— Нет, Вадим, я ничего на себя оформлять не буду.
Чайник на плите задорно свистнул, хотя вода в нем давно закипела и успела немного остыть.
Вадим поставил кружку на стол и посмотрел прямо в глаза.
— У Пашки просрочки по прошлым микрозаймам, ему ни один банк сейчас и миллиона не даст.
— Это проблема Павла, а не наша.
— Нам предложат хорошую ставку под залог твоей двухкомнатной квартиры на Нагорной.
Он достал из портфеля распечатку предварительного расчета на трех листах.
— Триста тысяч рублей ежемесячного платежа на пять лет, — добавил он.
Она выключила газ под кастрюлей с супом.
Тарелки в сушилке стояли ровными рядами, выстиранные до хруста.
— Паша берет эти деньги на открытие сервисного центра в Подольске, — продолжал Вадим.
— Почему твоя мать не заложит свою трехкомнатную квартиру на Соколе?
— Мамина квартира принадлежит всей семье, ее трогать нельзя.
Вадим аккуратно расправил углы бумажного листа на скатерти.
— Ты моя жена, и мы должны помогать моим родственникам.
— Восемьсот тысяч рублей, которые ты взял из наших сбережений полгода назад, он так и не вернул.
— Он отдаст все вместе, когда сервис выйдет на чистую прибыль.
— В прошлый раз он открывал автомойку и потерял полтора миллиона за четыре месяца.
Галина Сергеевна, свекровь, позвонила ровно в восемь вечера.
— Алена, ты должна поддержать Вадима и его младшего брата, — произнесла она в трубку.
— Галина Сергеевна, у меня нет лишних средств и желания рисковать своим единственным жильем.
— Ты думаешь только о себе, а Павлику нужно вставать на ноги.
— Павлику тридцать два года, и у него нет постоянной работы уже три года.
Свекровь положила трубку, не попрощавшись.
Вадим ушел в спальню и громко захлопнул дверь.
За стеной бубнил телевизор соседей, передавали новости регионального вещания.
На следующий день в двенадцать часов дня Алена приехала в банк на Профсоюзной.
Кредитный менеджер проверила документы по ее паспорту и выписке из реестра недвижимости.
— Вы действительно хотите подать заявку на залоговый кредит на сумму восемь миллионов рублей?
— Нет, я пришла поставить запрет на любые регистрационные действия с моей недвижимостью без моего личного присутствия.
— Отличное решение, заявление оформляется за пять минут через МФЦ или портал госдум.
Алена подписала бумагу и забрала подтверждающий документ с синей печатью.
Вечером в квартире пахло жареной рыбой и свежим огурцом.
Павел сидел на кухне на хозяйском табурете и пил кофе из синей кружки.
— Алена, я уже нашел помещение под аренду на Железнодорожной улице, — сказал он.
— Собственник просит аванс за три месяца вперед, это четыреста пятьдесят тысяч.
— Я не давала согласия на оформление кредита.
Вадим достал из шкафа папку с документами на квартиру.
— Мы сегодня вечером заполняем анкета-заявку через приложение банка.
— Папка пуста, оригиналы документов на недвижимость лежат в моей банковской ячейке.
Павел перестал жевать печенье и уставился на брата.
— Вадим, ты же сказал, что всё уже решено и документы у тебя на руках.
— Она захапала все бумаги без моего ведома, — Вадим насупился и сжал кулаки.
— Квартира куплена мной до брака по договору купли-продажи от двенадцатого мая двухтысячепрепятнадцатого года.
— Мы прожили вместе четыре года, я вложил в ремонт этой кухни двести тысяч рублей!
— Ты вложил эти деньги из нашего общего бюджета, куда я вносила семьдесят процентов дохода.
Павел встал из-за стола и надел куртку.
— Разбирайтесь сами, но мне до пятницы нужно внести залог за аренду помещения.
Он вышел в коридор, хлопнув входной дверью так, что зазвенели ключи на вешалке.
В субботу утром Галина Сергеевна приехала без предупреждения.
Она привезла двухлитровую банку маринованных огурцов и три килограмма картошки.
— Алена, давай поговорим как взрослая женщина с взрослой женщиной, — начала свекровь.
Она села на диван в гостиной и поправила вязаную шаль на плечах.
— Галина Сергеевна, я слушаю вас.
— Вадим старший брат, он отвечает за Пашу перед памятью отца.
— Отец умер десять лет назад, а Паша продолжает брать деньги у всех родственников.
— Он оступился несколько раз, но сейчас у него серьезный бизнес-план.
Свекровь достала из сумки тетрадный лист, исписанный синей шариковой ручкой.
— Вот расчеты: ремонт генераторов и стартеров дает до пятисот тысяч в месяц.
— В этих расчетах не учтены налоги, аренда, коммунальные платежи и зарплата мастеров.
— Ты опять считаешь копейки, когда речь идет о будущем семьи!
— Моя квартира не имеет отношения к будущему вашего младшего сына.
Галина Сергеевна встала с дивана и направилась к выходу.
— Ты разрушаешь брак своего мужа из-за обычного эгоизма.
