Света стояла в коридоре нашей двухкомнатной квартиры, прижав к груди свой рюкзак. На ней были мои домашние тапочки — пушистые, серые, с ушками. Те самые, которые муж подарил мне на прошлый Новый год и которые я просила никого не трогать.
Мой муж Игорь молча поставил на пол чемоданы и уставился на ковер. На ковре, который мы сдали в химчистку прямо перед отъездом, красовалось огромное темное пятно. Пахло чем-то средним между пролитым кофе и дешевым освежителем воздуха.
— Что не так, Свет? — я попыталась вдохнуть поглубже, чтобы не сорваться на крик прямо с порога. — Мы договаривались, что ты просто будешь приходить два раза в неделю. Поливать цветы и кормить кота. Зачем ты сюда переехала?
— Ой, Ир, ну началось, — Света закатила глаза и прошла в комнату, даже не разувшись. — У меня в общежитии трубы лопнули, горячую воду отключили на десять дней. Мне что, не мыться нужно было? Я подумала, вам жалко, что ли? Квартира все равно пустая стоит. А Барсику так даже веселее было. Правда, Барсик?
Кот Барсик, услышав свое имя, робко высунул морду из-за дивана. Он выглядел помятым и испуганным, хотя обычно всегда бежал к дверям, когда мы возвращались.
— Света, ты могла хотя бы позвонить и предупредить? — спросил Игорь, проходя вслед за ней. Говорил он тихо, но я знала этот тон — он был на пределе. — Мы бы слова не сказали. Но зачем было устраивать этот бардак?
— Какой бардак, Игорь? — Света всплеснула руками. — Ну подумаешь, пятно на ковре. Это я случайно кружку перевернула, когда сериал смотрела. Я пыталась затереть, просто порошок плохой попался. И вообще, я вам тут услугу оказала, за животным присматривала, а вы с порога наезжаете.
Я прошла на кухню и замерла в дверях. На раковине громоздилась гора грязной посуды. На столе стояли три пустые бутылки из-под вина и коробки от пиццы. В воздухе стоял стойкий запах несвежей еды.
— Свет, иди сюда, пожалуйста, — позвала я подругу.
Света неохотно зашла на кухню, жуя на ходу жвачку.
— Ну чего?
— Это что такое? — я показала рукой на раковину и стол. — Мы уезжали — в доме была идеальная чистота. Я специально все вымыла, чтобы вернуться в чистую квартиру.
— Слушай, Ир, ну я просто не успела сегодня помыть, — буркнула Света, рассматривая свои ногти. — Я собиралась. Но вы же приехали на два часа раньше, чем говорили. Я просто физически не успела прибраться. А вино — ко мне девчонки с работы заходили в пятницу. Мы посидели немного. Что в этом такого?
— К тебе заходили девчонки с работы? — переспросила я, чувствуя, как внутри все закипает. — В нашу квартиру? Без нашего разрешения?
— Да ладно тебе, мы тихо посидели, музыку громко не включали, соседи не жаловались. Чего ты кричишь из-за ерунды?
— Я не кричу, Света. Я разговариваю, — я постаралась сделать голос максимально спокойным, хотя руки тряслись. — Мы доверили тебе ключи. Ты моя лучшая подруга со школы. Я думала, на тебя можно положиться.
— На меня и можно положиться! Кот живой? Живой. Цветы политы? Политы. А посуду я сейчас помою, если ты так из-за нее переживаешь.
Света подошла к раковине, включила воду и начала шумно двигать тарелками. Игорь заглянул на кухню, посмотрел на эту картину, потом на меня.
— Ира, я пойду в машину, заберу оставшиеся сумки, — сказал он. — Надеюсь, когда я вернусь, в доме будут только члены нашей семьи.
Он повернулся и вышел, громко хлопнув входной дверью. Света вздрогнула, выключила воду и повернулась ко мне.
— Ну и зачем он так? Чего твой Игорь вечно строит из себя правильного? Прямо царь во дворце.
— Свет, закрой рот, — тихо сказала я.
— Что? — она округлила глаза.
— Положи ключи на стол, забирай свои вещи и уходи. Посуду можешь не мыть. Я сама все сделаю.
— Ира, ты серьезно? Из-за какой-то немытой посуды и пятна на ковре ты выгоняешь меня? Мы с тобой пятнадцать лет дружим!
— Вот именно, что пятнадцать лет, — я села на стул, потому что ноги уже плохо держали. — И все эти пятнадцать лет ты делаешь только то, что удобно тебе. Помнишь, как ты взяла мое платье на свадьбу к брату и вернула его с порванным подолом? И даже не извинилась, сказала, что оно само разошлось.
— Ой, вспомнила! Это когда было-то? В институте еще!
— А когда ты попросила у Игоря машину на выходные, а потом нам пришло три штрафа за превышение скорости, которые ты так и не оплатила? Мне пришлось самой их гасить, потому что тебе «сейчас не вовремя».
— Ира, у меня тогда с деньгами проблемы были, ты же знаешь.
