Мы не будем жить с тобой

— А на какие деньги вы собираетесь снимать квартиру? — не скрывая удивления, спросила Алла.

— Ну… может, ты нам поможешь? Хоть первое время… — умоляюще попросила дочь.

Увидев положительный тест в руках дочери, мир вокруг Аллы замер.

— Что это? — спросила она.

— Тест. Мам, кажется, я беременна…

Веронике было всего восемнадцать. Совсем ещё девчонка. Только-только она окончила школу, а теперь сама ждёт ребёнка.

В этот момент в голове Аллы мгновенно вспыхнули воспоминания почти двадцатилетней давности.

Тогда она тоже стояла перед родителями с такими же испуганными глазами и тестом в руках. Только ей в то время было двадцать.

Она недавно окончила колледж, но ещё не успела устроиться на работу.

Отец будущего ребёнка, с которым Алла встречалась всего полгода, исчез сразу, как только услышал слово «беременность».

— Мне это не нужно! — бросил он и больше не появился в её жизни.

Алла неделями плакала, не зная, что делать дальше. Но самым тяжёлым оказался тот разговор с родителями.

Она вошла в гостиную, где мать и отец смотрели телевизор, протянула им тест и сказала:

— У меня будет ребёнок. Володя сбежал, так что…

— Избавься! — коротко бросил отец, едва скользнув по дочери взглядом.

Мать кивнула, поддержав мужа.

— Если думаешь, что мы будем тебе помогать, то зря. Сама натворила дел — сама и расхлёбывай!

Эти слова навсегда въелись в память Аллы.

С тех пор она осталась совсем одна. Родители выгнали её из дома, сказав, что хотят спать по ночам, а не слушать детские вопли.

Алла собрала вещи, сняла комнату в общежитии на сбережения, которые ей когда-то удалось накопить, и стала подрабатывать уборщицей то в магазинах, то в офисах.

Она работала почти до самых родов, а потом у неё появилась Вероника.

Полтора года Алла жила, как в аду. Денег ей не хватало ни на еду, ни на оплату жилья, ни на нужды ребёнка.

Чтобы хоть как-то продержаться на плаву, пока дочь не пойдёт в садик, она почти сразу после родов снова принялась мыть туалеты в офисах.

В такие дни молодая мать оставляла малышку подругам-студенткам из общежития. Те с радостью соглашались посидеть с ребёнком вместо скучных лекций.

Жить в таком ритме Алле было невероятно трудно. Но спустя год родители перестали злиться на неё и разрешили вернуться домой вместе с малышкой.

Помогать они так и не стали, но хотя бы не нужно было платить за жильё.

Шаг за шагом и Алла выбралась из этой трясины. Когда Веронику приняли в ясли, она смогла устроиться на более стабильную работу с достойным заработком.

Со временем ей даже удалось поступить на заочное отделение в институт.

Спустя годы Алла вспоминала тот период с содроганием, но вместе с тем гордилась собой.

Теперь она работала в крупной компании, хорошо зарабатывала и по-прежнему жила в родительской квартире.

Матери и отца давно не стало, а покупать новое жильё не было ни нужды, ни желания.

И вот, глядя на беременную восемнадцатилетнюю дочь, Алла чувствовала её страх и растерянность как свои собственные.

В тот момент она поклялась себе, что никогда не скажет Веронике тех слов, которые когда-то сказали ей родители.

— Ты уверена, что хочешь рожать? — спокойно спросила Алла.

Дочь кивнула:

— Да, хочу. И Витя тоже не против.

— Хорошо. Тогда пригласи его к нам. Нужно всем вместе сесть и подумать, как быть дальше.

Спустя два дня встреча состоялась. Алла и раньше видела парня дочери, но не думала, что совсем скоро он станет отцом её внука.

Женщина внимательно посмотрела на будущего зятя и поняла, что он такой же незрелый, как и Вероника. Ему тоже было восемнадцать.

Он тоже был растерянным и испуганным, но хотя бы не сбежал, как когда-то отец Ники. Уже одно это казалось огромным плюсом.

— Если решили рожать, надо сразу подумать, где будете жить, — сказала Алла.

— У моих родителей не получится. У меня два брата и сестра, а квартира двухкомнатная, — тут же ответил Витя.

— Ладно, тогда живите здесь. Комната Вероники самая большая в нашей квартире. Места там хватит.

— Нет, мам, — неожиданно возразила дочь. — Мы с Витей хотим жить отдельно. У нас своя семья.

— Хорошо, как пожелаете, — пожала плечами Алла. — Значит, будете снимать квартиру? А деньги на это у вас есть?

— Конечно, есть! Витя работает, — уверенно заявила Вероника, но в глазах парня уверенности не было.

Позже выяснилось, что Виктор и правда подрабатывал на стройке, но одновременно с этим учился в колледже. Его заработка едва хватало на самое необходимое. И уж точно не на аренду жилья.

Тогда Алла стала уговаривать молодых пожить у неё. Но Вероника снова отказалась:

— Мы не будем жить с тобой!

— А на какие деньги вы собираетесь снимать квартиру? — не скрывая удивления, спросила Алла.

— Ну… может, ты нам поможешь? Хоть первое время… — умоляюще попросила дочь.

Алла тяжело вздохнула, но потом кивнула:

— Хорошо. Помогу на начальном этапе.

