— Может, пойдем на воздух? – предложила Люда. – Пообдует ветерком и тебе будет легче!
Никита зло взглянул на Людмилу: он понимал, что выглядит в глазах нравящейся ему женщины не очень симпатично и непрезентабельно, чтобы не сказать больше. И еще понимал, что ничего не может исправить.
Никита Тимофеевич решил жениться. Ну, что – дело неплохое!
Мужчина вдовствовал уже пять лет и уже насытился одинокой жизнью по самое «не хочу»: жена ушла от онкологии.
Дети выросли и создали свои семьи.
Почему нет-то?
Женитьба – шаг серьезный, как говорил один литературный персонаж. И подойти к выбору претендентки тоже нужно было осознанно и прагматично.
Всякие штуки-фигуры, как писал классик, были ему не к чему. Смазливые личики и стройные фигурки – тоже.
Никита был из тех, кто на сайте знакомств вместо своей фотографии размещает фото огорода и скотины, за которой нужно ухаживать.
Поэтому, держитесь, невесты: мы идем к вам!
Сначала нужно было определиться, что ему нужно. В жены он решил взять не молодуху — зачем она ему? — а даму, чуточку помоложе себя: пусть будет недавно сделавшейся ягодкой 45+.
Неплохо, чтобы женщина была, все же, симпатичной: на отк..ровенного «крокодила» Тимофеевич был не согласен. А кто согласен?
И, естественно, нужно, чтобы претендентка оказалась здоровой. Ведь и лечение, и лекарства нынче дорогие: на одних зубах можно разориться.
Да и чужое нытье ему слушать совершенно незачем.
Когда он определится со всеми другими параметрами, попросит ее пройти диспансеризацию и принести справку о состоянии здоровья и от психиатра.
А то возюкайся потом с ней…
А еще жена обязательно должна работать: сажать себе на шею никого Никита не собирался. И оплачивать маникюры-педикюры тоже.
Хочешь ходить с маникюром и гладкими пятками – заработай на это: кто придумал, тот и водит.
И разве он не прав?
А еще у претендентки должна быть своя квартира.
Если человек к такому возрасту является владельцем жилья, значит, он не потратил жизнь впустую, не пропрыгал ее и не пролюбил.
Короче, дама должна быть серьезной.
К тому же, в таком случае, она не будет покушаться на его жилплощадь. С которой мужчина не был намерен делиться.
Нет, жить они будут у него. А ее квартиру станут сдавать: ведь лишняя копеечка не помешает. Хотя не такая уж это и копеечка.
Все требования были выписаны на листок бумаги, чтобы не забыть: Никита Тимофеевич был очень аккуратным.
Ах, да: женщина тоже должна быть аккуратной. И, конечно, уметь готовить: особенно, первое — мужчина себя берег.
А без жидкого, как говорят в одном городе, и горячего, организму нельзя: загнешься.
И, после недлительных поисков на сайте знакомств, Никита Тимофеевич наткнулся на то, что доктор прописал: дама удовлетворяла всем его требованиям.
Они встретились и понравились друг другу. Она была довольно симпатичной, владела неплохой малогабаритной двушкой, неплохо зарабатывала и имела взрослую, живущую отдельно, дочь. Это тоже указал в списке Никита.
А то женишься на женщине с подростком, а потом он выдумает что-нибудь нехорошее: противная отроковица – что он к ней приставал.
А парнишка – что он его б…ет: ведь нынешние детки – очень смекалистые. Да и интернет им помогает.
Следом за первым свиданием последовало второе: они стали встречаться. И мужчина почувствовал, что ему нравится спокойная и обстоятельная Людмила.
Нет, взрыва гормонов тут не было: да и зачем они нужны? Чтобы опять разгребать последствия?
Женщине тоже понравился седовласый симпатяга. И она была совсем не против познакомиться с ним поближе.
Они познакомились еще ближе, и обоих все устроило. После трех месяцев встреч и поочередных ночевок то на его, то на ее территории, Никита задумал сделать даме предложение.
Дело оставалось за малым – получить от нее справку о здоровье.
Нет, было видно, что Люда физически и ментально здорова. Но педантичный Никита решил закрепить все это документально.
Да и разве трудно сделать приятное симпатичному тебе человеку?
— Я хочу, чтобы ты прошла диспансеризацию! – заявил жених в одно из свиданий: они сидели в кафе.
Было послеобеденное время воскресенья: стояло начало сентября. Как-то давно, бабушка маленького Никитки рассказывала, что в деревнях обычно играли свадьбы на Покров.
Вот и он решил приурочить их бракосочетание к Покрову.
