Марина застыла в прихожей, сжимая в руке пустой кошелек. На полу у ног её золовки, Алины, высилась гора ярких бумажных пакетов из дорогого торгового центра. Из одного торчал рукав замшевой куртки, из другого — коробка с французским парфюмом.
— В смысле общие? — Марина медленно закрыла входную дверь. — Алина, это моя зарплатная карта. Там лежали деньги на операцию моей маме. Ты потратила все?
Алина беспечно махнула рукой, снимая новые кожаные туфли, которые явно тоже были куплены только что.
— Ой, Марин, не начинай. Какая разница, чья карта? Мы же одна семья. Тем более, у Игоря сейчас проблемы на работе, я думала, вы друг другу помогаете. Карта лежала на видном месте в гостиной. На ней даже пин-код на бумажке был приклеен. Я решила, что это брат оставил для меня.
— Это я оставила для Игоря, чтобы он вечером завез деньги в клинику! — голос Марины сорвался на крик. — Там было сто восемьдесят тысяч рублей! Сколько ты потратила?
Алина прошла в комнату, бросив пакеты на диван, и уселась в кресло, листая чек.
— Ну, тут сто семьдесят четыре тысячи. Кое-что из одежды, духи, маме подарок на юбилей взяла. Там осталось немного, не переживай. На такси до дома мне хватит.
В этот момент из кухни вышел Игорь, муж Марины. Он был в домашних шортах и футболке, в руках держал телефон. По его лицу было видно, что он слышал начало разговора, но пытался сохранить нейтралитет.
— Что тут за шум? — спросил Игорь, переводя взгляд с жены на сестру. — Алина, ты что, ходила по магазинам?
— Игорь, твоя сестра залезла в мою сумку, взяла мою карту и спустила почти двести тысяч! — Марина шагнула к мужу. — Скажи ей, чтобы она вернула деньги. Прямо сейчас. Пусть идет в магазины, делает возврат, мне все равно. Мою маму кладут в больницу в понедельник!
Игорь почесал затылок и посмотрел на пакеты.
— Алина, ну ты даешь. Зачем ты взяла чужую карту?
— Я не знала, что она чужая! — захныкала Алина, моментально меняя тон на обиженный. — Она лежала на столе. Я думала, это твои сбережения. Ты же обещал мне помочь с гардеробом к новой работе. Марин, ну чего ты кричишь? Ну сдала бы твоя мама анализы на неделю позже, что случится-то? Из-за каких-то тряпок такой скандал устраиваешь.
— На неделю позже?! — Марина почувствовала, как к горлу подступает комок. — У неё подозрение на опухоль, Алина! Каждая минута на счету. Игорь, почему ты молчишь? Скажи ей!
Игорь вздохнул и сел на диван рядом с пакетами сестры.
— Марин, ну подожди, не паникуй. Деньги же можно перехватить. Я займу у кого-нибудь. У Кольки спрошу, у Миши.
— У Кольки? Который сам у тебя три месяца назад тридцать тысяч занял и не отдал? — Марина подошла к мужу вплотную. — Твоя сестра совершила кражу. Это уголовная статья, Игорь. Если она сейчас же не поедет и не вернет эти вещи, я иду в полицию.
Алина вскочила с кресла, её лицо покраснело от злости.
— В полицию? На родную сестру твоего мужа? Да ты в своем уме вообще? Игорь, ты слышишь, что твоя баба говорит? Она меня посадить хочет из-за шмоток!
— Тихо, девчонки, успокойтесь, — Игорь поднял руки вверх. — Марина, ну какая полиция, ты чего? Мы решим этот вопрос. Алина, а ты тоже хороша. Зачем столько накупила? Замша, духи… Тебе действительно все это было нужно прямо сегодня?
— Да, нужно! — отрезала Алина. — Меня пригласили на собеседование в крупную фирму. Мне нужно выглядеть прилично. А твоя жена вечно жадничает. Сама ходит в одном и том же три года и от других требует нищеты.
— Я хожу в одном и том же, потому что мы платим за этот чертов ипотечный ремонт! — закричала Марина. — И потому что я содержу нас двоих последний год, пока твой брат «ищет себя» и меняет третью работу! Игорь, я жду. Звони матери, пусть они продают свои золотые запасы, пусть Алина возвращает вещи. Мне нужны деньги на карте сегодня вечером.
Игорь нахмурился, его задело замечание про работу.
— Марин, не перегибай. Я работаю, просто сейчас временные трудности. И вообще, почему у тебя на карте такие деньги, а я об этом не знаю? Ты от меня скрывала заначку?
Марина на секунду потеряла дар речи.
— Скрывала? Это деньги моей мамы! Она продала свой старый гараж и долю в деревенском доме, чтобы оплатить лечение! Она перевела их мне, потому что сама не умеет пользоваться приложением. Я тебе говорила об этом позавчера. Ты вообще меня слушаешь, когда я с тобой говорю?
Игорь отвел взгляд.
— Ну, может, забыл. У меня голова другим забита. Но Алина ведь не специально. Это вышло случайно.
— Случайно взять карту, поехать в центр, три часа ходить по бутикам, вводить пин-код и не заметить, что на чеке написано «Марина Александровна К.»? — Марина горько усмехнулась. — Вы оба держите меня за дуру.
Алина демонстративно начала складывать вещи обратно в пакеты.
