— Мама, ты отправила нас в эту развалюху, а сама поселилась здесь? — Артём перегородил матери дорогу у входа в пятизвёздочный отель. — Только не говори, что снова перепутала ссылки.
Людмила Сергеевна прижала к боку пляжную сумку и быстро посмотрела на стеклянные двери за своей спиной. Из прохладного холла доносилась музыка, пахло кофе, а на её запястье блестел золотой браслет гостя.
— Какая ещё развалюха, Артём? — Свекровь поправила шёлковый платок и изобразила удивление. — Я понятия не имею, где вы остановились.
— В отеле «Прибой», ссылку на который ты прислала нам три раза. — Я показала на серое здание через дорогу, затянутое строительной сеткой.
— Значит, вы сами что-то не так забронировали. — Людмила Сергеевна попыталась пройти мимо, но в этот момент из дверей вышла администратор с папкой.
— Людмила Сергеевна, вы забыли подписать подтверждение по партнёрской программе. — Девушка протянула ей документ и, заметив нас, осеклась.
Свекровь побелевшими пальцами выхватила лист. Я успела увидеть название нашего отеля и сумму, выделенную жирным шрифтом.
— Что за партнёрская программа? — спросила я. — И почему в ней указан «Прибой»?
— Это не ваше дело, Полина. — Людмила Сергеевна сложила лист вчетверо и потребовала от сына не устраивать представление у приличного отеля.
Ещё неделю назад мы считали, что она впервые проявила к нам искреннюю заботу. Мы собирались отметить вторую годовщину свадьбы и искали спокойный отель у моря, но цены кусались.
— Посмотрите «Прибой», я там отдыхала с приятельницей. — Свекровь прислала фотографии бассейна, просторного номера и террасы с видом на бухту.
— Мам, отзывы какие-то странные, люди жалуются на ремонт. — Артём отправил ей скриншот с сайта бронирования.
— Это старые отзывы, после них всё полностью обновили. — Она позвонила сразу же и убедила нас, что лично видела новые номера.
Я предложила поискать другие варианты. Людмила Сергеевна обиделась и сказала, что больше никогда не станет помогать людям, которые в каждом совете ищут подвох.
— Мама плохого не посоветует, давай не будем раздувать. — Артём попросил меня довериться ей хотя бы один раз.
— Хорошо, но бронируем через официальный сайт. — Я открыла страницу отеля, однако свекровь тут же прислала другую ссылку.
— У моей знакомой действует семейная скидка, получите двадцать процентов. — Она настояла, чтобы оплату мы провели через небольшое туристическое агентство «Лазурный берег».
Цена действительно оказалась ниже, чем на крупных сайтах. Мы перевели восемьдесят четыре тысячи рублей за семь ночей, получили ваучер и стали ждать отпуска.
Первый тревожный звонок прозвучал уже на стойке регистрации. Администратор «Прибоя» долго искал нашу бронь, а потом выдал ключ от номера в старом корпусе.
— У нас оплачен улучшенный номер с видом на море. — Я показала ваучер, где эти слова были напечатаны чёрным по белому.
— Улучшенный номер у вас и указан, только категория относится к старому корпусу. — Мужчина сообщил, что море видно с балкона, если наклониться вправо.
— А фотографии нового корпуса зачем стоят рядом с описанием? — Артём потребовал позвать управляющего.
— Фотографии размещает агентство, вы бронировали не у нас. — Администратор положил перед нами правила, согласно которым возврат после заселения не предусматривался.
В номере пахло сыростью, кондиционер гудел, но почти не охлаждал. За окном работал отбойный молоток, а вместо двуспальной кровати стояли две узкие, сдвинутые вместе.
— Звони матери, сейчас же. — Я провела пальцем по пыльной тумбочке и показала мужу серый след.
— Давай сначала разберёмся без обвинений. — Артём набрал Людмилу Сергеевну, но она сбросила вызов и написала, что находится на обследовании.
На следующий день в ванной пропала горячая вода. К обеду выяснилось, что ресторан закрыт на ремонт, а обещанный шведский стол заменили контейнером с кашей и варёным яйцом.
