— О, нет, — Катя покачала головой. — Ты соберешь вещи прямо сейчас. При мне. Я не собираюсь уходить из собственной квартиры, чтобы облегчить тебе задачу.
— Катя, квартира наша общая, — напомнил он тихим, но твердым голосом. — Мы покупали ее в браке.
— Да, моя хорошая, я тоже скучаю, — тихо произнес Валентин, прижимая трубку к уху. — Потерпи еще немного. Я уже все решил и завтра скажу жене.
Катя стояла в темном коридоре, прижавшись спиной к стене. Дверь кухни была приоткрыта на пару миллиметров, и в эту щель пробивался тонкий луч света.
— Нет, она ничего не подозревает, — продолжал Валентин приглушенным, но отчетливым голосом. — Ведет себя как обычно.
Ладно, целую. Завтра все закончится, и мы будем вместе.
Катя лежала без движения до самого рассвета, тихо глядя в потолок и вспоминая слова, которые когда-то перевернули ее жизнь.
— Катя, одумайся, — говорила ей мама пять лет назад, когда они сидели на этой самой кухне. — Девять лет разницы — это пропасть.
Сейчас ему двадцать пять, тебе тридцать четыре. Вы кажетесь счастливыми. Но пройдут годы, ты начнешь увядать, а он расцветет.
— Мама, мы любим друг друга, — упрямо отвечала тогда Катя. — Возраст — это просто цифры. Валентин взрослый, серьезный мужчина. Он меня любит.
— Он найдет помоложе, Катя. Мужчины в его возрасте не умеют ценить верность. Он будет тебе из..менять, а ты будешь закрывать на это глаза. Помяни мое слово.
Тогда эти слова казались Кате несправедливыми. Она злилась на мать, защищала своего молодого мужа.
Но теперь, лежа в темноте рядом с человеком, который, оказывается, планировал разрушить их брак, она понимала, насколько мама была права.
Она давно чувствовала, что что-то изменилось.
Валентин стал более сдержанным на эмоции, перестал целовать ее при встрече, часто задерживался на работе.
А она просто делала вид, что все хорошо, глуша в себе нарастающую тревогу.
Утром Катя проснулась первой, приготовила завтрак и налила кофе. Когда Валентин зашел на кухню, она сидела у окна.
— Доброе утро, — тихо сказала она.
— Доброе, — ответил Валентин, не глядя ей в глаза. Он сразу уткнулся в свой телефон. — Спасибо за кофе.
— Как спалось? — спросила она.
— Нормально. Немного душно было.
— Да, мне тоже показалось. Ты сегодня рано проснулся. Ночью тоже вставал, кажется?
Валентин на секунду замер.
— Да, воды заходил выпить. Голова немного разболелась.
— Понятно. Валь, мы давно никуда не ходили вместе. Может, в выходные выберемся в кино или ресторан?
— В выходные? — он отвел взгляд в окно. — Не думаю, что получится. На работе завал, нужно будет отчеты закрыть.
— Ты в последнее время постоянно занят, — заметила Катя. — И стал каким-то… не таким. Даже не поцелуешь, когда домой приходишь.
Что-то случилось?
— Кать, не придумывай, пожалуйста, — поморщился он. — Просто устаю. Кризис в компании, сам не свой в последнее время.
Не начинай, ладно?
— Я и не начинаю, — спокойно ответила она. — Просто хочу понять, что происходит между нами. Мы стали как чужие.
Валентин поставил чашку на стол и глубоко вздохнул.
— Знаешь, Катя… Нам действительно нужно поговорить. Хорошо, что ты сама завела этот разговор.
— Да? И о чем же? — спросила она, глядя ему прямо в глаза.
— О нас. О нашем браке. Мне кажется, мы совершили ошибку.
— Ошибку? — Катя приподняла бровь. — Какую именно? Пять лет совместной жизни — это ошибка?
— Счастливой ли? — Валентин покачал головой. — Последний год мы просто живем по инерции. Ты же сама это чувствуешь.
Мы разные люди, Кать. И разница в возрасте… она все-таки дает о себе знать.
— Ах, вот оно что, — Катя усмехнулась. — Разница в возрасте. Пять лет назад она тебя не пугала. И три года назад тоже.
Что изменилось сейчас?
