то: рак пятится назад, а щука тянет в воду…
— Ты – душный! С тобой скучно! – разочарованно выдала Алина, когда мужчина, в который раз отказался пойти с ней на танцпол. И там — прыгать и дергаться несколько часов даже не под музыку, а бессмысленную говорильню.
От которой у Аркадия Петровича начинала болеть голова. А еще он уставал, а завтра нужно было идти на работу. Это у Алины каждый день теперь был выходным.
А еще Алина не готовила – ее элементарно не научила мама. Да и зачем? Сейчас же все можно заказать в интернете.
Но внезапно выяснилось, что от бОльшего количества готовых блюд с мужчиной происходит то, что называется рвать и метать: у него были проблемы с поджелудочной и желчным пузырем.
До этого всем его питанием занималась любящая Мариша. И он наивно полагал, что и дальше все это как-то устроится.
Мужчина даже не знал название препаратов, которыми его периодически потчевала жена: зачем напрягаться?
И тут оказалось, что без присутствия Марины, его привычный алгоритм существования значительно нарушился – все начало сбоить.
Расстройство пищеварения сделало его рассеянным и пребывающим постоянно в плохом расположении духа: как бы публично не ***…
К тому же, у мужчины плохо получалось высыпаться: часто красивая «малинка» приходила ближе к утру. Иногда — с небольшой долей этанола в кровяном русле, но чаще – алкоголизированная по самое «не балуй».
Девушка разговаривала сама с собой, радостно хохотала и приглашала проснувшегося мужа разделить эту радость.
А как можно радоваться, если на часах – три, а в семь тебе вставать на работу?
И Аркадий, уже утоливший первый лю…бовный голод, начал задумываться: «А так ли сильно он любит это существо?»
Про себя он теперь называл девушку только так. И не поторопился ли он с Мариной?
Это произошло, когда он, невыспавшийся и злой, допустил ошибку и его лишили премии. Потому что вчера кто-то сильно «наклюкавшийся», ржал до четырех утра, как конь на выпасе. К тому времени они жили вместе уже около месяца.
Да, кстати, его денег стала катастрофически не хватать!
О премии заранее было неосторожно сообщено зазнобе: все для тебя, моя королева! Кто же знал-то…
И тут — облом! А «малинка» уже нацелилась! И начались слезы и привычное: «Ты меня совсем не любишь!»
И тут Аркадий, пребывающий в …еновом настроении — из-за тебя же все, пуст…головая к..рица! -спокойно ответил: «Да, ты совершенно права – я тебя не люблю».
И ушел в комнату собирать вещи, представляя, как обрадуется Маринка.
На кухне сначала было тихо, а потом в комнату залетела Алина. И зло спросила:
— Так ты что – меня бросаешь? А кушать я что буду?
— А что хочешь! – не обернувшись, ответил Аркадий, собирая вещи.
— Ах ты, ста..рый мерз…ец! – заорала красавица. – Я из-за тебя работу бросила, а ты…
Мужчина с изумлением слушал этот «поток сознания»: Господи – что за чушь? Работу она бросила, потому что ей было лень работать.
И он на это повелся? Он – умный и опытный мужик! Ну, как же так?
Сладкая малина сразу превратилась в горькую калинку-малинку, которая продолжала извергать проклятья. Но мужчина уже не слушал: мыслями он был далеко отсюда – его там ждала Мариша.
Ну и что, что было восемь вечера, четверг – она как раз должна быть об эту пору дома.
Когда Аркадий, с одной розочкой и тортом, открыл своим ключом дверь квартиры жены, в прихожую вышел странного вид накачанный мужик, облаченный в одни тр..усы-семейки.
На гол…ой груди красовалась неожиданная татуировка: Вася! Да – с восклицательным знаком.
То ли он сам был Васей. То ли это было приветствие, предназначавшееся какому-то неизвестному Васе. С которым незнакомец находился в дружеских отношениях. Но уж точно не пришедшему Аркадию.
Аркашка похолодел: неужели Марина привела за время его отсутствия другого? Да нет – не может быть: Марина не такая! Хотя, он же сам ее бросил. Поэтому, такие варианты не исключались…
— А где Марина? – хриплым от волнения голосом спросил мужчина.
— Я за нее! — произнес Вася. И добавил: — Тебе чего надо? Ты, вообще, кто?
— Я, вообще-то, муж! – гордо произнес Аркадий.
— Который объелся груш? – хохотнул Василий. — Марина Егоровна предупредила, что ты появишься. Только чего-то больно скоро.
И участливо поинтересовался: — Неужели, выперли?