В коридоре мы познакомились с пожилой парой из Воронежа. Они тоже купили тур через «Лазурный берег» и были уверены, что едут в новый корпус после полной реконструкции.
— Нам прислали те же фотографии бассейна и террасы. — Женщина показала переписку, где менеджер обещала ежедневное питание и бесплатный пляж.
— А рекомендацию вам кто дал? — спросила я, уже догадываясь, каким будет ответ.
— Соседка Людмила, очень приятная женщина. — Мужчина сообщил, что за удачный совет они подарили ей сертификат в спа-салон.
Мы переглянулись, но пока ничего им не объяснили. Артём переслал себе фотографии их ваучера и впервые произнёс, что мать могла привести агентству не только нас.
— Может, переедем и потеряем эти деньги? — Артём просматривал свободные номера, но в разгар сезона ближайший приличный отель стоил почти двести тысяч.
— Нет, сначала добьёмся ответа от агентства. — Я написала претензию и приложила фотографии плесени, стройки и сломанной душевой кабины.
Знакомая свекрови ответила через три часа. Она сообщила, что услуга оказана в соответствии с ваучером, а субъективное недовольство интерьером основанием для возврата не является.
— Тогда объясните, почему в рекламе указан другой корпус. — Я отправила ей скриншоты и предупредила, что вместе с нами претензию готовят ещё двое постояльцев.
— Не собирайте коалицию из недовольных туристов. — Женщина ответила, что дальнейшее общение возможно только в официальном порядке.
— Откуда у неё мой номер телефона? — Я показала сообщение мужу, потому что в заявке был указан только его контакт.
— Наверное, мама дала. — Артём произнёс это и замолчал, впервые перестав искать для неё оправдание.
На третий день мы ушли на городской пляж, чтобы не слушать стройку. Возвращаясь, увидели Людмилу Сергеевну у соседнего отеля в платье, которое она обычно берегла для торжественных вечеров.
— Я думала, ты проходишь обследование. — Артём указал на браслет гостя и потребовал назвать номер комнаты.
— Обследование закончилось раньше, поэтому я решила сделать себе подарок. — Она заявила, что приехала только вчера и не обязана отчитываться перед взрослым сыном.
— Ты живёшь в отеле через дорогу и ни разу не спросила, как мы устроились? — Я достала телефон и включила запись разговора.
— Не смей меня записывать, это неприлично. — Свекровь потянулась к телефону, но администратор вынесла ей тот самый документ.
Артём попросил девушку объяснить условия программы. Та посмотрела на Людмилу Сергеевну, затем на нас и предложила пройти внутрь, чтобы не обсуждать финансовые сведения на улице.
— Я не разрешаю разглашать мои данные. — Свекровь потребовала немедленно вызвать управляющего.
— Тогда расскажите сами, почему наша бронь принесла вам бесплатное проживание. — Я успела прочитать строчку в документе, прежде чем она его спрятала.
В кабинете управляющего выяснилось, что у двух отелей был один инвестор, но разные операторы. «Прибой» участвовал в программе для туристических агентов: за три проданных недельных тура агент получал пять ночей в соседнем премиальном отеле.
— Людмила Сергеевна не является агентом, она зарегистрирована как рекомендатель. — Управляющий пояснил, что все бронирования оформляла её подруга, владелица «Лазурного берега».
— Сколько людей она отправила в «Прибой»? — Артём сидел напротив матери и больше не называл её мамой.
— Кроме вас, ещё сестру подруги и семейную пару из нашего дома. — Людмила Сергеевна призналась, что получила проживание, но отрицала обман.
— Ты говорила, что сама отдыхала там после ремонта. — Я положила на стол переписку с её фотографиями.
— Я перепутала корпуса, фотографии везде похожие. — Она заявила, что мы могли самостоятельно изучить отзывы и не перекладывать ответственность.
— Ты назвала отрицательные отзывы старыми и соврала про новый корпус. — Артём спросил, знала ли она о стройке и закрытом ресторане.