— У тебя всегда проблемы, Света. Когда тебе что-то нужно, ты звонишь в любое время суток. А когда мне нужна была помощь, когда я в больнице лежала два года назад, ты даже ни разу не приехала. Сказала, что боишься больничной атмосферы.
Света стояла у раковины, скрестив руки на груди. Ее лицо изменилось, исчезла эта напускная легкость, появилась какая-то злость.
— Ах, вот оно что. Ты, значит, все это время на меня обиды копила? В блокнотик записывала?
— Я не копила. Я просто надеялась, что ты повзрослеешь. Но то, что ты устроила здесь — это край. Ты устроила в нашей квартире вечеринку. Мой муж сейчас злится на меня, потому что это я настояла на том, чтобы дать ключи тебе, а не его маме. Его мама, кстати, предлагала заезжать к коту. Но я сказала: «Нет, Свете нужнее подработка, мы ей заплатим за присмотр».
— Да ладно, заплатите вы мне. Нашла чем попрекать. Нужны мне ваши копейки.
Света решительно шагнула в коридор, сбросила мои тапочки и начала обувать свои кроссовки. Она дергала шнурки с такой силой, что один из них порвался. Она чертыхнулась.
— Ключи где? — спросила я, выходя за ней.
Света залезла в карман куртки, достала связку и с силой бросила ее на тумбочку в прихожей. Ключи со звоном ударились о зеркало, чуть не разбив его.
— На, подавись своими ключами! Больше я в этот дом ни ногой. И не звони мне больше. Тоже мне, подруга называется. Из-за куска грязи дружбу сломала.
Она схватила свой рюкзак, рванула дверь и вылетела в подъезд, столкнувшись в дверях с Игорем, который как раз возвращался с пакетами. Она даже не посмотрела на него, просто пробежала мимо к лифту.
Игорь зашел в квартиру, закрыл дверь на замок и поставил пакеты на пол. В коридоре стало очень тихо. Было слышно только, как на кухне из плохо закрытого крана капает вода.
— Ушла? — спросил муж.
— Ушла, — я прислонилась спиной к стене и закрыла глаза. — Прости меня, Игорь. Ты был прав. Не надо было ей ключи оставлять.
Игорь подошел ко мне, обнял за плечи и прижал к себе. От его куртки пахло улицей и прохладой.
— Ладно тебе, не переживай. Главное — Барсик цел. Пошли смотреть, что там на кухне.
Мы прошли на кухню. Я начала собирать грязную посуду в посудомоечную машину, а Игорь принялся за коробки от пиццы. Когда я открыла холодильник, то увидела, что Света съела всю еду, которую мы оставляли в морозилке «на черный день» — домашние пельмени, которые передала моя мама, и три пачки дорогого мороженого.
— Да уж, — протянул Игорь, заглядывая мне через плечо. — Пожила недельку. Она тут, похоже, ни в чем себе не отказывала.
— Мне так стыдно перед тобой, — сказала я, вытирая стол. — Я ведь действительно считала ее близким человеком. Мы со школы вместе. Столько всего прошли.
— Ир, люди меняются. Или просто показывают свое истинное лицо, когда чувствуют безнаказанность. Она решила, что раз ты подруга, то схаваешь любое отношение.
Мы убирались часа два. Вымыли кухню, проветрили комнаты, Игорь дважды пропылесосил ковер и обработал пятно специальным средством. Пятно посветлело, но полностью не исчезло.
— Придется все-таки в химчистку везти снова, — вздохнул муж, глядя на пол.
— Я сама оплачу, со своих денег, — тут же сказала я.
— Перестань, — Игорь улыбнулся и потрепал меня по волосам. — Мы же семья, какие «свои деньги». Пошли лучше чай пить, у нас там печенье в сумке осталось.
Мы сели за чистый стол, Барсик наконец-то осмелел, пришел на кухню и запрыгнул ко мне на колени. Он громко мурчал, соскучившись по нормальной обстановке.
В этот момент у меня на столе завибрировал телефон. На экране высветилось имя Светиной мамы, тети Марины. Я тяжело вздохнула и ответила на звонок.
— Алло, Ирочка, здравствуй, — раздался в трубке взволнованный голос. — Мне тут Светка позвонила вся в слезах. Говорит, вы ее из квартиры выгнали на улицу ночью, вещи вышвырнули. Что у вас там произошло? Она же просто за котиком вашим ухаживала!
Я посмотрела на часы. Было девять вечера. На улицу никто никого не вышвыривал, Света ушла сама и поехала, скорее всего, к себе в общежитие или к какому-нибудь очередному парню.
— Тетя Марина, здравствуйте, — спокойно ответила я. — Света вам не все рассказала. Она переехала в нашу квартиру без разрешения, устроила здесь вечеринку с подругами, устроила жуткий бардак, испортила ковер и нахамила мне и Игорю. Никто ее вещи не вышвыривал, она ушла сама.
В трубке повисла пауза. Тетя Марина вздохнула.
— Ирочка, ну ты же знаешь ее характер. Она вспыльчивая, но отходчивая. Ну перегнула палку, девка молодая, глупая. Но вы же с ней как сестры. Неужели нельзя было просто поговорить, попросить прибраться? Зачем сразу дружбу рвать? Она сидит сейчас, плачет.
