— В смысле поживет?
Игорь сгрузил две огромные спортивные сумки прямо на коврик в прихожей, заблокировав проход к обувнице. За его спиной стоял Вадим, его младший брат. Вадим держал под мышкой чехол от гитары и молча переминался с ноги на ногу.
— Месяца три, может, четыре. Пока не найдёт работу и не снимет квартиру.
— Вадим, тебе двадцать шесть лет, у тебя была работа в Туле.
— Была, да замяли тему, — Вадим шмыгнул носом и прошёл в комнату не разуваясь. — Игорь сказал, у вас диван раскладывается.
— Не разуваясь не ходи, — Лена шагнуть за ним не успела. — Игорь, мы обсуждали это неделю назад. Ты обещал, что он останется в Туле у тёти Гали.
— Тётя Галя продаёт дачу и уезжает к дочери в Воронеж, — Игорь сбросил куртку на пуф. — Ему где жить? На улице?
— В съёмной квартире или хостеле.
— Ты совсем озверела? Брат родной приехал в Москву пробиваться, а ты его в хостел отправляешь?
— Мы платим ипотеку сорок восемь тысяч в месяц. Моя зарплата шестьдесят, твоя семьдесят. У нас однокомнатная квартира, Игорь. Где он будет спать?
— На диване на кухне. Кухня четырнадцать метров.
— Я там работаю по вечерам. Я беру переводы на дом.
— Поработаешь в комнате на кровати с ноутбуком. Не переломишься.
Вадим тем временем уже открыл холодильник. Раздался шуршащий звук полиэтилена.
— Вадим! — Лена прошла на кухню. — Это контейнеры на рабочую неделю. Я готовила вчера четыре часа.
— Сырники вкусные, — ответил Вадим с набитым ртом, держа в руках полупустой лоток. — Игорян, а чё, пиваса нет?
— Сейчас сходим, — Игорь похлопал брата по плечу. — Лена, приготовь что-нибудь нормальное на ужин. Вадим с дороги голубцы любит.
— Голубцов нет. Есть рис и овощи.
— Овощи сам ешь, — буркнул Вадим. — Игорян, погнали в магазин, я жрать хочу нормально.
Они ушли через десять минут. Лена осталась одна на кухне. На столе лежали крошки от сырников, а на светлом ламинате в коридоре темнели грязные следы от ботинок Вадима.
Спустя три часа мужчины вернулись. От обоих пахло алкоголем и дешёвым табаком. Вадим тащил упаковку пива и три пакета с чипсами и замороженными полуфабрикатами.
— Мы на кухне посидим, — заявил Игорь. — Ты иди спи, тебе завтра на работу.
— Игорь, мне нужно достать документы из стола на кухне.
— Завтра достанешь. Не мешай нам поговорить.
Лена ушла в комнату и закрыла дверь. Из кухни до часа ночи доносился хохот, стук бутылок и громкие аккорды гитары.
Утром в семь часов Лена вышла на кухню. На раскладном диване, раскинув руки, спал Вадим в одежде. На столе стояли пустые банки, лежал недоеденный чебурек на газете и грязная тарелка. Ноутбук Лены, оставленный на краю стола накануне, лежал на полу возле дивана.
Лена подняла ноутбук. На пластиковой крышке виднелась царапина, но экран оказался целым.
Она налила чайник и начала убирать со стола. В восемь часов из комнаты вышел Игорь.
— Ты чего гремишь посудой? Вадик спит.
— Вадик спит на моём рабочем месте. Мне в девять нужно сдать перевод договора для юридической фирмы.
— Посиди в комнате. Чего ты дёргаешься?
— Игорь, на ремонт этой кухни я потратила свои отложенные двести тысяч рублей в прошлом году. Мебель заказывала я. Диван покупала я.
— И что? Теперь это наша общая квартира. Мы в браке.
— Квартира куплена до брака на мои средства, — Лена посмотрела ему прямо в глаза. — Ты здесь только прописан и помогаешь гасить ипотеку.
— Ах вот как ты заговорила! — Игорь понизил голос, но в нём появилась злоба. — То есть я тут никто? Я каждый месяц отдаю половину зарплаты!
— Ты платишь двадцать четыре тысячи. Столько же плачу я. Но взнос в три миллиона внесла моя мать, когда продала бабушкину комнату.
