— Ребята, я к вам захожу, — тихо сказала Станислава Сергеевна, и в проеме двери показался ее пышный бюст. – Мне тут кое-что нужно найти.
Светлана и Антон сонно зашевелились в постели. Ну что нужно Станиславе Сергеевне в такую рань? Тем более в их комнате.
Станислава Сергеевна порылась в ящике комода, пошарила на полках шкафа, прошептала, что ничего не нашла и вышла за дверь. Светлана в отчаянии поворчала своему мужу на ухо:
— Ну и как долго еще это будет продолжаться? Антон, ну сделай же что-нибудь, пожалуйста!
— А что я могу делать в нашем положении? Только терпеть.
— Ну скажи ты ей, чтобы хотя бы этой бесцеремонности не было! Она же твоя мать! Я не могу, я лишь только невестка.
— Разве она к тебе плохо относится?
— Нет, но твоей мамы слишком много в нашей жизни. Хотя бы в нашей комнате. Это же наша территория.
— Но это и ее квартира, такая уж у нее привычка – ходить беспрепятственно как кошка. Что я ее – переучивать должен?
Светлана в отчаянии села на кровати, поджав под себя ноги. Она посмотрела на мужа – тот опять же мгновенно заснул, тихонько посапывая. Сон у него какой-то спокойный, безмятежный, казалось, что ему все равно. Впрочем – ему действительно все равно, его все устраивает. Так зачем же так рано надо было ему делать Светлане предложение, если нет ни кола, ни двора, кроме мамочкиной квартиры? Да и Света хороша – знала об этом и все равно согласилась.
Еще год назад Светлана с Антоном не были знакомы. На дворе девяностые годы, Света – студентка института, все ее однокурсницы мечтали выйти замуж за «новых русских», жить припеваючи и очень богато, а потому активно искали «папиков». Но Света не такая, ей не хотелось продаваться, она хотела именно любви.
У Светы был особый вкус на парней – ей нравились высокие, неполные, пусть и худосочные мальчики со светлыми волосами, и обязательно романтичные. Такой был ее одноклассник Петя, с которым она дружила с пятого класса, а потом и Кирилл, после того как она окончила школу. Кирилл был ее первый мужчина, они даже думали о свадьбе, но он ушел в армию, а Светлана уехала в другой город учиться в институте, так и разошлись.
А год назад она стала замечать в коридорах института парня на курс старше – высокий, светленький, но какой-то тщедушный, прям просвечивается от своей худобы. Ничего в нем не было мужественного – мускулатуры нет, шейка длинная, тоненькая с большим кадыком, совсем не мечта женщин. Но что-то было в его лице такое, что другие не замечали, что-то одухотворенное, романтичное. Почему-то он не замечал пристальные взгляды на него от Светланы, проносился мимо, наверняка был обделен вниманием девушек и уже смирился с этим.
— Ты что это все время оборачиваешься на этого парня? – заметила Катя, лучшая подруга Светланы.
— Не знаю, нравится он мне, – ответила Света, не отрывая взгляд от этого парня.
— Тебе нравится Антон? – изумилась Катя. – Ну у тебя и вкус! Он же какой-то хлипкий!
— Тебе меня не понять, — вздохнула Света. – Это мой вкус на парней. Значит, его Антон зовут?
— Да. Честно говоря, он так себе парень – тихоня и зубрила. Отстой, в общем, скучный очень. Но хочешь, я тебя с ним познакомлю. Он хоть и не ходок по вечеринкам, но я своего Витьку попрошу, чтобы пригласил Антона на сабантуй ради тебя. Хотя не знаю – согласится ли сам Антон, он же из института сразу домой бежит, к мамочке.
— Ну пусть его уговорит твой Витька, ладно?
— Хорошо, как скажешь. Попробуем.
Вечеринка назначена была через две недели в квартире у одного из студентов. Светлана очень волновалась – как же пройдет знакомство? Антон сидел в уголке стола и растеряно озирался, будто не понимал – как он вообще здесь оказался, это его непривычная среда обитания. Света бросала на него взгляды и Антон, наконец, заметил Свету, перехватил ее взгляд. Светлана густо покраснела, но все же продолжила смотреть на своего худышку.
Когда перешли к танцам, Светлана сама пригласила Антона. Тот сначала растерялся, нервно дергая своим большим кадыком, но согласился пойти потанцевать. Впрочем, так и познакомились.
— Проведешь меня домой? – набралась наглости Света.
— Конечно, а где ты живешь?
