— Мелочь? Моя доля в трехкомнатной квартире родителей — это мелочь?
Я отказалась от нее, чтобы вы с Алиной не скан..далили, чтобы у каждого из вас был свой старт!
Я сделала это от чистого сердца.
— Насть, не нужно сейчас делать из себя мученицу, — Алина раздраженно махнула рукой. — Тебя никто не заставлял отказываться, это был твой выбор.
— Знаешь, Настя, я никогда не забуду, как ты на меня орала из-за той д..рацкой вазы! Это было просто унизительно.
Брат неловко кашлянул, а Настя поначалу даже растерялась.
— Ты сейчас серьезно? Мы сидим здесь, празднуем покупку твоей новой машины, и ты решила вспомнить историю пятилетней давности?
— А почему бы и нет? — Алина пожала плечами. — Денис спросил, почему мы в последнее время почти не общаемся. Вот я и ответила.
Ты всегда со мной вела себя отвратительно, Насть.
Чуть что не по-твоему — сразу крик и обвинения.
Та ваза вообще ничего не стоила — обычное дешевое стекло, даже не хрусталь!
— Дело было вовсе не в стоимости вазы, — Настя, конечно, попыталась оправдаться. — Алин, давай восстановим хронологию.
Машеньке тогда было всего десять месяцев, она только-только начала активно ползать по дому.
Ты разбила тяжелую стеклянную вазу прямо посреди гостиной, на пушистом ковре.
— Ну разбила и разбила, с кем не бывает? — раздраженно фыркнула Алина. — Я же собрала осколки, не оставила их валяться.
— Ты собрала только самые крупные куски! А мелкое, острое как бритва крошево осталось в ворсе ковра.
Когда я зашла в комнату и увидела, что Маша ползет прямо к этому месту, у меня внутри все просто перевернулось.
Ребенок мог изре..зать себе руки, колени, лицо! Я испугалась до полусмерти.
Да, я закричала на тебя. Потому что ты просто бросила все как есть, ушла в свою комнату и даже не подумала включить пылесос.
— Вот видишь, ты снова начинаешь меня отчитывать, — запричитала Алина. — Ты всегда считала себя идеальной матерью и хозяйкой, а меня — безалаберной ду..ры…ндой!
— Алин, ты жила в моей квартире два года. Абсолютно бесплатно, на полном моем иждивении!
Ты не платила ни за аренду, ни за коммунальные услуги, не покупала продукты.
В это время я разрывалась между нашей тяжело больной мамой, отцом и грудным ребенком.
У тебя, как ты выражалась, были «расшатанные нервы» из-за учебы в институте, и я делала все, чтобы оберегать твой покой.
— Ну началось, — Алина демонстративно закатила глаза. — Теперь ты будешь попрекать меня каждым съеденным куском хлеба? Как это благородно!
— Я не попрекаю, — Настя покачала головой. — Я просто хочу, чтобы ты была честна хотя бы перед собой.
За те два года ты не потратила ни одной копейки из своих подработок.
Именно благодаря этому ты смогла накопить на первый взнос для покупки автомобиля, за рулем которого ты сегодня приехала.
Но сейчас ты преподносишь это так, будто все — исключительно твоя личная заслуга!
— Конечно, это моя заслуга! — отрезала Алина. — Я работала, я откладывала деньги.
А то, что я жила у тебя — так мы же родные сестры. Ты обязана была мне помочь.
К тому же, ты сама предложила мне переехать.
Настя перевела взгляд на брата.
— Денис, а ты тоже считаешь, что я обязана была это делать? И что я вела себя неподобающе?
Денис заерзал на стуле, покрутил в руках вилку и негромко произнес:
— Ну, Насть… Алина в чем-то права. Кричать действительно не стоило, можно было сказать спокойнее.
А по поводу квартиры и помощи… Ты же сама отказалась от своей доли в родительском наследстве в нашу пользу.
Мы с Алиной думали, что у тебя и так все хорошо.
Ваня прилично зарабатывает, у вас своя квартира. Зачем тебе еще и доля от родителей?
Мы решили, что для тебя это была мелочь.
Настя почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног.
Она прекрасно помнила, как после похорон родителей сознательно пошла к нотариусу и подписала отказ от наследства.