— Я изменился, — тихо сказал он. — Я вырос. И понял, что хочу от жизни другого.
— Другого или другую? — спросила Катя напрямую.
Валентин вздрогнул.
— При чем здесь это? Зачем ты сразу ищешь грязь?
— Я не ищу, Валя. Я просто спрашиваю. Ответь мне честно. У тебя есть другая женщина?
Он молчал несколько секунд, барабаня пальцами по столу. Затем поднял глаза.
— Да. Есть.
— И давно?
— Полгода.
— Полгода… — повторила она. — И все это время ты спа..л со мной в одной пост..ели, ел мою еду, принимал мою заботу и врал мне в лицо?
— Я не хотел тебя ранить, — глухо произнес Валентин. — Пытался разобраться в себе. Понять, что это — мимолетное увлечение или что-то серьезное.
— И к какому выводу ты пришел сегодня ночью, на кухне? — спросила Катя.
Валентин побледнел.
— Что? Откуда ты…
— «Я уже все решил и завтра скажу жене», — процитировала она его же слова. — Кажется, именно это ты шептал в трубку в три часа ночи?
Я все слышала, Валя. Каждое слово.
Он опустил голову.
— Прости. Я не хотел, чтобы ты узнала так.
— А как ты хотел? — Катя подалась вперед. — Прийти сегодня вечером с букетом цветов и сказать: «Дорогая, я ухожу к молодой»?
Сколько ей лет? Двадцать пять? Или меньше?
— Ей двадцать четыре, — тихо ответил он. — И дело не в возрасте, Катя. С ней я чувствую себя живым.
— А со мной ты чувствовал себя мертвым? — спросила она. — Все наши планы были ненастоящими?
— Это было настоящим, но прошло, — Валентин вздохнул. — Люди меняются, чувства остывают. Так бывает.
Я благодарен тебе за все, правда. Но обманывать тебя дальше было бы нечестно.
— Нечестно? — Катя рассмеялась. — Ты обманывал меня полгода! Ты стал отстраненным, перестал ко мне прикасаться.
А я, глупая, списывала все на твои проблемы на работе.
Я не хотела верить маме. Она ведь предупреждала меня. Буквально умоляла не выходить за тебя.
И как же она была права.
— Твоя мама всегда меня недолюбливала, — хмуро заметил Валентин. — Она только и ждала, когда мы расстанемся.
— Моя мама знала жизнь, — воскликнула Катя. — В отличие от меня. Я думала, что девять лет — это пустяк, а ты просто наигрался в семью и решил найти сверстницу.
— Не надо обобщать, — Валентин нахмурился. — Мой уход никак не связан с твоим возрастом. Если бы дело было только в этом, я бы ушел раньше.
— А в чем тогда? Объясни мне! Что в ней есть такого, чего нет во мне?
— Легкость, — просто ответил он. — С ней легко, Катя. Ты в последнее время стала слишком серьезной, вечно загруженной делами, проблемами, бытом.
Ты контролируешь каждый мой шаг.
Алина другая. С ней я отдыхаю душой.
— Легко быть легкой, когда нет обязательств и быта, — ответила Катя. — Посмотрю я на нее, когда вы проживете вместе пять лет и столкнетесь с трудностями.
— Это наши трудности, и мы с ними справимся, — отрезал Валентин. — Я не хочу ссориться. Я пришел сказать правду. Я ухожу.
— Понятно. И когда же?
— Прямо сейчас. Вещи я соберу вечером, когда тебя не будет дома. Не хочу устраивать сцен.
— О, нет, — Катя покачала головой. — Ты соберешь вещи прямо сейчас. При мне. Я не собираюсь уходить из собственной квартиры, чтобы облегчить тебе задачу.
— Катя, квартира наша общая, — напомнил он тихим, но твердым голосом. — Мы покупали ее в браке.
— Большую часть денег дали мои родители, если ты забыл! — повысила голос Катя. — Твой вклад был минимальным. И теперь ты заявляешь права на это жилье?
— Я не претендую на всю квартиру, — вздохнул Валентин. — Мы решим этот вопрос цивилизованно, через юристов.
Но сейчас мне нужно забрать предметы первой необходимости.
— Забирай все и убирайся, — Катя встала из-за стола. — Видеть тебя больше не могу.
