Марина стояла посреди собственного участка, сжимая в руке ключи от калитки так крепко, что металл больно врезался в ладонь. Перед ней, широко расставив ноги, стоял сосед по даче, Виталий. За его спиной на аккуратных, свежих грядках, которые еще прошлым летом были просто ровным зеленым газоном Марины, зеленели ровные ряды лука и укропа.
— В смысле пустует, Виталий? — Марина постаралась, чтобы её голос звучат максимально спокойно, хотя внутри всё уже закипало. — Это мой участок. Мой газон. Я его три года выравнивала, сеяла дорогую траву, поливала. Какое право вы имели перекапывать чужую землю?
— Ой, Мариночка, ну чего ты сразу шумишь? — Из-за спины Виталия появилась его жена, Катерина, в цветастом халате и с лейкой в руках. — Мы же по-соседски. Земля должна работать, чернеть без дела ей не положено. У тебя тут сорняки бы пошли. А так — посмотри, какая красота! Нам под раннюю зелень места не хватило, у нас же всё клубникой засажено. А тебе жалко, что ли? Земли тут валом.
— Мне не просто жалко, Катя. Это частная собственность, — Марина сделала шаг вперед, указывая пальцем на свежевырытую межу. — Вы перешагнули через забор. Точнее, вы сняли сетку-рабицу!
— Так мы её аккуратно сняли, на столбиках оставили, — примирительно улыбнулся Виталий, вытирая руки о штаны. — Чтобы копать удобнее было. Мариша, не будь ты букой. Мы же тебе первой этого лука и принесем к шашлыкам. Хочешь, прямо сейчас нарву?
— Мне не нужен ваш лук! — Марина почувствовала, как к горлу подступает ком от такой наглости. — Мне нужен мой газон. И моя сетка на месте.
— Ну и характер у тебя, Марин, — Катерина недовольно поджала губы и поставила лейку на землю. — Городская эгоистка. Мужа у тебя нет, подсказать тебе некому, что земля ухода требует. Мы как лучше хотели. Ладно бы мы дом тут построили, а то всего три грядочки. Кому они мешают?
— Они мешают мне. Сегодня же всё выкопайте и верните сетку на место.
— Да куда мы это выкопаем? Огурцы уже принялись, погорят на солнце! — всплеснула руками Катерина. — Виталик, скажи ей! Что за самоуправство?
— Вот именно, Марин, давай без крайностей, — нахмурился Виталий, теряя былое дружелюбие. — Осенью соберем урожай, тогда и перекопаешь обратно свой газон. Ничего с твоей землей за три месяца не случится. Не по-людски это — живую рассаду губить.
— По-людски — это не воровать чужую территорию, — отрезала Марина. — До вечера чтобы всё убрали. Я уезжаю в магазин за продуктами, вернусь — проверю.
Марина резко повернулась и пошла к своей машине. Сердце колотилось в груди. Она купила этот небольшой домик с участком, чтобы отдыхать от городской суеты, от шума и вечных стрессов на работе. Первые два года всё было прекрасно. Соседи казались милыми людьми: Виталий помогал чинить насос, Катерина угощала пирожками. Но стоило Марине на три недели уехать в командировку, как они решили, что одинокая хозяйка не заметит потери пары метров земли.
В строительном магазине Марина долго выбирала забор. Ей советовали легкий штакетник, но теперь она была настроена решительно.
— Мне нужен профнастил. Высокий, плотный, два метра, — обратилась она к продавцу.
— Доставка на когда? — спросил молодой парень за стойкой.
— Прямо сейчас. И бригада установщиков у вас есть свободная? Переплачу за срочность.
— Есть ребята, как раз заказ сорвался. Через час будут у вас.
Когда Марина вернулась на дачу, за ней следом въехал грузовик с листами зеленого металлического забора. На участке соседей было тихо, но стоило рабочим начать разгрузку, как Катерина и Виталий снова материализовались у межи.