Ей искренне хотелось помочь младшим встать на ноги, дать им возможность разъехаться и начать самостоятельную жизнь без кабальных кредитов.
Она не спала ночами, ухаживая за угасающими родителями, пока Алина «берегла нервы», а Денис строил карьеру.
И теперь это решение преподносилось как нечто незначительное, само собой разумеющееся.
— Мелочь? Моя доля в трехкомнатной квартире родителей — это мелочь?
Я отказалась от нее, чтобы вы с Алиной не скан..далили, чтобы у каждого из вас был свой старт!
Я сделала это от чистого сердца.
— Насть, не нужно сейчас делать из себя мученицу, — Алина раздраженно махнула рукой. — Тебя никто не заставлял отказываться, это был твой выбор.
Но характер у тебя действительно тяжелый. И то, что ты сейчас припоминаешь нам свою помощь, только доказывает мои слова.
Ты сделала доброе дело только для того, чтобы потом всю жизнь нами помыкать!
Настя не стала спорить. Она молча положила на стол деньги, поднялась и вышла из кафе.
Насте казалось, что после этого разговора она извлекла урок.
Она сократила общение с сестрой и братом до редких дежурных поздравлений с праздниками, и самой себе пообещала: больше никогда и никому она не позволит на себе ездить.
И до определенного времени ей вроде бы удавалось слово это держать…
Как-то Насте позвонила Ира — ее лучшая школьная подруга, с которой они делили все девичьи секреты на протяжении почти двадцати лет.
Она плакала в трубку и умоляла о встрече.
Конечно, Настя согласилась.
— Настен, мне больше не к кому пойти, правда! У нас с Пашей просто катастрофа, — тараторила подруга.
— Что произошло? — перепугалась Настя. — Что-то с ребятами? С родителями?
— Нет, все здоровы. Дело в квартире. Мы оформляем собственность, и банк внезапно выставил нам скрытую комиссию за закрытие ипотеки.
Какая-то юридическая лазейка в договоре, о которой нам никто не сказал.
Если мы не внесем триста тысяч рублей в течение недели, нам аннулируют льготную ставку и пересчитают весь долг по новому, грабительскому проценту.
Мы просто пойдем по миру, Насть!
— Триста тысяч… — Настя нахмурилась. — Сумма серьезная. А у вас совсем нет сбережений?
— Мы выскребли все до последнего рубля, чтобы внести основной платеж, — Ира умоляюще посмотрела на подругу. — Насть, пожалуйста, одолжи нам эти деньги.
Я знаю, у вас есть накопления. Мы вернем все ровно через три месяца.
Паше в конце лета гарантированно выплатят годовую премию, плюс мы выставили на продажу нашу старую машину.
Как только получим деньги — сразу же вернем тебе всю сумму.
Клянусь нашей дружбой!
— У нас действительно отложена сумма на покупку новой машины, мы планировали заняться этим осенью.
Три месяца — это как раз конец августа.
Я могу одолжить тебе эти триста тысяч. Но мне очень важно, чтобы деньги вернулись вовремя.
Ваня рассчитывает на них.
— Настенька, золотая моя! — Ира бросилась ей на шею. — Ты даже не представляешь, от какого кош.мара ты нас спасаешь!
Конечно, вернем! Ровно через три месяца, день в день!
Я тебе по гроб жизни буду благодарна!
Вечером Настя призналась мужу, что перевела Ирине деньги. Ваня долго молчал, глядя в окно, а потом тихо вздохнул:
— Ты снова наступила на те же грабли, Насть.
— Вань, ну чего ты? — взмолилась она. — Ира — моя лучшая подруга. У них действительно безвыходная ситуация с банком.
Они продают машину, у Паши будет премия. Отдадут, никуда не денутся!
— Дай бог, чтобы я ошибался, — ответил Ваня. — Но помни одно: отдавать чужие деньги всегда психологически сложнее, чем брать. Особенно друзьям.
Август прошел незаметно, сменившись прохладным сентябрем, а затем и дождливым октябрем, а от Ирины не было никаких вестей.
Она периодически писала Насте в мессенджерах, присылала смешные картинки, спрашивала, как дела у Машеньки, но тему долга упорно обходила стороной.