— В общежитии, где же еще. Я же приезжая.
— Ах, ну да, конечно. Тогда пойдем.
По дороге говорили обо всем – об учебе, об интересах (оказалось, что между ними было много общего), о личной жизни. Светлана рассказала, что специально уехала подальше от родителей, потому что часто были между ними разногласия, Антон сказал, что живет с мамой.
— Папу я своего не знал – мама сказала, что он сбежал еще до моего рождения. Жили с бабушкой и мамой, но бабушка умерла четыре года назад. Это, конечно печально, но зато у меня есть теперь своя комната, а до этого мы делили ее на двоих с мамой.
Когда дошли до общежития, Света сама потянулась и поцеловала Антона. Для него это было шоком – как так, на первом свидании и сразу поцелуй? Он же не знал, что для Светы он уже давно был лакомым кусочком, и ей хотелось его поцеловать.
Вот так и стали встречаться. А через пару месяцев, Антон пригласил Светлану к себе домой – познакомить с мамой. Она как раз собиралась на работу в ночную смену, но часик посидеть и попить чай с гостьей было время. Станислава Сергеевна оказалась пышногрудой брюнеткой с объемными формами тела, сын совсем не был на нее похож.
— Антоша весь в папу, — объяснила Станислава Сергеевна Светлане. – Правда, папаша его не такой худой был. Антоша с детства был болезненный, мы с ним все по врачам да по больницам. Записывала его на разные спортивные секции, чтобы окреп, но он не выдерживал нагрузок и опять болел. Тогда я решила – ну вот такой он, пусть лучше творчески развивается. Отдала в музыкальную школу на фортепьяно, он неплохо умеет играть, хотя великого музыканта из него тоже не получилось, но все же. Посмотри, какие у Антона длинные, красивые пальцы, будто специально созданы для клавиш пианино.
Антон смущенно спрятал под столом свои руки, похожие на куриные лапки, и все повторял:
— Мам, ну хватит! Ну что ты обо мне так много рассказываешь?
— Ну Светочка же должна про тебя знать, если вы уже так долго встречаетесь! Вот, Света, посмотри его детский фотоальбом.
На фотографиях худенький мальчик – вот он стоит под елкой в костюме зайчика, рядом с Дедом Морозом, вот он с бабушкой и мамой, вот он играет на пианино. Его нет среди друзей, все какой-то одинокий в окружении семьи. У Светланы сжалось сердце – почему-то она еще больше полюбила своего Антошку, жалко как-то его стало. Но, тем не менее, не одной жалостью ограничивалась ее любовь к Антону – слишком близки их интересы и взгляды на жизнь.
Станислава Сергеевна ушла в ночь на работу, влюбленные остались одни дома. Именно тогда и произошла близость между Светой и Антоном. Антон признался, что у него это впервые, и хоть он был немного стеснителен, однако очень нежен и внимателен к своей возлюбленной.
— Я хочу, чтобы ты стала моей женой, — шептал он на ушко Светлане. – Ты хочешь выйти за меня замуж?
Он нервно сглатывал слюну, резво шатая вверх-вниз своим кадыком на тонкой шее, и умоляюще смотрел в глаза Светы.
— А где мы будем жить?
— Здесь, конечно, в моей комнате. Согласись, у меня же хорошая мама.
Да, Станислава Сергеевна была действительно хорошей мамой, Свете она понравилась. Мягкий, вкрадчивый голос, улыбчивая, и сама какая-то уютная, что ли. Видно было, как она сильно любит сына, значит и невестку полюбит. Однако все влюбленные студенты предпочитали снимать какой-нибудь угол, предпочитая жить подальше от родителей, подрабатывали для этого как могли. Так, может быть, после свадьбы они что-нибудь с Антоном придумают, чтобы жить отдельно от мамы.
Подали заявление. Но, даже будучи женихом и невестой, Светлана стеснялась оставаться на ночь у Антона, когда дома была Станислава Сергеевна. Решили не играть пышную свадьбу, а отметить ее дома со свидетелями и мамой. Родители Светы приехать не смогли, они только прислали хорошие деньги на свадьбу, можно даже весь медовый месяц пировать. Свидетелями были Катя и Витя – они до сих пор были не расписаны, однако жили вместе и снимали квартиру. Витя по ночам разгружал вагоны, но он был крепок в плечах, и создавалось такое впечатление, что он совсем не устает.
— Что же ты так своего Витьку мучаешь? — спросила подругу Света. – Он же себя угробит.