— Это что такое? — Катерина практически перешла на крик, перекрывая стук металлических листов. — Марин, ты с ума сошла? Какой профнастил? Он же нам всё солнце закроет! У нас там парник с помидорами!
— Забор будет стоять строго по кадастровому плану, — громко ответила Марина, выходя из машины. — Ни сантиметром дальше.
— Ты нам весь урожай погубишь! — Виталий подошел вплотную к рабочим. — Эй, мужики, стойте. Ничего тут ставить не надо, мы не разрешаем.
— Мужики, ставьте, — спокойно сказала Марина. — Документы на землю у меня с собой, точки вынесены в натуру еще в прошлом году, колышки вон видны. А если этот гражданин будет мешать, я прямо сейчас вызываю полицию. И заявление за порчу имущества и незаконный захват земли я уже набрала на телефоне, осталось кнопку нажать.
Один из рабочих, крупный мужчина в кепке, посмотрел на Виталия.
— Слышь, хозяин, от греха подальше отойди. Нам за работу заплачено, документы у хозяйки в порядке. Не балуй.
Виталий отступил, но лицо его пошло красными пятнами.
— Ах ты гадина какая! — Катерина затряслась от злости. — Мы к тебе со всей душой! Виталик тебе колесо на машине качал? Качал! Я тебя вареньем из смородины угощала? Угощала! А ты забор решила трехметровый бабахать? Да у нас всё сгниет в тени!
— Надо было думать об этом, когда вы чужую рабицу снимали, — Марина даже не повернулась в её сторону. Она внимательно следила за тем, как рабочие натягивают нитку между колышками. Нитка прошла аккурат посредине соседских грядок с луком.
— Погоди, — Виталий вдруг понял, что шутки кончились. — Вы прямо по луку бурить будете?
— Прямо по вашей наглости, Виталий, — ответила Марина. — Я предупреждала? Предупреждала. У вас было два часа, чтобы всё аккуратно перенести. Вы решили, что я пошутила.
— Марин, ну давай по-хорошему, — голос Виталия снова стал умоляющим. — Ну сглупили, бес попутал. Катька заладила: «Земля пропадает, земля пропадает». Давай мы сейчас быстро всё выкопаем! Прямо секунду дай нам!
— Поздно. Рабочие начинают ставить столбы.
— Да ты не женщина, ты робот какой-то! — Катерина схватила лопату и бросилась к грядкам, судорожно выкапывая кустики зелени вместе с землей и бросая их в пластиковое ведро. — Виталик, помогай, чего стоишь! Она же сейчас всё зальет бетоном!
Виталий тоже схватил вторую лопату. Настоящий семейный подряд работал с бешеной скоростью. Марина молча наблюдала за этой картиной. Ей не было жалко ни их лук, ни их помидоры, которые теперь окажутся в тени нового забора. Внутри неё звенела холодная, чистая уверенность в своей правоте.
Рабочие работали быстро и слаженно. Бур вгрызался в землю, ломая остатки грядок, которые соседи не успели спасти. Катерина всхлипывала, Виталий тяжело дышал, кидая на Марину полные ненависти взгляды.
К семи часам вечера между участками выросла сплошная, непроницаемая стена из зеленого металла. На стороне Марины осталась куча перерытой земли и растоптанный газон, но она знала, что приведет всё в порядок. Главное — границы были восстановлены.
Катерина подошла к забору с той стороны и крикнула через щель:
— Чтобы тебе этот забор поперек горла встал! Больше воды чистой от нас не получишь, если колодец сломается! И не здоровайся со мной больше!
— И не собиралась, — тихо сказала Марина себе под нос.
Она зашла в дом, закрыла дверь на замок и впервые за весь день глубоко вздохнула. В тишине пустой дачи ей вдруг стало очень легко. Конфликт был исчерпан, точка поставлена, и никто больше не посмеет указывать ей, как распоряжаться её собственной жизнью и её собственной землей.
Приструнил родню жены