Мы сейчас посидим на кухне и все. Имею я право в своем доме, - заявил муж

— В своем доме? — жена посмотрела на него в упор. — Твой вклад в этот дом за последнее время — это бутылка воды, которую ты принес из бювета три дня назад, да булка из магазина.

Ты не работаешь, денег в семье нет.

Твой брат Антон — единственный, с кем ты проводишь все свое время.

— Я уволился, Марина. Там платили копейки, да и ездить на другой конец города по пробкам — это просто издевательство над человеком.

Игорь зашел в прихожую, небрежно бросил ключи на тумбочку и прошел на кухню.

От него пахло дешевым пи..вом и сига.ретами.

Марина стояла у раковины, отмывая детскую посуду, и медленно повернулась к мужу.

— Опять уволился? — тихо, сдерживая дрожь в голосе, спросила она. — Ты проработал там ровно два месяца, Игорь.

Это уже четвертая работа за этот год!

— И что теперь, мне за гроши спину гнуть? — он раздраженно дернул плечом. — Я мужчина, я должен нормально зарабатывать.

Найду что-нибудь получше, поближе к дому.

— Когда найдешь? — Марина вытерла руки полотенцем. — Ты всю прошлую неделю вообще дома не ночевал!

Пропал на пять дней, телефон отключил, пока твой пятилетний сын каждый вечер плакал и спрашивал, где папа.

А ты в это время где был? Опять со своим родным братом Антоном по барам ш.ля.лся?

— Марина, не начинай вынос мозга, я устал, — Игорь отмахнулся и полез в холодильник. — Мы с Антоном делом занимались, обсуждали один проект.

А телефон просто разрядился, зарядку забыл в гараже.

— Проект? Восемь лет я слышу про твои мифические проекты, Игорь! — Марина заговорила громче, чувствуя, как внутри все горит от старых, накопившихся обид. — Мы замужем восемь лет, а живем как чужие люди, как соседи по коммуналке.

Я тащу на себе все: быт, ребенка, работу. От тебя дома никакой помощи нет.

Разве что воды принесешь из бювета да иногда в магазин за углом зайдешь за хлебом.

И это весь твой вклад в семью?

— Да нормальный у меня вклад! — огрызнулся Игорь. — Я вернулся, я дома. Что тебе еще надо?

Другие ба..бы радуются, когда мужик не бьет и деньги приносит, а тебе все мало.

— Какие деньги, Игорь? — Марина горько усмехнулась. — Те, что ты за два месяца заработал и половину тут же спустил с братом?

Нашему сыну пять лет, ему куртка нужна на зиму, за садик платить надо, продукты дорожают каждый день.

А ты только гуляешь и оправдания ищешь! То зарплата маленькая, то ехать далеко. Тебе просто лень работать!

Мы ведь только-только начали жить нормально после твоего возвращения, — продолжала Марина, глядя на него с глубоким разочарованием. — Я ведь поверила тебе тогда.

Ты вернулся с заработков другим человеком, уверял, что все осознал. Мы съехались снова ради сына, я думала, что наши кош.мары позади.

А стоило тебе немного обжиться, как ты тут же взялся за старое.

— На заработках были другие условия, — буркнул Игорь, наливая себе воду в стакан. — Там я пахал без продыху. А здесь я дома, расслабиться нельзя, что ли?

— Расслабиться? Ты расслабляешься уже восемь лет, Игорь! — Марина прислонилась к дверному косяку, чувствуя, как старые обиды душат ее. — Изначально ты ведь был идеальным.

У нас водились деньги, мы ходили по кафе, гуляли часами, строили планы на будущее.

А потом ты связался с этой нехорошей компанией. И покатилось: постоянное вранье, за.гу.лы на неделю, полное отсутствие денег.

Ты просто перестал работать и жил за мой счет!

На следующий день Марина встретилась в парке со своей давней подругой, Ольгой.

Пятилетний Тема бегал неподалеку по детской площадке, периодически оглядываясь на маму.

Марина сидела на скамейке, зябко кутаясь в пальто.

— Оль, я больше не могу так жить, — тихо призналась Марина, глядя на сына. — Мы снова съехались, а все пошло по старому кругу.

Игорь вчера уволился. Опять. Проработал всего два месяца.

— О господи, — Ольга сочувственно вздохнула и покачала головой. — Опять те же грабли?

Марин, ну сколько можно терпеть? Вы ведь восемь лет вместе, а стабильности как не было, так и нет.

— Восемь лет кош..ма..ра, — Марина грустно улыбнулась. — Знаешь, я ведь хотела подать на развод еще до рождения Темы.

Мне так надоели его постоянные исчезновения и вранье. Но тут я узнала, что беременна.

Он на коленях стоял, плакал, обещал исправиться.

И я поверила. Решила дать ему шанс ради ребенка.

— И как? Исправился? — спросила Ольга.

— Какое там! Всю мою беременность он точно так же пропадал неделями, занимался неизвестно чем, телефон отключал.

Я плакала каждую ночь, боялась за ребенка, а его это вообще не волновало.

— Но после рождения Темы он ведь помогал? Я помню, ты рассказывала, что он изменился.

— Да, скрывать не буду, — согласилась Марина. — Когда Тема родился, я была в уж.асном физическом и моральном состоянии, долго не могла прийти в чувство после тяжелых родов.

Игорь действительно взял все на себя, помогал, ухаживал за сыном, практически вынянчил его в первые недели.