Утром в понедельник Вадим не стал завтракать.
Он надел серый костюм, почистил туфли и поставил портфель у двери.
— Нам нужно поговорить о наших отношениях, — произнесла Алена.
— Мне не о чем говорить с человеком, который не доверяет моей семье.
— Твоя семья требует от меня рискнуть собственностью стоимостью четырнадцать миллионов рублей.
— Паша вернул бы все до единой копейки через два года.
— По прошлым займам он не выплатил ни одного процента.
Вадим взял портфель и выскочил на лестничную площадку.
Спустя три дня Алена вызвала мастера по замкам.
Специалист заменил два дверных цилиндра в металлической двери за сорок минут.
Она заплатила ему шесть тысяч пятьсот рублей и получила комплект из пяти новых ключей.
Старый ключ Вадима остался лежит на полке в прихожей рядом с чеками из магазина.
Вечером Вадим попытался открыть дверь своим ключом.
Замок прокручивался вхолостую, не цепляя внутренний механизм.
Он начал непрерывно звонить в дверной звонок.
Алена открыла дверь на ширину дверной цепочки.
— Что это значит? — спросил Вадим через щель.
— Твои вещи собраны и стоят в трех больших сумках в коридоре.
— Ты выгоняешь меня из дома из-за какого-то кредита?
— Я защищаю свое имущество от твоих родственников и твоих решений.
— Я имею право жить здесь, я прописан в этой квартире!
— Ты зарегистрирован временно, и срок регистрации истекает через две недели.
Она выставила сумки на лестничную клетку и закрыла дверь.
Уличный фонарь за окном свирепо осветил подоконник, на котором стоял одинокий фикус.
Вадим стучал в дверь еще пятнадцать минут, после чего шаги утихли.
Через неделю Алена подала заявление о расторжении брака в мировой судебный участок.
К заявлению она приложила квитанцию об оплате государственной пошлины в размере шестисот рублей.
Судебное заседание было назначено через месяц после даты подачи документов.
Галина Сергеевна звонила каждые два дня с разных номеров телефонов.
— Ты позоришь нашего сына перед всеми знакомыми и коллегами по работе!
— Ваши проблемы меня больше не касаются, Галина Сергеевна.
— Он живет сейчас у меня на диване в проходной комнате и спит на старом раскладном кресле.
— Это его личный выбор.
— Ты должна отзвать заявление из суда и извиниться перед Вадимом.
Алена заблокировала очередной номер и выпила стакан холодной воды.
На работе ей предложили повышение до начальника финансового отдела с увеличением оклада на сорок процентов.
Новый трудовой договор вступал в силу с первого числа следующего месяца.
Через три недели Вадим пришел к ней на работу во время обеденного перерыва.
Он выглядел уставшим, рубашка под пиджаком была неопрятной и помятой.
— Алена, давай заберем заявление из суда, — скапзал он, присев на край скамьи в сквере.
— Зачем, Вадим?
— Мы можем жить спокойно, я больше не буду поднимать тему кредитов для Паши.
— Ты уже отдал ему триста тысяч рублей из своих личных сбережений за эту неделю?
— Ему нужно было срочно закрыть долги перед микрофинансовыми организациями, иначе его искали коллекторы.
— Вот видишь, ничего не изменилось и не изменится.
Он опустил голову и начал рассматривать свои старые ботинки.
— Мама говорит, что ты черствая и не умеешь любить по-настоящему.
— Твоя мама может думать все, что ей угодно.
Алена встала со скамейки и пошла в сторону офисного здания.
Автобус на остановке застенчиво выпустил облако серого дыма из выхлопной трубы и поехал дальше по маршруту.
Она поднялась на свой шестой этаж и села за рабочий стол.
До конца рабочего дня оставалось три часа, нужно было проверить квартальный отчет компании.
Судебное заседание состоялось в назначенный день и длилось ровно пятнадцать минут.
Вадим на заседание не явился, прислав заявление о согласии на расторжение брака.
Мировой судья зачитала решение и разъяснила порядок его обжалования в течение месяца.
Алена забрала копию решения суда и вышла на улицу.
Накрапывал мелкий осенний дождь, прохожие раскрывали черные и синие зонты.
Она зашла в кафе напротив здания суда и заказала чашку капучино и вишневый пирог.
Телефон завибрировал от входящего сообщения от бывшего коллеги Вадима.
«Паша снова влип, открыл точку без лицензии, к ним пришла проверка из прокуратуры».
Алена прочитала текст, закрыла мессенджер и отложила телефон на край стола.
Прошел месяц.
Утром Алена пила свежесваренный кофе на своей кухне.
Солнечный свет падал на чистую столешницу и белые кухонные фасады.
От бывшей свекрови пришла короткая смс-жалоба на то, что Вадим потерял премию на работе из-за опозданий, а Павла выселяют из арендуемой квартиры за долги.
Алена не стала отвечать на сообщение и просто удалила его из памяти телефона.
Она аккуратно поставила вымытую кофейную чашку в сушилку и поправила льняную салфетку на столе.
— Я больше не буду это терпеть, — сказала я свекрови, когда она в очередной раз обвинила меня в воровстве