— Тетя Марина, мы пытались поговорить. Но Света считает, что она вообще ни в чем не виновата. Она даже не извинилась. Знаете, я просто устала. Это не первый раз, когда она так поступает.
— Ира, ну нельзя же быть такой злопамятной, — голос тети Марины стал строже. — Родных людей надо уметь прощать. Света для тебя столько сделала.
— Что именно она для меня сделала, тетя Марина? — тихо спросила я. — Напомните, пожалуйста, а то я, наверное, забыла.
На том конце провода снова замолчали. Видимо, Светина мама и сама не могла вспомнить конкретных примеров.
— В общем, Ира, я думала, ты умнее, — сухо сказала тетя Марина. — Будь по-твоему. Но учти, Света к тебе больше сама не потянется. Вы потеряли хорошего друга из-за каких-то тряпок и тарелок. Всего доброго.
Она повесила трубку. Я положила телефон на стол экраном вниз.
— Ну что там? — спросил Игорь, допивая чай.
— Да как обычно. Я плохая, Света — жертва обстоятельств. Из-за тарелок разрушила дружбу.
— Ир, ну ты же понимаешь, что дело не в тарелках.
— Понимаю. Дело в уважении. Точнее, в его полном отсутствии.
На следующий день я заблокировала Светин номер во всех мессенджерах и социальных сетях. Мне было немного грустно, все-таки огромный кусок жизни был связан с этим человеком. Мы вместе сдавали экзамены, вместе плакали из-за первых несчастных девичьих влюбленностей, делились секретами. Но сейчас, сидя в чистой, тихой квартире рядом с мужем, я впервые за долгое время почувствовала облегчение.
Мне больше не нужно было выслушивать бесконечные жалобы на жизнь, давать деньги в долг, которые никогда не возвращались, и чувствовать себя виноватой за то, что у меня в жизни все складывается хорошо, а у нее — нет.
Прошел месяц. Мы с Игорем вошли в привычный рабочий ритм. Ковер мы сдали в чистку, и его вернули как нового. О Свете я почти не вспоминала, пока в одну из суббот не встретила у супермаркета нашу общую знакомую Олю.
— Ирка, привет! — Оля подбежала ко мне, держа в руках пакет с покупками. — Сколько лет, сколько зим! Как дела? Как отпуск прошел?
— Привет, Оль. Все хорошо, отдохнули отлично. Ты как?
— Да нормально, кручусь как белка в колесе. Слушай, а что у вас со Светкой случилось? Она мне тут звонила на днях, такого порассказала.
Я внутренне сжалась, ожидая очередной порции грязи в свой адрес.
— И что она рассказала? — спросила я, стараясь говорить равнодушно.
— Да говорит, что ты зажралась совсем после замужества. Что Игорь твой из-за каждой крошки на полу скандал устраивает, и ты под его дудку пляшешь. Мол, она у вас пожила несколько дней, пока дома ремонт был, так вы ее среди ночи на улицу выставили за то, что она чашку не туда поставила. Я, конечно, Светика знаю, она присочинить любит, но неужели все так серьезно?
Я посмотрела на Олю. В ее глазах светилось обычное бабское любопытство. Ей не особо было дело до моих чувств или до истины, ей просто хотелось свежих сплетен.
— Оль, давай так, — спокойно сказала я. — Света жила у нас без разрешения, пока мы были в отпуске. Привела в дом чужих людей, устроила погром и испортила вещи. Когда мы вернулись, она отказалась даже извиниться. Никто ее не выгонял, она сама ушла, хлопнув дверью. Вот и вся история. А верить ей или нет — твое дело.
Оля удивленно моргнула.
— Да ладно? Прямо людей приводила? Ничего себе. Мне она сказала, что одна была, только кота кормила. Ну надо же, какая лиса.
— Вот именно. Извини, Оль, я тороплюсь, Игорь в машине ждет. Рада была повидаться.
Я повернулась и пошла к парковке. На душе было на удивление спокойно. Никакой злости, никакого желания что-то доказывать или оправдываться.
Я села в машину к мужу, он улыбнулся мне и завел мотор.
— Кто там был? — спросил он, выезжая с парковки.
— Да так, знакомая. Про Свету спрашивала.
— И что ты?
— Ничего. Сказала правду. Знаешь, мне теперь совершенно все равно, что они там обо мне говорят. Главное, что у нас дома чисто, спокойно и никто не трогает мои тапочки.
Игорь рассмеялся, перехватил мою руку и сжал ее в своей ладони.
— Вот это правильный подход, дорогая. Поехали домой. Ребята обещали вечером зайти, в настолки поиграем.
— Поехали, — улыбнулась я, глядя в окно на проплывающий мимо город.
Иногда, чтобы в доме стало по-настоящему чисто, нужно не просто вымыть посуду и почистить ковер. Нужно иногда без сожаления выбрасывать из своей жизни людей, которые приносят с собой только грязь и хаос. И чем раньше это сделаешь, тем легче дышится.
— Ты должен отдать квартиру младшей сестре! — потребовала мать. — А себе ещё заработаешь и купишь