Галина Петровна сидела на кухне и смотрела на телефон, который не переставал звонить уже полчаса. На экране высвечивалось имя племянника Димы. Сорок лет, а ведет себя как подросток.
— Петр Иванович, иди сюда, — позвала она мужа. — Опять этот артист названивает.
Петр Иванович вышел из комнаты, вытирая руки полотенцем. Седой, крепкий мужчина с усталыми глазами. Сорок три года работал на заводе, знал цену каждой копейке.
— Что ему на этот раз нужно?
— Не знаю, не беру трубку. Но чую нутром — опять за деньгами приползет.
Телефон замолчал на минуту, потом зазвонил снова.
— Возьми уж, — вздохнул Петр Иванович. — Все равно не отстанет.
Галина Петровна нажала зеленую кнопку.
— Алло.
— Тетя Галя, наконец-то! Я уж думал, что с вами что-то случилось.
Голос Димы звучал встревоженно, но Галина Петровна слышала в нем фальшивые нотки. Сорок лет знала этого мальчишку, еще когда он в детстве приезжал на каникулы.
— Мы живы-здоровы. Что случилось?
— Тетя Галя, у нас беда. Машка получила травму, врачи говорят — нужна операция. Срочно. По квоте долго ждать, да и не то. Надо за деньги. А денег нет совсем.
Галина Петровна замерла. Машенька — дочка Димы, ей всего восемь лет. Светлая девочка, похожая на покойную сестру Галины Петровны.
— Что с ней? Что за операция?
— Разрыв связки. Врачи говорят, если делать платно, результат будет лучше и сможет быстрее восстановиться. Тетя Галя, я не знаю, к кому обратиться. Вы же понимаете, что я готов на все ради дочки.
Петр Иванович подошел ближе, услышав разговор. Нахмурился.
— Сколько нужно?
— Триста тысяч. Знаю, что много, но это же жизнь ребенка.
Галина Петровна мысленно пересчитала их сбережения. Триста тысяч — это почти все их накопления. Деньги, которые они откладывали на старость, на лекарства, на похороны.
— Дима, а страховка? Полис?
— Можно, но это не то врачи говорят быстрее восстановление, меньше осложнений. Вы же знаете, как у нас в стране с медициной. Бесплатно только в очереди стоять. А Машке нельзя ждать.
Петр Иванович взял трубку из рук жены.
— Дима, это дядя Петя. Где сейчас девочка?
— В больнице лежит. Дядя Петя, вы же понимаете, что я бы не стал просить, если бы не крайняя необходимость.
— В какой больнице?
— В детской областной. Дядя Петя, время идет, каждый час дорог.
— Хорошо. Мы подумаем.
— Как подумаем? Тут думать нечего! Это же ребенок! Ваша внучатая племянница!
Петр Иванович отключил телефон. Галина Петровна смотрела на него с надеждой.
— Петя, мы же не можем бросить девочку.
— Галя, а ты не находишь странным, что он сразу называет сумму? И почему не обратился к родителям жены?
— Может, они не могут помочь.
— А может, и не болеет никто.
Галина Петровна всплеснула руками.
— Петя, ты что говоришь! Как можно такое предполагать!
— Очень просто. Помнишь, как он год назад просил денег на лечение тещи? А потом выяснилось, что теща здорова как бык, а деньги он просадил в какой-то пирамиде.
— Но тогда речь шла о взрослом человеке. А сейчас ребенок.
Петр Иванович сел рядом с женой, взял ее за руку.
— Галя, я понимаю твои чувства. Но давай проверим сначала. Поедем в больницу, посмотрим на девочку.
— А если он правду говорит? Если мы потеряем время?
— Тогда поможем. Но сначала убедимся.
Телефон снова зазвонил. Дима.
— Тетя Галя, вы решили?
— Дима, мы хотим приехать к Машеньке.
— Зачем? Ей сейчас нельзя волноваться. Врачи запретили посещения.