— А что нам делать? Не к его же родителям идти жить. У него они строгие, житья нам точно не дадут. А он гордый, у них денег не берет, не хочет быть зависимым, чтобы потом куском хлеба не попрекали. Это не твоя свекровушка – вон, какая мягкая и уютная, и пирожки у нее вкусные. Так что ты как сыр в масле кататься будешь, подружка.
Первая брачная ночь, свекровь дома. Уже стол убран, посуда помыта, хотелось бы сосредоточиться в тишине, но Станислава Сергеевна ходит по квартире и чем-то там стучит и шуршит. Светлана слышала, как ее шаги часто останавливались у комнаты Антона и замирали. Что она там делает? Прислушивается? Боже, ну как сосредоточиться в такой обстановке?! Ничего не получалось, не хотелось, хотя Антон на это не обращал внимания и был на взводе.
— Антон, а ты не попросил бы маму, чтобы она легла спать, а то я никак не могу расслабиться.
— Как я ее попрошу? Уложу спать как маленькую девочку? Она вообще-то взрослая женщина.
— Но я так не могу. Она часто останавливается у нашей двери. Это как понимать?
— Это тебе только кажется. Не обращай внимания.
Но как было не обращать внимания? Кое-как справившись, супруги уснули. Утром Светлана не обнаружила Антона в постели. Сквозь приоткрытую дверь Светлана услышала какое-то бормотание на кухне – это разговаривали мама с сыном. Она подошла к двери, приоткрыла ее еще чуть больше и прислушалась.
— Да, и объясни своей молодой жене, что овсянку тебе можно только на воде, а не на молоке, — говорила Станислава Сергеевна. – Я понимаю, что вам хочется повкусней и пожирней, но ты знаешь, тебе это вредно, еще и обострение возникнет.
— Мам, я же не маленький. И почему она должна мне варить именно овсянку?
— Твоему желудку она полезна, ты сам знаешь. Я же не могу все время контролировать твое питание, я же работаю.
«Ну что ж, — подумала Светлана. – Буду варить Антошке овсянку на воде». А, в общем-то, ну что особенно в этом диалоге между мамой и сыном? Мать заботится об Антошке, и это нормально. Да и о самой Станиславы Сергеевны ничего плохого нельзя было сказать – хорошая женщина, всем бы такую свекровь.
И действительно, ссор не было, но кое-какие нюансы все же начали напрягать. Живя у свекрови, создавалось такое впечатление, что супругов в этой квартире не существовало, или они были невидимыми. Станислава Сергеевна без стука заходила в комнату молодых, якобы что-то поискать, но так ничего и не найдя. Ей было все равно – чем там занимаются супруги, она на них не обращала никакого внимания. Просто она считала, что квартира – это ее личное пространство, а Света и Антон, лишь приложение к этой квартире.
— Антон, давай сделаем какой-нибудь замочек на дверь?
— Зачем? – удивлялся Антон. – У нас никогда не вешали замков на двери.
— Ну это была ваша семья, а теперь мы же отдельная.
— Как это так? Мы живем с мамой, а значит общая семья. Закрыться от нее – это как будто жить в коммунальной квартире.
— Ну скажи, чтобы она хотя бы стучалась перед входом.
— А если мы спим? Зачем ей нас будить?
Этот разговор услышала и Станислава Сергеевна. Да, она все слышит!
— Светочка, — сказала она. – У нас и правда никогда замки не вешали на двери, ты меня извини, но правила тут устанавливаю я. Да и зачем портить двери этими замками и шпингалетами? Честно говоря, я бы даже хотела, чтобы у вас дверь была слегка прикрыта – у меня давление, сердце иногда пошаливает, мне может понадобиться помощь, но не буду же я кричать на всю квартиру. Мы никогда на ночь дверь не закрывали, такое было правило. А сейчас – ну что уж, я понимаю, вы молодые, можно и закрываться. А стучать в дверь я могу, но действительно – зачем вас будить? Я тихонечко тут сама похожу, поищу, что мне надо, и закрою дверь.
Светлана смутилась – а может действительно свекровь права?! С Антоном они занимаются любовью исключительно тогда, когда Станиславы Сергеевны нет дома, ну что она права тут качает? В семье Светы другие правила, а к этим она просто не привыкла. Только однажды была одна неприятная ситуация.