— Знала, но это всего неделя неудобств. — Свекровь сорвалась и добавила, что молодые могут потерпеть ради матери, которая всю жизнь экономила на себе.
После этой фразы стало понятно, что никакой ошибки не было. Людмила Сергеевна обменяла наш отпуск на собственные пять ночей в дорогом отеле и считала это справедливым семейным вкладом.
— Почему ты не попросила нас помочь с поездкой прямо? — Голос Артёма стал тише, от чего свекровь занервничала ещё сильнее.
— Потому что Полина обязательно отказала бы. — Она посмотрела на меня и сказала, что после свадьбы сын согласовывает с женой каждую копейку.
— Мы собирали деньги на годовщину, а не на твой спа-отдых. — Я попросила управляющего дать письменное подтверждение условий программы.
Он отказался раскрывать договор свекрови, но зафиксировал нашу претензию. Кроме того, он вызвал директора «Прибоя», которому явно не понравились фотографии плесени и обещание отправить их в надзорные органы.
— Мы можем переселить вас в обновлённый корпус и вернуть стоимость питания за семь дней. — Директор предложил дополнительно две бесплатные ночи, если мы откажемся от публичной жалобы.
— Нет, нам нужен полный перерасчёт за несоответствие номера ваучеру. — Я потребовала оформить предложение письменно и не стала ничего подписывать на месте.
Знакомая свекрови приехала вечером. Она начала с угроз, заявив, что запись разговора и публикация документов приведут нас в суд.
— В суде вы объясните, почему рекламировали новый корпус, а продали старый. — Я показала сохранённую копию страницы, которую агентство уже успело удалить.
— Людмила уверяла, что вы всё понимаете и согласны помочь ей получить бонус. — Хозяйка агентства повернулась к свекрови, окончательно разрушив версию о случайной ссылке.
— Я сказала, что мы семья и договоримся. — Людмила Сергеевна потребовала от сына прекратить унижать её перед посторонними.
— Ты договорилась со всеми, кроме нас. — Артём сообщил, что больше не станет обсуждать ничего без письменного возврата денег.
На следующий день агентство вернуло нам сорок две тысячи рублей. Отель переселил нас в новый корпус, открыл доступ к ресторану соседнего комплекса и компенсировал ещё два дня.
— Ну вот, всё закончилось даже лучше, чем могло. — Свекровь позвонила сыну и попыталась представить случившееся удачным недоразумением.
— Для нас закончилось, а для тебя только начинается. — Артём потребовал возместить оставшуюся разницу и стоимость первого испорченного дня.
— С родной матери деньги требуешь? — Людмила Сергеевна повысила голос и назвала меня жадной женщиной, которая настраивает сына против семьи.
— Деньги требую я, потому что это я поверил тебе. — Артём отключил звонок и впервые за весь отпуск спокойно выдохнул.
Оставшиеся дни мы провели в нормальном номере, но ощущение праздника не вернулось. Вместо годовщины мы обсуждали претензии, сохраняли чеки и решали, как общаться с Людмилой Сергеевной после возвращения.
Она денег не вернула и даже не извинилась. Зато рассказала родственникам, что невестка устроила скандал из-за недостаточно нового ремонта и заставила сына выставить мать из заслуженного отпуска.
— Оправдываться перед ними будем? — спросил Артём, когда тётя прислала ему возмущённое сообщение.
— Нет, отправь ей ваучер, переписку и подтверждение возврата. — Я решила, что документы говорят убедительнее семейных пересказов.
После этого родственники замолчали. Бесплатное проживание свекрови отменили из-за жалобы агентства, и последние две ночи она оплатила сама по полной цене.
Домой мы летели разными рейсами. Людмила Сергеевна до сих пор уверена, что мы наказали её слишком жестоко за «маленькую хитрость», а Артём больше не открывает ни одной присланной ею ссылки.
Как вы считаете, герои правильно потребовали компенсацию с матери? Или ради семьи стоило промолчать и не портить ей отдых?
Достойно проучила любителей новогодней халявы. Надолго запомнят!