— Не суши мне мозг с утра, — Игорь махнул рукой. — Вадим поживёт столько, сколько нужно. Он ищет работу.
— Кем?
— В автосервисе. Или в доставке.
— У него есть резюме?
— Вчера только приехал, какое резюме! Дай человеку прийти в себя.
Спустя пять дней жизнь в квартире превратилась в бесконечную полосу препятствий. Вадим просыпался в час дня, занимал ванную на сорок минут, съедал всё, что находил в холодильнике, и уходил гулять. Возвращался около полуночи, часто не один, а с приятелем из Тулы по имени Коля.
Во вторник вечером Лена вернулась с работы в шесть часов. В прихожей стояли чужие кроссовки. Из кухни доносился сигаретный дым.
Лена открыла дверь на кухню. За столом сидели Вадим и незнакомый мужчина с татуировкой на шее. На кухонном гарнитуре из белого акрила стояла горячая сковорода прямо без подставки. Белая поверхность покрылась тёмным пятном от нагара.
— Вы что делаете? — Лена подошла к гарнитуру и сдвинула сковороду на плиту. — Это акриловая столешница! Она плавится от температуры!
— Да ладно тебе, хозяйка, не ори, — сказал приятель Вадима. — Зашлифовать можно.
— Выйдите из квартиры. Оба.
— Игорь разрешил Коле остаться на ночь, — спокойно сказал Вадим, открывая очередную банку. — У Коли поезд завтра в Тулу в семь утра.
— Игорь не владелец этой квартиры.
— Он мой брат. И он муж твой. Так что отдыхай, женщина.
Лена молча вышла из кухни, достала из шкафа в прихожей свой чемодан и открыла его. Она не стала собирать вещи. Вместо этого она достала из папки документы: свидетельство о собственности на квартиру, выписку из ЕГРН и брачный договор, который они подписали три года назад перед свадьбой.
По брачному договору квартира, купленная до брака, а также все улучшения, произведённые на личные средства одного из супругов, оставались безусловной собственностью этого супруга в случае развода или раздела имущества. В документе также имелся пункт о порядке проживания третьих лиц: проживание родственников супруга допускается только с письменного согласия собственника.
Спустя два часа домой пришёл Игорь. Лена ждала его в комнате, сидя за письменным столом.
— Что за наезды на Вадима? — Игорь с порога влетел в комнату. — Он мне позвонил, говорит, ты его друга выгнала!
— Я выгнала постороннего человека, который испортил мне кухонный гарнитур.
— Это мелочи! Купим салфетку, закроем пятно!
— Игорь, сядь.
Лена положила на стол брачный договор и выписку из ЕГРН.
— Что это? — Игорь сузил глаза.
— Это документы, которые ты подписывал у нотариуса Ольги Сергеевны перед нашей свадьбой. Напоминаю содержание пункта четыре точка три.
Игорь взял листы, бегло посмотрел и бросил назад на стол.
— И что? Ты бумажкой мне тыкать будешь? Мы семья или кто?
— Семья подразумевает уважение. Ты привёл человека без моего согласия, он испортил моё имущество, съедает мои продукты и мешает мне работать. Ты заявил мне, чтобы я не строила из себя хозяйку.
— Ты и ведёшь себя как эгоистка! Брат в беде, а ты из-за столешницы трясёшься!
— Вадим не в беде. Ему двадцать шесть лет. За пять дней он не отправил ни одного резюме. Вчера я видела его профиль в социальной сети — он ищет не работу, а где потусоваться в Москве.
— Он адаптируется!
— Завтра в двенадцать дня Вадим должен освободить квартиру. Если он не съедет, я вызываю участкового. По закону он здесь никто и находится без регистрации и без согласия собственника.
— Ты не посмеешь, — Игорь шагнуть ближе. — Я твой муж!
— Если ты против, вы съезжаете вместе. Заявление на развод я подготовила.
Лена достала из папки ещё один лист — распечатанный бланк заявления в мировой суд.
Игорь молча смотрел на бланк. На лбу у него выступили капельки пота.
— Ты блефуешь.
— Проверишь завтра в двенадцать?
Утром Игорь ушёл на работу в восемь утра, не сказав ни слова. Вадим спал на кухне.