Она ушла в гостиную, села на диван и уставилась в стену. Из спальни доносились звуки открывающихся шкафов, шуршание пакетов и стук вешалок.
Через полчаса Валентин вышел в коридор с большим чемоданом и рюкзаком. Он остановился у порога гостиной.
— Я оставил ключи на тумбочке, — сказал он. — Если что-то забыл, заберу позже.
Катя даже не повернула головы.
— Не надо позже. Пришли курьера. Ты сюда больше не зайдешь.
— Катя, зачем ты так? — вздохнул он. — Мы ведь можем остаться людьми. Столько лет прожили вместе.
— Остаться людьми? — Катя наконец повернулась и посмотрела на него. — Ты полгода жил на две семьи, врал мне, цел.овал меня теми же губами, которыми цел.овал ее, а теперь просишь остаться людьми?
У тебя вообще есть совесть?
— Я не хотел делать тебе больно, — повторил он.
— Глупая фраза, — ответила Катя. — Если бы не хотел, ты бы признался сразу.
Но ты тр.ус, Валентин. Ты ждал удобного момента и пользовался моим доверием.
— Возможно, ты права, — тихо согласился он. — Я испугался. Испугался твоей реакции, твоих слез.
— Моих слез? Как видишь, я не плачу. Ты не достоин моих слез. Уходи.
Валентин постоял еще несколько секунд, словно собираясь что-то сказать, но потом лишь молча кивнул, развернулся и вышел.
Катя осталась одна в совершенно пустой квартире. Тишина давила на уши.
Она подошла к окну и увидела, как Валентин выходит из подъезда, катит за собой чемодан и садится в такси. Машина тронулась и скрылась за поворотом.
Катя взяла телефон и набрала номер мамы.
— Алло, Катюша? — раздался в трубке родной голос. — Что-то случилось? Ты обычно не звонишь так рано.
— Привет, мам, — Катя постаралась, чтобы голос звучал как можно спокойнее. — Случилось. Валентин ушел от меня сегодня.
Трубка замолчала.
— Ушел? — наконец тихо переспросила она. — Как это произошло?
— У него есть другая, — ответила Катя, присаживаясь на край дивана. — Уже полгода.
Ей двадцать четыре года. Сегодня ночью я подслушала его разговор по телефону, а утром мы поговорили.
Он собрал вещи и уехал.
— О господи… — вздохнула мать. — Катенька, милая. Мне так жаль.
— Ты ведь говорила мне, мам. Помнишь, перед свадьбой?
Ты сказала, что он будет мне изменять, потому что он моложе.
А я тогда так разозлилась на тебя. Не разговаривала с тобой две недели.
— Помню, дочка, — мягко ответила мать. — Но я бы все отдала сейчас, чтобы оказаться неправой. Поверь мне. Я не хотела для тебя такого финала.
— Я знаю, мам. Просто… почему все так? Я ведь делала все для него. Поддерживала, когда он менял работу, верила в него, создавала уют.
Я даже не показывала свою ревность, когда он стал задерживаться.
Думала, что если буду понимающей и спокойной женой, у нас все будет хорошо.
— В этом и была твоя ошибка, Катя, — вздохнула мать. — Мужчины часто принимают излишнюю мягкость за равнодушие или за слабость.
Ты растворилась в нем, забыв о себе. А он… Он просто воспользовался твоей молодостью, твоими ресурсами, чтобы встать на ноги, а потом пошел дальше.
— Это так несправедливо, — прошептала Катя.
— Не говори так. Это опыт, пусть и очень болезненный. Ты сильная, ты справишься. Хочешь, я приеду?
— Нет, мам, спасибо. Сейчас я хочу побыть одна. Нужно все обдумать, прийти в себя.
— Хорошо, моя дорогая девочка. Но если что — сразу звони. Я всегда рядом. И не вздумай винить во всем себя.
Ты прекрасная женщина, и твоей вины в его предательстве нет. Это его выбор.
— Спасибо, мам… Люблю.
— И я тебя люблю. Держись.
Спустя три месяца они официально развелись. Валентин переехал к своей новой пассии, но их союз, столкнувшийся с первыми финансовыми трудностями, быстро дал трещину.
Катя пока замуж не собирается — не хочется ей на те же грабли наступать…
Семье надо помогать(10)