Вероника тут же бросилась обнимать мать. Ей казалось, что теперь все их проблемы решены, но она ошиблась.

Алла решила дать молодым хороший старт. Она сняла для дочери и её парня уютную двухкомнатную квартиру в спальном районе города.

Жильё было полностью меблированной и с бытовой техникой, поэтому докупать ничего не пришлось.

— Я оплатила аренду на год вперёд. Надеюсь, за это время вы что-нибудь придумаете, и дальше будете платить сами.

— Конечно! Обещаем! — радостно воскликнула Вероника.

Когда у Аллы родилась внучка, она подарила дочери крупную сумму.

— Это не вам с Витей. Это Машеньке! Купите ей всё самое необходимое. Думаю, этого хватит, чтобы ребёнок рос в комфорте.

Отдав немалые деньги, Алла искренне верила, что теперь у молодых всё есть, и осталось лишь одно — начать строить собственную жизнь.

Но вскоре выяснилось, что Вероника и Витя не особо стремились к самостоятельной жизни.

Денег им постоянно не хватало. Из-за учёбы Виктор выходил на смены редко и получал сущие копейки. Почти каждый день Вероника звонила матери:

— Мам, переведи тысячу, а лучше две. Надо мясо купить, хоть суп сварю.

И Алла переводила, думая, что это в последний раз. Но просьбы повторялись.

Так, молодая бабушка незаметно стала основным источником «дохода» семьи дочери.

Она покупала им продукты, вещи, смеси и подгузники для внучки. Но с каждым разом запросы Вероники становились всё больше.

И если Алла отказывалась переводить деньги, то дочь обижалась.

— Ты такая же, как бабушка с дедушкой! Они тебя бросили, и ты меня бросаешь! — кричала она в сердцах.

Слова Ники ранили Аллу. В глубине души она понимала дочь, потому что знала не понаслышке, каково это — остаться один на один со своими проблемами.

Однако со временем это сочувствие притупилось, уступив место усталости.

Однажды терпение Аллы лопнуло, и она заявила:

— Нет, Никуся. У тебя совершенно другая ситуация. Меня действительно никто не поддерживал.

Именно поэтому я сняла вам с Витей квартиру на год, купила всё необходимое для малышки и продолжаю помогать по мере возможности.

Но полностью содержать вашу семью я не обязана!

Вероника расплакалась. Две недели она не звонила и не общалась с матерью.

А когда нужда снова дала о себе знать, обида быстро забылась, и дочь вновь набрала номер Аллы.

— Мам, пожалуйста, возьми больничный, посиди с внучкой. Я так устала одна с младенцем. Витя целый день либо на учёбе, либо на работе. Мне просто нужна передышка!

— Прости, дочка, но не могу.

— Почему?

— Потому что я недавно болела и уже сидела дома. Если я снова возьму больничный, меня уволят.

Работа у Аллы действительно была хорошо оплачиваемой. Именно благодаря ей она могла помогать дочери. Потерять это место означало бы оставить вообще всех без поддержки.

Вероника снова обиделась, но уже через неделю придумала новый вариант:

— Мам, если ты не можешь взять больничный, тогда хотя бы оплати мне няню.

Алла удивлённо приподняла брови:

— Зачем тебе няня? Неужели собралась работу искать?

— Нет, мам! Какая ещё работа? Я просто хочу отдохнуть.

Мы с Витей ещё молодые. Нам хочется гулять, встречаться с друзьями. Хоть иногда жить для себя, понимаешь?

Алла долго молчала, задумавшись над чем-то, а потом ответила:

— Знаешь, Никусь, если вы хотели жить только для себя, надо было думать об этом до того, как появилась Машенька.

Ребёнок — ваш, и я не обязана брать заботу о нём на себя, пока вы с Витей будете развлекаться с друзьями на мои деньги.

Слова прозвучали жёстко, и Алла не хотела их произносить. Но они сами сорвались с языка, потому что были правдой.

Но в этой правде не было ни злорадства, ни желания обидеть, а только усталость и необходимость выставить рамки.

После этого разговора Вероника снова расплакалась. Она назвала Аллу бессердечной, а в разговорах с родственниками повторяла, что родная мать отвернулась от неё в самый тяжёлый момент.

Алла сильно переживала из-за этого, но своего решения не поменяла. Она продолжала платить за квартиру дочери даже после того, как истёк оплаченный год.

Иногда мать переводила деньги на карту Ники, но только если внучке действительно что-то было нужно. При этом бесконечные просьбы дочери она игнорировала.

Алла верила, что чем больше она будет закрывать её финансовые дыры, тем дольше та будет сидеть на её шее.

Так прошёл ещё год. Витя закончил учёбу и стал работать. Он наконец понял, что другого выхода у него просто нет.

Вероника тоже понемногу начала подрабатывать удалённо, пока ребёнок спал. Деньги были небольшие, но это были её собственные деньги — заработанные, а не выпрошенные.

И вот однажды Ника позвонила маме и неожиданно произнесла слова благодарности:

— Мам, прости меня. Наверное… ты всё-таки была права. Спасибо тебе за то, что помогала.

Алла ничего не ответила, а лишь улыбнулась. Она знала, что помогать близким — это не плохо.

Но если всю жизнь подставлять плечо, человек так и не научится держать у…дар. А ей очень хотелось, чтобы дочь стояла на ногах крепко и не цеплялась за чужую поддержку.