— Странно, это же травма, а не реанимация — сказал Петр Иванович. — Обычно родственников к больным детям пускают.
— Дядя Петя, вы мне не доверяете?
— Доверяю, но проверяю. Старая русская пословица.
— Времени нет на проверки! Каждая минута на счету!
Галина Петровна взяла трубку.
— Дима, милый, мы просто хотим увидеть девочку. Понимаешь, для нас это тоже стресс.
— Хорошо, но только завтра утром. Сейчас она спит под наркозом.
— Под каким наркозом? Ты же говорил, что операция еще не была.
Пауза.
— Ей делали обследование под наркозом. Тетя Галя, вы меня запутали совсем. Я сам весь на нервах.
После того как Дима отключился, супруги сидели молча. Галина Петровна теребила край фартука.
— Петя, а что если он правду говорит? Что если с девочкой действительно что-то серьезное?
— Тогда мы поможем. Но завтра утром поедем в больницу.
Ночью Галина Петровна почти не спала. Ворочалась, представляла бледную Машеньку на больничной койке. К утру решила — деньги дать нужно. Нельзя рисковать жизнью ребенка.
Петр Иванович встал рано, как всегда. За завтраком молчал, только изредка поглядывал на жену.
— Петя, давай все-таки дадим денег. А потом разберемся.
— Галя, а если это обман? Мы останемся без копейки на старости лет.
— Зато спасем ребенка.
— Если ребенок действительно болен.
В девять утра они поехали в детскую больницу. Петр Иванович заранее узнал телефон справочной.
— Скажите, у вас лежит девочка Машенька Крылова?
— Минуточку… Нет, такой пациентки у нас нет.
— А может, под другой фамилией? Восемь лет, поступила разрыв связок.
— Сейчас посмотрю по возрасту… Нет, детей восьми лет с таким диагнозом у нас нет.
Галина Петровна застыла с трубкой в руке.
— Может, в другой больнице?
Петр Иванович обзвонил все детские больницы города. Машеньки нигде не было.
— Позвони ему, — сказал Петр Иванович. — Спроси прямо.
Галина Петровна набрала номер племянника.
— Дима, мы в больнице. Машеньки здесь нет.
— Как нет? Конечно есть! Вы не в ту палату пошли.
— Дима, ее нет в больнице вообще. Мы проверили.
Долгая пауза.
— Тетя Галя, вы меня не так поняли. Ее перевели в другую больницу. В частную клинику.
— В какую?
— Название сложное, я не запомнил. Тетя Галя, зачем эти проверки? Вы мне не доверяете?
— Дима, скажи честно – что с Машенькой?
— Как вы можете такое спрашивать!
— Тогда давай встретимся у клиники. Назови адрес.
— Не могу сейчас, я на работе. Тетя Галя, если вы не хотите помочь, так и скажите прямо.
Петр Иванович взял трубку.
— Дима, где работает твоя жена?
— А при чем тут Светка?
— Позвони ей, пусть она нам все объяснит.
— Она… она в командировке.
— Дима, хватит врать. Где Машенька сейчас?
— Дядя Петя, вы меня достали своими допросами! Я к вам больше не обращусь!
Дима отключился. Галина Петровна сидела как громом пораженная.
— Петя, неужели он нас обманывает?
— Похоже на то.
— Но зачем? Зачем врать про больного ребенка?
— Деньги нужны. А совесть, видимо, потерял где-то по дороге.
Вечером позвонила Светлана, жена Димы.
— Галина Петровна, это Света. Дима сказал, что вы хотели со мной поговорить.
— Света, милая, как дела у Машеньки?
— У Машеньки? Нормально. А что случилось?
— Дима говорил, что она в больнице лежит.
— В больнице? Галина Петровна, вы что! Машенька здоровая, в школу ходит. Вчера еще двойку по математике получила.
Галина Петровна почувствовала, как все внутри переворачивается.
— Света, а где Дима сейчас?
— Не знаю. Уже неделю домой не приходит. Говорит, что у друга живет. Галина Петровна, а что происходит?