— Ладно, Игорь, я поехала. С ней невозможно разговаривать. Она невменяемая. Вещи я возвращать не буду, я сорву бирки. Обратно их уже не примут.
— Стой на месте! — Марина перегородила выход из квартиры. — Никуда ты не пойдешь. Дай сюда чеки и вещи.
— Отодвинься, — Алина попыталась оттолкнуть Марину. — Игорь, уйми свою сумасшедшую!
Игорь встал между ними, аккуратно отодвигая Марину в сторону.
— Марин, хватит. Пусть Алина идет. Я сам со всем разберусь. Завтра утром я найду деньги.
— Где ты их найдешь, Игорь? Кредит возьмешь? У тебя три просрочки по микрозаймам, которые я закрывала в прошлом месяце! Тебе ни один банк рубля не даст.
Алина воспользовалась моментом, схватила пакеты и выскользнула за дверь, громко хлопнув ею на прощание.
В квартире повисла тяжелая тишина. Марина смотрела на мужа, и внутри неё что-то окончательно ломалось. Это был не первый случай, когда его семья садилась им на шею, но этот раз перешел все границы.
— Ты выбрал её, да? — тихо спросила Марина. — В очередной раз. Когда твоя мать потребовала отдать им нашу старую машину, ты промолчал. Когда Алина жила у нас месяц и съедала все продукты, не скидываясь ни копейки, ты говорил, что это временно. Теперь они крадут деньги на жизнь моей матери, а ты отпускаешь её с покупками.
— Марин, ну зачем ты все в одну кучу валишь? — Игорь подошел к окну и закурил. — Алина — моя кровь. Я не могу её выгнать или сдать в полицию. Ты должна понять. Маме твоей мы поможем, я что-нибудь придумаю.
— Не надо ничего придумывать, Игорь. Ты уже все сделал.
Марина прошла в спальню, достала из шкафа большой чемодан и начала бросать туда свои вещи. Руки дрожали, вещи падали на пол, но она упрямо собирала их.
Игорь пришел через минуту. Он встал в дверях, наблюдая за её действиями со смесью раздражения и легкой тревоги.
— Ты куда это собралась? Что за детский сад? Из-за ссоры с золовкой уходишь от мужа?
— Я ухожу не из-за ссоры с золовкой. Я ухожу от человека, который меня предал, — Марина застегнула молнию на чемодане. — Ключи оставлю на тумбочке. Из этой квартиры я выписываюсь, моя доля тут минимальная, забирай её себе, мне плевать.
— Да куда ты пойдешь? К матери в коммуналку? — Игорь попытался перехватить ручку чемодана. — Марин, останься. Мы поссорились, бывает. Давай остынем.
— Пусти, — Марина с силой вырвала чемодан. — Насчет денег: я прямо сейчас еду к твоей матери. Если через час вся сумма не будет у меня на счету, я пишу заявление. И мне плевать на твои родственные связи.
Марина вышла в прихожую, обулась и, не оборачиваясь, покинула квартиру.
На улице дул холодный осенний ветер. Марина села в машину, завела мотор и набрала номер свекрови, Тамары Васильевны. Трубку взяли не сразу.
— Да, Марина, привет, — раздался в динамике спокойный, даже чуть высокомерный голос. — Алина мне звонила. Ты что там за театр устроила? Из-за каких-то денег устроила истерику девочке. Она плачет, у неё давление поднялось.
— Тамара Васильевна, послушайте меня внимательно, — Марина старалась говорить максимально спокойно, хотя сердце стучало где-то в районе горла. — Ваша дочь украла сто семьдесят четыре тысячи рублей с моей карты. Это были деньги на операцию моей мамы. У вас есть ровно сорок минут, чтобы перевести мне эту сумму.
— Какая ты быстрая, Марин. Откуда у нас такие деньги? Алина искала работу, ей нужны были вещи. Игорь должен был ей помочь.
— Игорь сидит без денег. Карту взяла Алина. Время пошло. Если через сорок минут денег не будет, я еду в отделение полиции Кировского района. Заявление у меня примут сразу, у меня есть выписка из банка с адресами магазинов и временем транзакций. Там везде камеры.
— Ты не посмеешь, — голос свекрови дрогнул. — Мы же родственники.
— Больше нет, — отрезала Марина и повесила трубку.
Она поехала в сторону больницы, где лежала мама. Ей нужно было увидеть её, убедиться, что все в порядке, и успокоиться. На полпути телефон начал разрываться от звонков Игоря, но она сбрасывала каждый вызов.
Через тридцать пять минут на телефон пришло уведомление. На счет поступило сто семьдесят пять тысяч рублей. Сообщением ниже пришел текст от свекрови: «Подавись, тварь. Чтобы мы тебя больше в нашем доме не видели».
Марина удалила сообщение и заблокировала номер. Она припарковала машину у больничного корпуса, заглушила двигатель и впервые за этот бесконечный день глубоко вздохнула. Впереди было много трудностей, развод и лечение мамы, но самое главное — она наконец-то была свободна от людей, которые её никогда не ценили. Марина взяла сумочку, вышла из машины и уверенным шагом пошла к дверям клиники.
— Твоя бывшая женушка наследство получила! Быстро иди мирись! — сказала мать, хотя недавно вынуждала их развестись (Часть 2)