Насте было безумно неловко поднимать этот вопрос первой.
Ей казалось, что расспросы о деньгах могут ранить подругу, показать ее недоверие.
— Наверное, премию задерживают или машину не могут продать, — успокаивала себя Настя. — Ира сама скажет, когда сможет.
В начале января Настя случайно встретилась в торговом центре со Светланой — их общей школьной знакомой.
Они решили выпить по чашке кофе в ресторанном дворике.
— Слушай, Насть, а ты уже была на новоселье у Ирки? — весело спросила Светлана, отламывая кусочек круассана.
Настя замерла.
— На новоселье? Нет. Они вроде бы только закрыли ипотеку, я думала, у них там еще ремонт идет, стены голые.
— Какие голые стены! — рассмеялась Светлана. — Они там такой шикарный ремонт закатали!
Ирка, правда, в соцсетях ничего не выкладывает — говорит, боится сглазить. Но мне в личку все уши прожужжала.
Они наняли дизайнера, заказали какую-то невероятную итальянскую плитку для ванной, а кухонный гарнитур им обошелся чуть ли не в полмиллиона.
Спешат безумно, хотят быстрее переехать.
— Полмиллиона на кухню? — тихо переспросила она.
— Ну да! — Светлана увлеченно продолжала делиться подробностями. — Паше выплатили какую-то просто космическую премию в августе, да и машину они продали очень выгодно.
В общем, деньгами распоряжаются вовсю.
А ты чего такая бледная? На тебе лица нет.
— Да нет, все хорошо, — с трудом выдавила Настя. — Просто голова немного разболелась от шума в торговом центре.
Мне, наверное, пора ехать.
Уже дома она набрала школьной подруге:
— Настька, привет! — та ответила не сразу. — Прости, что долго не брала, у меня тут рабочие штробят стены под проводку, шум стоит невероятный!
Как дела?
— Привет, Ир. Дела нормально. Я звоню по поводу нашего договора.
Стук инструментов стал тише — судя по всему, Ирина спешно вышла в другую комнату.
— Ой, Насть… Да, конечно. Я помню про долг, честно! Прости меня, пожалуйста, что сама не позвонила.
Просто голова идет кругом от этого ремонта.
Столько забот, материалы дорожают каждый день, рабочие косячат, приходится все переделывать…
— Ир, мы договаривались на три месяца, — прервала ее Настя. — Сейчас идет уже шестой.
Вы получил премию, продали машину. Почему ты даже не позвонила и не предупредила, что не можешь вернуть долг вовремя?
— Ну Насть, ну ты же должна понимать, какая сейчас ситуация! Нам нужно срочно доделать ремонт, чтобы переехать.
Мы сейчас платим сумасшедшие деньги и за аренду съемного жилья, и за стройматериалы.
Если мы сейчас остановим работы, то просто останемся в сложном положении!
Мы решили сначала закончить квартиру, переехать, а потом уже начать отдавать долги.
— Ира, вы потратили полмиллиона на кухонный гарнитур и наняли дизайнера. Вы занимаетесь обустройством на мои деньги, которые я одолжила вам без процентов из наших семейных сбережений.
Мы с Ваней из-за этого отложили покупку машины!
Почему ты решаешь свои проблемы за мой счет, даже не поставив меня в известность?
— Подожди, а откуда у тебя вообще эта информация про кухню и дизайнера? Света рассказала?
Вот же длинный яз..ык у человека! Но знаешь что, Настя? Давай посмотрим на вещи реально.
Твой Ваня отлично зарабатывает, вы живете в большой квартире, ни в чем не нуждаетесь.
Зачем тебе сейчас срочно эти триста тысяч? Чтобы они просто лежали у вас на счету?
А нам они сейчас жизненно необходимы, понимаешь?
Мы ремонт делаем, спешим заехать! Неужели ты не можешь войти в положение подруги и подождать еще немного?
Что изменится от того, что мы отдадим их чуть позже?
И вообще, никаких доказательств у тебя нет, ничего я не брала. Пока!
Настя чуть не зарыдала…
Долг подруга не вернула, с братом и сестрой Настя не общается. И больше никому взаймы даже рубля не дает — жизнь научила никому не верить. Только себе.
У нас большая радость – завтра свекровь приезжает