Петр Иванович взял трубку и рассказал Светлане о звонках Димы. Та слушала молча, потом тихо всхлипнула.
— Я так и знала, что он что-то затевает. Последнее время странно себя ведет. То денег просит, то обещает, что скоро разбогатеем.
— Света, а ты не знаешь, на что ему деньги?
— Не говорит. Но я подозреваю, что опять в какую-то авантюру ввязался. Он же мечтатель, все время думает, что сорвет куш.
После разговора со Светланой Галина Петровна долго сидела молча. Петр Иванович молча гладил ее по голове.
— Как он мог, Петя? Как можно врать про больного ребенка?
— Не знаю, Галя. Видимо, совсем совесть потерял.
На следующий день Дима снова позвонил.
— Тетя Галя, врачи говорят, что времени совсем не осталось. Нужно срочно делать операцию.
— Дима, я вчера разговаривала со Светой.
Пауза.
— И что?
— Машенька здорова. Она в школе учится.
— Тетя Галя, Светка ничего не понимает. Она же не врач.
— Дима, хватит. Мы все знаем.
— Что знаете?
— Что ты врешь. Машенька не болеет, в больнице не лежит.
Долгое молчание.
— Тетя Галя, ну хорошо, не болеет. Но мне деньги очень нужны. Я влез в долги, угрожают.
— Дима, ты понимаешь, что делаешь? Ты врал про больного ребенка!
— Я знал, что по-другому вы не дадите. А мне реально нужны деньги. Я же не навсегда прошу, верну обязательно.
Петр Иванович взял трубку.
— Дима, ты законченный подлец. Использовать ребенка для своих грязных дел.
— Дядя Петя, вы меня не понимаете. У меня сейчас сложная ситуация.
— Мне плевать на твою ситуацию. Больше к нам не звони.
— Дядя Петя, подождите! Я же ваш племянник! Семья должна помогать семье!
— Семья не должна врать семье.
Петр Иванович отключил телефон и заблокировал номер Димы.
Галина Петровна еще долго переживала. Все-таки племянник, кровь от крови. Но постепенно боль утихла, а на смену ей пришло облегчение. Хорошо, что Петр Иванович оказался мудрее и не дал себя обмануть.
Через месяц Светлана позвонила сама.
— Галина Петровна, я хотела извиниться за Диму. Он совсем потерял голову. Оказывается, занял денег у каких-то людей на криптовалюту. Обещали золотые горы, а он все просадил.
— Света, милая, ты тут ни при чем.
— Я с ним развожусь. Не могу больше жить с человеком, который способен врать про собственного ребенка.
— Правильно делаешь. А как Машенька?
— Машенька нормально. Она даже не знает, что папа хотел на ней деньги заработать. И знать не будет.
Вечером Галина Петровна и Петр Иванович сидели на кухне, пили чай.
— Петя, хорошо, что ты меня остановил.
— Галя, я понимаю, что тебе было тяжело. Но нельзя позволять собой манипулировать, даже родственникам.
— Особенно родственникам. Они же знают, на какие кнопки нажимать.
Петр Иванович кивнул.
— Жалко Диму. Хороший был мальчишка в детстве.
— Был. А теперь стал тем, кем стал. Выбор каждый делает сам.
Галина Петровна посмотрела на мужа с благодарностью. Сорок лет вместе, а он все еще удивляет ее своей мудростью.
— Петя, а если бы Машенька действительно заболела?
— Тогда бы мы помогли. Без разговоров. Но проверили бы сначала.
— Доверяй, но проверяй.
— Именно.
Они допили чай и пошли спать. Завтра будет новый день, со своими заботами и радостями. А деньги, которые они чуть не отдали мошеннику, останутся в банке. На старость, на лекарства, на внуков — настоящих, а не выдуманных.
Дима больше не звонил. Иногда Галина Петровна думала о нем, но без сожаления. Каждый человек сам выбирает свой путь. И за свой выбор отвечает сам.
Увидела мужа рядом с другой