— А Вам-то что за дело? — запальчиво произнес муж: но слова дядьки его задели – получается, что жена все ему рассказала.
— Дела мне до тебя, действительно, никакого! – согласился незнакомец. И с удовольствием произнес: — А Марина твоя — тю-тю!
— Как это – тю-тю? – изумился Аркадий.
— А так: тю-тю в Воркутю! – повторил мужчина. – Город такой есть – Воркутя: неужели не слыхал?
А квартиру сдала мне на длительный срок: живите, говорит, Василий Петрович в свое удовольствие!
— В какую еще Воркутю? – не понял Аркадий.
— Ладно, — смилостивился Василий, – пожалею тебя, раз не врубаешься. Уехала Твоя Марина в другой город.
— В Воркутю? – перебил его Аркадий.
— Почти, — кивнул Василий. — Короче, в том направлении. А куда, тебе знать не обязательно.
У них там филиал фирмы открывают, и ее пригласили его возглавить. Чуешь, чего лишился, бедолага?
— А мне она ничего не просила передать? – с надеждой, поинтересовался Аркадий.
— Ну, как же не просила – еще как просила! — улыбнулся дядька: у пришедшего радостно екнуло в груди: он чувствовал, что не могла его Маришка просто так уехать – не могла!
Вот сейчас этот странный мужик отдаст ему небольшую записочку. В которой будет всего несколько слов: адрес ее нового места жительства и приписка – я жду! А большего ему и не надо! И Аркадий протянул вперед руку.
Новый жилец недоуменно посмотрел на нее и, на всякий случай, пожал.
— А что она мне передала-то? – с изумлением спросил Аркадий.
— А передала привет! Да, говорит: если приползет мой бывший муж, передайте ему привет! – ответил Вася.
— Как это – бывший? Почему? – удивился муж.
— Так ты и насчет этого не в курсе, батенька? Ишь, как тебя закружило-то! Жизнь бурлит вокруг, а ты не в тренде? – с издевкой спросил дядька. И добавил: — На развод она подала – вот что!
И, после небольшого молчания, глядя на остолбеневшего гостя, произнес: — Ну, все — пост сдал, пост принял. Держи крепче свой привет и чао-какао!
Мужик явно что-то знал, и видимо, издевался. Аркадий молча переваривал происходящее: это был тупик. От Алины он ушел, а к Марине не пришел. Что же теперь – ему болтаться, как это самое в проруби?
— Ну, что — иди! Ты же теперь — с приветом! – ласково посоветовал Вася. И Аркадий понял: полемизировать дальше не имеет смысла. Не проситься же к нему на постой на свой любимый диван!
А новосел добавил:
— У меня – дел невпротык. Это ты у нас – человек праздный: ходишь туда-сюда, нервы делаешь. А я работу работаю.
Так что иди – не мешай добрым людям на кусок хлеба зарабатывать!
После чего буквально вывел Аркашу за порог и закрыл дверь.
«Господи, Маринка ему и про это рассказала!» – с тоской думал спускающийся по лестнице мужчина – лифт вызвать он не догадался.
Да, бывший Маринин муж работой себя не утруждал. Но добрую Марину и это устраивало: она любила его любым. И за каким фигом он поперся к Алине?
Находящийся в каком-то ступоре от услышанного мужчина вышел из подъезда и сел на рядом расположенную лавочку.
И тут к нему подошла их бывшая соседка – ста..рая ба..ба Катя, возвращавшаяся с вечерней прогулки.
И, подслеповато вглядываясь в лицо мужчины, спросила хорошо известными словами из любимого фильма:
— Ты, чё ли?
И, видимо, не собираясь на этом останавливаться, тут же добавила «из той же оперы»:
— Ну, как молодуха наша?
— Идите вы все на фиг! – визгливо заорал Аркадий и, оставив торт, пробежал в сторону метро.
Оказывается, немногословная Маринка растрепала о нем всему подъезду! Всего месяц прошел, а все уже в курсе!
Он не знал, что для распространения сплетен, достаточно поделиться только с одним человеком, а остальное он сделает сам. И таким человеком оказалась первая сплетница их двора ба..ба Катя.
— И тебе не хворать! – крикнула вслед ему старушка. И добавила: — Велика фигура, а ду*а.
И уже сама себе сказала:
— Я такой торт, вообще-то, не люблю, ну, да ладно – с паршивой овцы…
Но этого всего фактурный Аркадий уже не услышал. А жаль…
— Не позорь меня отказом, мама уже позвала гостей к нам, — прошипел муж перед праздником