Окружающие постоянно осуждали и не понимали Григория и Ирину из-за их необычного формата брака. Только им до этого не было, супругов все устраивало и менять ничего желания не было.
— У вас у каждого есть квартира, а живете на съемной, зачем? — часто спрашивали друзья.
— Ну да, только мы первое время не могли определиться в какой именно жить, потом встал вопрос с ремонтом и решили временно все отложить, -отвечала Ирина.
— Мы правда планировали временно пустить квартирантов, чтобы собрать денег на ремонт, — поддерживал ее муж. — Потом прикинули, что на съемной жить выгодней и пока закрыли для себя эту тему.
— А с детьми тоже будете бегать по съемным квартирам? — не понимали окружающие.
— Ну пока что детей нет нас все устраивает, а дальше будет видно, -отвечали супруги.
От друзей и коллег отбиться было не так сложно, как от родителей. Они жили в других городах, приезжали в гости раз в несколько месяцев и не могли понять выбор пары.
— Ну как так жить можно? — интересовались родственники разными интонациями, но с одним смыслом. — У Гриши хорошая двушка, у Иры однушкас нормальным ремонтом, а вы все таскаетесь по чужим углам.
— Но мы так решили и это всем удобно, — не понимали причины недовольства супруги. — По сути сейчас все хорошо, мы устроили личное пространство и это очень рады. Но в случае необходимости каждый может в любой момент вернуться на свою территорию или спрятаться в собственной берлоге.
Воспитанные в других рамках родители вообще этого не понимали и только осуждающе головой качали. Они воспринимали такую позицию супругов за неуверенность в силе чувств и подсознательном поиске путей для отступления.
— Скорей всего Григорий нашу дочь обижает, раз она придерживает квартиру, в которую в любой момент можно вернуться, — говорила мужу Галина. — Иначе я не могу объяснить отсутствие желания у женщины вить собственное гнездо.
— Может для молодежи такая ситуация в принципе кажется нормальной, -оправдывал ее Анатолий. — Это вы вступали в брак раз и на всю жизнь, не позволяли себе сомневаться в верности и чтили слово взрослых. Сейчас все поменялось, обесценилось и вообще смутное время.
— Я подозреваю, что невестка нашего Григория пытается строить или под себя воспитывать, вот ему и не нравится, — говорила вторая мать.
— Оно и понятно, кому такое бы понравилось, — соглашался с ней второй отец. — Мне тоже кажется, что в семейной жизни сына не все гладко, поэтому и придерживает добрачную квартиру на всякий случай.
Гриша и Ира прекрасно знали о непонимании со стороны окружающих, только менять ничего не собирались и при этом чувствовали себя счастливо. Они не были привязаны к одному месту, много путешествовали, в случае ссоры действительно могли разойтись на несколько дней, но потом каждый раз снова сходились.
— Вообще не понимаю зачем пересиживать по друзьям, иметь две свои квартиры и одну арендованную, — опять возмущались приятели.
— Просто мы знаем, что каждый раз вернемся на свою арендованную и снова будем радоваться каждому дню, — отвечали супруги.
Окружающие не верили в правильность таких отношений и постоянно пытались высказывать свое мнение. Близкие друзья были уверены в том, что отношения пары не смогут длиться долго. Они ждали от них новостей о расставании и высматривали даже мелкие недостатки, критикуя поступки. Григорий с Ириной только усмехались и со временем перестали даже как-то объяснять свои поступки. Они строили карьеру, получали доход от аренды квартир и вкладывали его в путешествия, а часть средств внесли на депозит.
— Пусть у нас будет стратегический запас, — говорил Григорий. — Вдруг со временем правда захотим на одном месте осесть, купим дом, заведем огород и будем грядки высаживать.
— В принципе ты прав, — соглашалась Ирина. — Давай только не будем родственникам и друзьям о наших планах пока что рассказывать.
Так они и жили восемь лет, чувствуя себя при этом совершенно счастливыми и свободными от условностей. Ожидающие развода приятели уже сами успели несколько раз сменить партнеров и поделить имущество. А Григорий с Ириной оставались вместе и были гармоничной парой. Устав от переездов и приняв решение о покупке собственной квартиры, они стали особенно привлекать к ситуации внимание. Супруги продали однушкуи использовали депозитные средства, отложенные за это время.
