— Хочешь жить с нами?
— Погостить. А что такого? Ты против?
У вас большая квартира. Лизонька занимает детскую, вы спите в спальне, а гостиная пустует.
Вот я и подумала, что могу несколько месяцев побыть рядом.
— Алёна, здравствуй! Ты не знаешь, почему Кирилл мне не отвечает?
Голос свекрови звучал тревожно, и Алёна подумала, что произошло что-то серьёзное.
— А что случилось, Тамара Игоревна?
— Я ему уже с утра звоню. Гудки идут, а он не отвечает. Уже вся на нервах. Вдруг с ним что-нибудь произошло?
Алёна посмотрела на часы.
— Тамара Игоревна, Кирилл на работе. Сегодня же вторник.
— И что теперь? Работа важнее матери? — возмутилась свекровь. — А если мне плохо?
— Если вам плохо, вызывайте скорую. Кирилл ведь не врач.
В трубке повисла пауза.
— Какая же ты всё-таки холодная, Алёна…
После этих слов свекровь отключилась, а невестка устало потёрла глаза. Ей было не до очередных семейных разборок.
На кровати в детской лежала пятилетняя дочь Алёны и Кирилла. Лизонька болела уже несколько дней. Она почти не ела и постоянно просила пить.
Температура у девочки держалась высокая, и мать постоянно её сбивала.
Алёна не спала третьи сутки. Кирилл старался помогать после работы, но большую часть дня он находился в офисе, и уход за больным ребёнком полностью лежал на плечах жены.
Тамара Игоревна прекрасно знала о состоянии внучки. Но за несколько дней она ни разу не предложила приехать и хоть на пару часов подменить Алёну.
Зато если помощь требовалась ей, сын должен был откликнуться немедленно, даже если находился на работе.
Тамара Игоревна всегда была такой. Она обожала, когда ей уделяли внимание. А если внимания не хватало, то настойчиво выпрашивала его:
— Сыночек, у меня кран течёт. Приедешь, посмотришь?
— Кирюшечка, мне бы мешок картошки купить. Привезёшь?
Кирилл обычно не отказывал. Но иногда работа не оставляла ему выбора.
И тогда мать обижалась. Она звонила невестке и жаловалась, что сыночек совсем про неё забыл.
В тот вечер Кирилл вернулся домой поздно. Телефон он достал уже в лифте и увидел несколько пропущенных от матери.
Мужчина поморщился, но перезванивать не стал. Дома его ждала уставшая жена и больной ребёнок.
— Как Лизонька? — спросил Кирилл, едва переступив порог.
— Температура плохо сбивается. Как бы нас в больницу не положили.
Супруг сразу прошёл в детскую и несколько часов просидел у кровати дочери. За это время Алёне удалось немного отдохнуть.
На следующий день мать снова позвонила Кириллу. На этот раз он ответил.
— Наконец-то! — вместо приветствия воскликнула Тамара Игоревна. — Ты почему вчера не перезвонил?
— Было много работы, а когда приехал домой, совсем забыл про это. Лиза болеет, Алёна совсем вымоталась. Я помогал ей.
— Всегда ты какие-то отговорки находишь!
— Это не отговорки. Просто я…
— Не надо оправдываться! — перебила сына Тамара Игоревна. — Если мать стала для тебя обузой, так и скажи.
Кирилл прикрыл глаза и медленно выдохнул. Он прекрасно знал эту манеру разговора.
Стоило ему сделать хоть что-то не так, и мать тут же превращала ситуацию в трагедию.
— Мам, ты мне не обуза. Просто иногда у меня действительно нет времени.
— Угу, конечно… Ладно. Если у тебя нет времени на меня, я как-нибудь сама разберусь.
— С чем разберёшься? — переспросил Кирилл, но ответа уже не услышал: мать отключилась.
Он почти сразу забыл об этом разговоре, но следующим вечером понял, о чём говорила мама.
Когда Кирилл вернулся домой после работы, Алёна встретила его с таким выражением лица, будто случилось нечто страшное.
— Что с Лизой? — встревоженно спросил супруг.
— Не переживай, с Лизонькой всё в порядке. А вот с твоей мамой…
— С мамой?! А что с ней?
— Со мной тоже всё в порядке! — раздался голос Тамары Игоревны из гостиной.
Кирилл даже вздрогнул, услышав её. Но ещё больше он удивился, когда вошёл в комнату и увидел не только маму, но и огромный чемодан с её вещами.
— А это что? — спросил он.
— Мой багаж. Решила, что раз у тебя нет времени на меня, придётся мне найти время для вас.
— Хочешь жить с нами?
— Погостить. А что такого? Ты против?
У вас большая квартира. Лизонька занимает детскую, вы спите в спальне, а гостиная пустует.
Вот я и подумала, что могу несколько месяцев побыть рядом.
Алёна стояла неподалёку и старалась не вмешиваться в разговор сына и матери, но внутри у неё всё клокотало от уж.аса.
— Ладно. Раз приехала, оставайся, — наконец сказал Кирилл.
— Вот и славно! Я знала, что ты не откажешь родной матери, — сразу оживилась Тамара Игоревна.
Кирилл посмотрел на жену. Та стояла рядом и не знала, как на это реагировать.
Только когда супруги остались наедине, Алёна тихо спросила:
— Ты действительно не против, чтобы мама жила с нами?
— Конечно, против. Но если мы её выгоним, потом ещё несколько лет будем слушать, какие мы неблагодарные. Поэтому нужно сделать так, чтобы она уехала сама.