Лена не стала дожидаться полудня. В десять утра она подошла к дивану и встряхнула Вадима за плечо.
— Вставай. У тебя два часа на сбор вещей.
— Ты совсем с дуба рухнула? — Вадим сел, потирая глаза. — Игорь сказал, всё нормально, я остаюсь.
— Игорь тебе соврал. Вот документы на квартиру. В двенадцать приезжает наряд полиции.
Вадим посмотрел на суровое лицо Лены, потом на официальные бумаги с синими печатями на столе.
— Ну и сука же ты, — буркнул он. — Игорян из-за тебя жизни не увидит.
— Двенадцать минут двенадцатого. Время пошло.
Нашла идеальный подарок для тех, кто любит зачитаться историями с телефона: лёгкий мини-повербанк с подставкой. И зарядка всегда рядом, и не приходится часами держать телефон в руках.
Через сорок минут Вадим затолкал свои вещи в сумки, подхватил чехол с гитарой и выскочил за дверь, даже не закрыв её за собой. Ложка, сгруппировавшись, упала со стола прямо в стоявший у порога ботинок.
Лена закрыла дверь на два оборота замка. Потом взяла тряпку, моющее средство и начала мыть кухню. Она вытерла стол, вымыла пол, выбрала из холодильника остатки чужой еды и выбросила их в мусорное ведро.
В шесть вечера вернулся Игорь. Он вошёл в квартиру тихо, без обычного шума.
— Где Вадим? — спросил он из прихожей.
— Уехал.
Игорь прошёл на кухню. Там было чисто. На месте тёмного пятна на столешнице стояла деревянная доска для резки.
— Куда он уехал? У него нет денег!
— К своему другу Коле. Или на вокзал. Это его проблемы.
Игорь сел на стул и обхватил голову руками.
— Ты разрушила мои отношения с семьёй. Мать мне уже позвонила. Наговорила такого, что слушать тошно. Сказала, что ты тварь бесчувственная, а я тряпка.
— Твоя мать может забрать Вадима к себе в Тулу или оплатить ему хостел. Почему его проблемы должна решать я за счёт своего комфорта и своего имущества?
— Потому что люди помогают друг другу!
— Помощь — это когда просят и уважают чужие границы. А когда открывают дверь ногой и говорят «не строй из себя хозяйку» — это называется поглощением.
Игорь молчал пять минут. За окном проехал тяжелый грузовик, отчего слегка звякнула посуда в сушилке.
— Я не смогу с тобой жить после этого, — сказал он наконец. — Ты сухая и чёрствая.
— Чемодан в шкафу, — ответила Лена. — Ключи оставишь на тумбочке.
Спустя три часа Игорь собрал свои вещи. Он не кричал и не швырял предметы. Просто складывал рубашки, куртки и обувь в два больших баула.
— Завтра я подам заявление на развод через ЗАГС, если ты согласен, — сказала Лена, когда он стоял в прихожей. — Или через суд, если будешь тянуть.
— Завтра в ЗАГСе в десять, — сухо отрезал Игорь. — Видеть тебя больше не хочу.
Он положил связку ключей на тумбочку у зеркала, взял сумки и вышел, хлопнув дверью.
Лена подобрала ключи, повесила их на крючок в шкафу и прошла на кухню. Включила чайник. Поставила на стол чистую кружку. Достала из ноутбука флешку с готовым переводом договора и отправила файл заказчику по электронной почте.
Прошёл месяц.
Лена сидела на кухне и пила кофе. На отремонтированной акриловой столешнице — мастер перелил новый слой за восемь тысяч рублей — не осталось и следа от гари. В сушилке аккуратно стояли чистые тарелки.
На телефон пришло сообщение от общей знакомой Марины: «Слышала, ваш бывший с братом теперь на двоих снимают комнату в Люберцах у какой-то бабушки. Игорь на двух работах вкалывает, чтобы за всё платить, а Вадик так и ищет себя на диване. Мать их проклинает всех подряд».
Лена прочитала текст, выключила экран телефона и положила его экраном вниз. Потом взяла тряпку и вытерла одинокую каплю воды с блестящего крана.
– Дорогая свекровь, обед требовать у себя дома будете! Вы мне никто! Понятно? – твердо сказала родне мужа Юля