В комнате было жарко, и супруги то и дело сбрасывали с себя одеяло. Проснулась Светлана от какого-то монотонного бормотания. Она подняла голову и увидела свекровь, спокойно сидящую на кресле, которая смотрела в их комнате телевизор. Но, к своему ужасу, Света обнаружила, что одеяла совсем нет – оно лежало на полу, а супруги вообще раздеты, голышом. Станислава Сергеевна увидела смущение Светланы, махнула рукой и сказала:
— Да вы спите, спите. У меня в комнате сломался телевизор, я пришла только тихонечко новости у вас посмотреть и уйду.
— Станислава Сергеевна, но вы хотя бы как-то себя обозначайте, когда входите!
— Тю! Это ты про то, что раскрылись? Я совсем на вас не обращаю внимания, да и что я там не видела?
— Ну это же как то… — Светлана старалась подобрать правильное слово. – Неприлично… Нам… Не в одежде же спать в такую жару.
— Ну ладно, буду как-то себя обозначать, — равнодушно согласилась свекровь.
Станислава Сергеевна досмотрела новости и ушла. Светлана понимала – дальше так жить нельзя. Она растолкала мужа и взмолилась:
— Антошка, милый, давай снимем квартиру, ну пожалуйста! Вот, обрати внимание – Витя с Катей живут отдельно, Катя еще и официанткой устроилась, помогает мужу, и ты иди на какую-нибудь работу, я тебе буду помогать.
— На какую работу я устроюсь? – сонно спросил Антон.
— И действительно, на какую работу? – на пороге комнаты возникла Станислава Сергеевна, она явно подслушивала каждый разговор супругов. – На такую, как у вашего Вити? Вагоны разгружать? Это с Антошкиным-то здоровьем? Да еще и по ночам? Света, ты меня прости, но до твоего прихода все было спокойно, жили мирно, а теперь ты внесла в дом сумятицу, все тебе не так! Я не для того сама работаю и еще хочу подработку взять, чтобы сын учился и ни в чем не нуждался, а потом сидел в офисе, и не надрывал пупок. Я не для того столько сына лечила, чтобы сейчас ты его угробила. Я понимаю, тебе помогают твои родители деньгами, но если ты сама так хочешь работать – пожалуйста, но мой сын пока что будет только учиться и все! Поэтому я никогда не стучалась в его комнату, чтобы не будить его, и он выспался. Это наши правила, Свет, пора к ним привыкнуть.
Мягкая по характеру Станислава Сергеевна все же показала свои острые зубки. Свете было обидно и очень неприятно, но где-то свекровь была права. Куда же Антон пойдет на подработку с таким здоровьем, если в стране и так сплошная безработица? Да и ладно, Станислава Сергеевна обещала себя обозначать, может можно с этим как-то смириться? Вот сегодня она так себя и обозначила – шепнула у порога и сразу зашла. Смысл от этого? Да еще и совершенно неприятно, что она роется по вещам супругов, якобы в поисках чего-то там. Зачем она это делает? Все, это невыносимо! А Антон спит, как ни в чем не бывало.
Света встала и тихонечко собрала свои вещи. Какое-то время она перекантуется у Вити с Катей, а там может, и в общежитие вернется. Она вышла из комнаты и сразу наткнулась на свою свекровь.
— Светик, ты куда? – удивилась Станислава Сергеевна.
— Не могу больше, ухожу!
— Нет-нет, остановись, пойдем на кухню, поговорим. Что случилось?
Присели за столом, Светлана еле сдерживалась, чтобы не заплакать.
— Ты это из-за того, что я к вам опять как-то не так зашла? Я же предупредила.
— Да, вы предупредили, но смысл от того? Мы не отозвались, что мы согласны, а поэтому от этого никакого толка. Дело даже не в этом – у нас нет с Антоном личного пространства. Мы, вроде и живем в отдельной комнате, но у меня постоянный страх, что вы в любое время можете войти, чем бы мы ни занимались. У меня уже комплекс развился. Такое впечатление, что вы живете только с сыном, но меня здесь нет, и мнение мое не имеет никакого значения. Вы очень хорошая женщина, но жить я тут не могу.
— Светочка, только не уходи! – взмолилась Станислава Сергеевна. – Антоша мне этого не простит, я знаю, как он тебя любит. Я обещаю – я буду стучаться, если дело только в этом. Ну хочешь – замочек повесим?! Только не уходи.
С тех пор прошло много лет, Света с Антоном живут отдельно, у них трое детей и они водят их к бабушке Стасе в гости. В том далеком прошлом замок так и не повесили, но Станислава Сергеевна научилась уважать личное пространство сына с невесткой.
Сама родила, сама и разбирайся