— Оставшуюся квартиру мы можем сдавать, — предлагал Григорий жене. — Раз мы решили купить себе дом, она пусть остается в качестве запасного варианта. Официально она находится в моей собственности, но можно оформить право совместного владения.
— Не вижу смысла тратить сейчас на это время и силы, -отмахивалась Ирина.
Дом они купили красивый, ремонт в нем сделали под себя и без пафоса стали жить. Родственники и друзья норовили в гости напроситься, только супругам не особенно хотелось пускать других людей в свое жилье. Они бережно относились к личному пространству и не любили хвастовства.
— Сто процентов скоро Смирновы разведутся, — шептало окружение у них за спинами. — Дом купили, а одну квартиру оставили, там гарантированно уже пошли какие-то договоренности.
Но больше всего опять за пару переживали родители, которые мечтали о лучшей жизни для детей и тоже в любой мелочи подвох искали.
— Раз наша дочь не хочет рожать детей от мужа, значит в этой истории что-то неправильно, — говорила мать Ирины.
— Возможно ты и права, потому что обоим уже за тридцать, а они все путешествуют и теперь непонятно зачем этот дом купили, — соглашался отец.
— Не повезло нашему сыну с женой просто катастрофически, -вздыхала мать Григория. — Другие в таком возрасте уже детей в школу ведут, а они все решится не могут ни на что.
— Может не хотят или проблемы какие? — сомневался отец. — Хоты ты права, внуков хочется понянчить, пока силы на это есть и здоровье осталось.
В рамках общественного мнения и привычного образа жизни Григорий и Ирина опять не соответствовали ожиданиям окружающих людей. Но больше всего критиков раздражал тот факт, что они и не пытались ничему соответствовать. Пара дом обживала, планы строила и не обращала внимание на попытку давления или вмешательства в личную жизнь. Через год после новоселья они сообщили новость о скором пополнении и вскоре стали родителями крикливого Степки.
— Ну понятно, Ирина родила ребенка, чтобы муж не сбежал, -не могли успокоиться любители вмешиваться в чужую личную жизнь.
— А может Григорий настоял на рождении наследника и сам заставил жену на такой шаг пойти, — создавали идеи другие критики.
Родители в этот раз не выдвигали предположения относительно мотивов и поступков пары, а только рождению внука радовались. Помогали его воспитывать и подарками забрасывали. Молодые родители были искренне благодарны за помощь и просто радовались каждому дню. У них в жизни все складывалось хорошо: сын рос, в доме царил мир, квартиру решили не продавать и даже мотивы свои родственникам объяснили.
— Степка подрастет, ему квартира точно пригодится, -говорили родители. — Пока что будем ее поддерживать в хорошем состоянии и сдавать в аренду. Потом себе дом оставим, а сына в квартиру поселим и будем всем счастье.
Гриша и Ира были слишком сильно заняты решением собственных проблем, поэтому на слова и советы окружающих особенного внимания не обращали. Пока они домыслы строили, идеи генерировали и ждали сенсаций, супруги просто проживали свою жизнь и были тому искренне рады. Только они сам знали какой ценой давалось счастье и имеющиеся достижения, поэтому отказываться от них не собирались.
— Странные они, эти Смирновы, — опять были недовольно любители критики и вмешательства в чужую жизнь. — Лучше бы квартиру продали, дом большой купили или большую квартиру в новострое.
— Они и ребенка могут только странного вырастить, -вторили им другие. — Понятно же, что из этой семейки ничего путного не получится.
Смирновым до критики особенного дела не было, поскольку внимания на нее не обращали совершенно. Все советчики и любители рассуждать почему-то прекрасно разбирались в жизни других, а вот в своей судьбе не могли навести порядок. Просто проблемы других людей рассуждающих правда заботили, а свои казалось проще не замечать и вообще делать вид знающего гуру и настоящих специалистов во всех сферах жизни.
Пока они заглядывались, Григорий и Ирина просто жили, любили, сами решение принимали и ответственность за них несли. И им не было дела до того, как к этому относятся практически посторонние люди. Они давно поняли, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на такие глупости и бестолковые доказательства собственной правоты.
Свекровь стояла у двери и требовала впустить жить в наш дом. Но дальше она и представить не могла, что скажет муж