Я была ему безумно благодарна, думала: ну вот, наконец-то отцовский инстинкт проснулся, теперь заживем нормально.

— И надолго его хватило?

— Ровно на пару месяцев. Как только я немного окрепла и встала на ноги, он посчитал свой долг выполненным.

Снова начались за.гу.лы, вранье, пустой кошелек.

Вся нагрузка по уходу за ребенком и домом полностью легла на мои плечи.

— А как же его поездка на заработки? — вспомнила Ольга. — Его ведь отец тогда отправил?

— Да, мы тогда уже жили отдельно, я твердо была настроена на развод. Но его отец вмешался, помог ему уехать за границу на заработки.

Оттуда Игорь вернулся действительно другим человеком. Стал серьезным, привез деньги, у нас все начало налаживаться.

Я увидела, что он старается ради Темы, и согласилась попробовать еще раз, мы снова съехались.

Но его хватило ненадолго.

Как только финансовые проблемы решились, он расслабился. Опять пошли за.гу.лы, гулянки с друзьями. Сын отца почти не видел.

Тема так плакал, скучал по нему, ждал у окна каждый вечер. Мне было безумно больно на это смотреть.

Я больше не верю его обещаниям, Оль. Обиды меня просто душат, мы живем в одной квартире как чужие люди.

— А брат его, Антон, только подливает масла в огонь, — вздохнула Марина. — Стоит Антону позвать, как Игорь забывает обо всем.

Они могут сутками обсуждать глу..пые схемы заработка, пока мы сидим без копейки.

— Да уж, Антон всегда был для него важнее семьи, — покачала головой Ольга. — Тебе нужно заканчивать эту историю, Марин.

Поздно вечером Игорь вернулся домой в сопровождении своего брата Антона.

Из прихожей доносился их громкий смех и запах табачного дыма. Марина вышла из детской комнаты, прикрыв за собой дверь.

— Игорь, Антон, потише, пожалуйста, — утомленно произнесла она. — Тема только что уснул.

— О, Маринка, привет! — весело воскликнул Антон, проходя на кухню. — А мы тут решили пи..вка попить, обсудить одно дельце.

Не ворчи, мы тихонько.

— Антон, уже одиннадцать часов вечера, — Марина преградила им путь на кухню. — Уходите разговаривать в другое место.

— Да ладно тебе, Марин, — Игорь недовольно нахмурился, снимая кроссовки. — Брат в гости пришел, а ты с порога лаешься.

Мы сейчас посидим на кухне и все. Имею я право в своем доме расслабиться?

— В своем доме? — Марина посмотрела на него в упор. — Твой вклад в этот дом за последнее время — это бутылка воды, которую ты принес из бювета три дня назад, да булка хлеба из магазина.

Ты не работаешь, денег в семье нет.

Твой брат Антон — единственный, с кем ты проводишь все свое время.

Вы сутками сидите в гараже, пьете пи..во и обсуждаете несуществующие бизнесы, пока я кручусь на работе и тащу на себе быт и ребенка.

Мне надоело это вранье, Игорь. Я больше не хочу жить с человеком, который вспоминает о сыне только тогда, когда ему скучно.

Твой брат — единственный авторитет для тебя, ты просто безответственный эго..ист, который прячется за спину Антона от реальных проблем.

— Маринка, ну ты чего на Игоря нападаешь? — вмешался Антон, примирительно улыбаясь. — Мы сейчас реальное дело планируем.

Работа на дядю за копейки — это для сла..баков. Игорь у тебя голова, мы скоро раскрутимся.

— Антон, закрой рот и выйди из моей квартиры, — тихо, но твердо произнесла Марина. — Прямо сейчас соберись и уходи. И больше не появляйся здесь.

Антон удивленно посмотрел на брата, затем на Марину, быстро обулся и выскочил за дверь, пробормотав извинения.

Как только дверь закрылась, Игорь со злостью повернулся к жене.

— Ты зачем перед моим братом меня позоришь? — закричал он шепотом. — Ты кто такая вообще, чтобы моих гостей выставлять?

Я хозяин в этом доме!

— Хозяин? — Марина горько усмехнулась. — Хозяин обеспечивает свою семью и помогает жене.

А ты — просто квартирант, который пользуется моими ресурсами.

Игорь молча смотрел на нее, его лицо исказилось от злости и бессилия. В его глазах не было ни капли раскаяния — только упрямая детская обида.

— Да и пожалуйста! — выкрикнул он, хватая свою куртку со вешалки. — Думаешь, легко мне с тобой?

Вечно пилишь, вечно всем недовольна! Да катись ты со своими правилами!

— Уходи, Игорь, — тихо ответила Марина, чувствуя, как с ее плеч спадает огромная тяжесть. — Наша попытка начать все сначала после твоих заработков была лишь временной иллюзией семьи.

Но реальность вернула все на свои места. Ты никогда не изменишься.

Игорь резко развернулся и выбежал из квартиры, громко хлопнув дверью.

Марина прошла в детскую комнату. Тема спал, раскинув руки. Она присела на край кроватки, погладила сына по волосам и закрыла глаза.

Больше не нужно было ждать, надеяться и прощать.

Марина подала на развод и через суд добилась выселения Игоря.

Он так и не нашел постоянную работу, окончательно опустившись и проводя все свободное время в компании брата.

Марина же смогла полностью сосредоточиться на сыне и своей карьере, постепенно залечивая старые душевные раны и строя свою жизнь заново.