— Вряд ли она уедет добровольно, — буркнула Алёна.
— А это уже зависит от нас… — усмехнулся Кирилл и подмигнул супруге.
Тамара Игоревна быстро освоилась в квартире сына. Она не просто заняла всю гостиную, но и освободила полку в ванной под свои ухаживающие средства, поставила на кухне отдельную посуду, разложила одежду в шкафу в прихожей.
Свекровь уже стала чувствовать себя полноценной хозяйкой, как Алёна начала играть в игру, предложенную супругом.
Уже на следующий день невестка подошла к Тамаре Игоревне с виноватой улыбкой:
— Выручите меня, пожалуйста.
— С чем?
— Мне нужно съездить в аптеку и магазин. Температура у Лизы спала, но одну её оставлять нельзя. Посидите с ней часик?
Тамара Игоревна явно не обрадовалась.
— А почему именно я?
— А кто ещё? Вы же здесь. Кого мне ещё просить?
После короткого молчания свекровь согласилась, и Алёна уехала. Но вернулась она не через час, как обещала, а через три.
— Ты чего так долго? — недовольно спросила Тамара Игоревна.
— Пробки на дорогах, а ещё очереди в аптеке и магазинах. Простите, не получилось быстрее.
На следующий день история повторилась. Алёна снова подошла к матери мужа:
— Сегодня не успеваю приготовить ужин. У нас с Лизой приём у педиатра. Не могли бы вы сварить суп?
Тамара Игоревна нахмурилась.
— Я приехала не для того, чтобы стоять у плиты.
— Понимаю. Просто сегодня загруженный день. Одна я не справляюсь. Помогите, пожалуйста.
Свекровь нехотя согласилась, но на этом просьбы невестки не закончились.
В течение следующих дней Алёна просила Тамару Игоревну то сходить за покупками, то прогуляться с Лизой, то убраться на кухне, то съездить за посылкой на другой конец города.
Каждый раз она обращалась к свекрови спокойно, без приказного тона и с такой отчаянной усталостью, что та не могла ей отказать.
Потом к «игре» подключился и Кирилл. Однажды вечером он как бы между делом попросил:
— Мам, помнишь, как в детстве ты пекла пирожки с черникой? А ещё с лисичками. Может, сделаешь?
— Ой, сынок, где я тебе чернику и лисички в это время года найду?
— В магазине они круглый год продаются.
— Ага, но стоят бешеных денег.
— Мам, ну тебе что, жалко для единственного сына?
Тамара Игоревна нахмурилась, но в итоге пошла в магазин, купила дорогущие продукты и испекла сыну его любимые пирожки.
Раньше ей доставляло удовольствие баловать Кирилла, но сейчас её это только раздражало.
За последнее время Тамара Игоревна вообще устала. Живя одна в своей квартире, она могла целыми днями сидеть на диване, смотреть сериалы и жаловаться соседкам на скуку.
Теперь же у неё внезапно появилась куча обязанностей, с которыми она мириться не хотела.
Когда на следующий день Кирилл снова попросил мать испечь пирог с калиной, она резко встала и воскликнула:
— Нет, всё! Хватит!
— Что такое? — удивлённо спросил сын.
— Я вам не служанка, не нянька и не кухарка! Я не собираюсь обслуживать вас с утра до вечера!
— Мам, но мы же живём вместе. Каждый должен что-то вносить в семейную жизнь.
— Вот и вносите! А я возвращаюсь в свою квартиру.
Тамара Игоревна быстро сложила вещи обратно в чемодан, захлопнула его и исчезла.
Когда за ней закрылась дверь, Кирилл посмотрел на Алёну, и они оба рассмеялись.
— Ну ты даёшь! — хохотала супруга. — Я даже не думала, что твой план сработает!
— А я знал, что мамы и на неделю не хватит, — улыбаясь, ответил Кирилл. — Она обожает обременять других просьбами, а вот сама терпеть не может их исполнять.
— Думаешь, её надолго хватит? Наверняка уже завтра будет названивать посреди рабочего дня и чего-нибудь требовать.
— Возможно. Но хотя бы её не будет рядом, — спокойно сказал Кирилл и, притянув жену к себе, снова рассмеялся.
Он ожидал, что после возвращения домой мать снова начнёт заваливать его просьбами, требовать внимания и жаловаться на одиночество. Но этого не случилось.
Наоборот, испугавшись, что сын и невестка опять взвалят на неё кучу обязанностей, Тамара Игоревна стала звонить гораздо реже.
Кирилл был настолько этому удивлён, что однажды сам позвонил матери:
— Ты как? У тебя всё нормально? Что-то тебя в последнее время не слышно.
— У меня всё замечательно! Я сегодня в бассейне была, — бодро ответила Тамара Игоревна.
— В бассейне?! — не скрывая удивления, переспросил Кирилл.
— Ага, записалась на занятия. Представляешь, там столько интересных людей моего возраста! Мы не только плаваем, но и общаемся, болтаем обо всём на свете.
— Рад за тебя, — искренне улыбнулся Кирилл.
Матери наконец перестало быть скучно, и она прекратила требовать от детей постоянного внимания.
А случилось это благодаря хитрости сына, который точно знал, что прислуживать другим Тамара Игоревна никогда не станет.
Но ей было важно чувствовать себя нужной, хотя и на своих условиях. И, кажется, теперь она нашла место, где этот баланс соблюдался.
— Ну наконец-то! — голос свекрови звучал возмущённо и торжествующе одновременно. — Я уж думала, ты специально трубку не берёшь.