А что – как раз успеют: до 14 октября оставалось чуть больше месяца.
Короче, Покров, покрой землю снежком, а невесту женишком: на Покров всегда выпадал первый снег.
Думая о том, как он будет после получения справки делать предложение, Никита представлял, как обрадуется Людмила: женщина жила одна уже очень давно.
И была бы совершенно не прочь получить рядом надежное плечо в виде такого мужчины, как он.
Ну, да: он – небольшой педант и, даже, где-то – перфекционист. Но это – вовсе неплохо. Зато – везде порядок.
— Если бы ты сообщил мне это по телефону, я бы приняла тебя за мошенника! – улыбнулась Люда. — Они же тоже предлагают пройти диспансеризацию! – женщина, почему-то, подумала, что это — шутка: какая диспансеризация?
— Ну, так что – ты согласна? – без тени улыбки, произнес Никита.
— Так ты это серьезно, что ли? – удивилась невеста: это было неожиданно, хотя и возможно.
Время, когда обходились без справок и верили на слово, прошло. Теперь же все нужно было подтверждать документально.
И, после небольшой заминки, Людмила добавила:
— Ну, хорошо – раз ты хочешь, пусть будет диспансеризация.
Когда пойдем?
— В смысле – когда пойдем? – удивился Никита Тимофеевич.
— В прямом: на диспансеризацию! Ты же, кажется, этого хотел?
Я согласна: когда пойдем? – повторила невеста.
В принципе, все было резонно: и что в этом было такого? Ну, да, провериться обоим перед предстоящим бракосочетанием: многие так делают.
Но мужчина неожиданно почувствовал себя как-то неуютно.
— А мне-то это зачем? – вторично удивился жених. – У меня — все в порядке! Ты что – во мне сомневаешься?
— Но ты же во мне сомневаешься! – спокойно ответила Людмила. – Почему же я не могу повести себя так же?
Почему-почему? Да потому что! Потому что он был вполне уверен в собственном здоровье. А вот в ее – не очень.
И неплохо было бы все подтвердить соответствующей справочкой с заключением «практически здорова».
А то получится, как с первой женой: возюкаться снова ему бы не хотелось…
А заодно принести заключение от психиатра: дескать, ни в каких пристрастиях не замечена, на учете не состоит, психических заболеваний не выявлено.
Такую справку ему выдавали для прохождения водительской комиссии. И тогда уж – точно в ЗАГС!
Собственно, он думал, что она согласится. И уже после всего они пойдут подавать заявление.
И она согласилась, но с условием: что и он тоже пойдет к врачу. И в этом Никита Тимофеевич неожиданно усмотрел для себя нечто постыдное.
То есть отправлять внешне здоровую женщину на осмотр было для него в порядке вещей, а как дело коснулось его самого, мужчине это неожиданно не понравилось.
Но должных аргументов у него, почему-то, не нашлось: он ту..по сидел, смотрел на Люду и думал, как бы по-умному ей ответить. Но ничего умного на ум – тавтология, однако! – не шло.
— Ну, так что? – не отставала невеста. – Идем вместе или как?
Вот ей-то в уме, как раз, было не отказать. И в остальном тоже: женщина подходила для женитьбы по всем параметрам. Все — точно по пунктам, записанным тогда на клочке бумаги.
И чего она привязалась сейчас к этой совместной диспансеризации? Ты же умная, Людочка: согласись пойти к врачу одна – и дело с концом! Ведь хочешь же замуж – по глазам видно.
Ну, что?
— Алё, гараж! – невеста помахала перед лицом жениха растопыренной пятерней. – Реагируй! Ну, чего решил? Когда к доктору пойдем?
Или у тебя есть какая-то скрытая болячка, и ты боишься, что я о ней узнаю и тебя брошу?
Колись, Никитос! Я уже заинтересована: интрига, однако!
Мужчина молчал: все заруливало куда-то не туда.
Нет, особых болячек у него не было: все, как у всех. Иногда подскакивало давление, как бывает в его возрасте: ему уже перевалило за пятьдесят.
Да иногда простреливало спину: но стесняться этого было нечего.
Это же не справка о сла.бо.умии третьей степени – иди..отии.
Но Никита Тимофеевич вдруг почувствовал необъяснимый дискомфорт.
Мало того, у него, практически на ровном месте, возникло то, что называется панической атакой: чувство смятения, лишающее возможности мыслить рационально.
Все это произошло впервые: до этого мужчина полагал, что обладает тем самым нордическим характером и умением выходить с достоинством из любой ситуации.
Но тут будто чья-то невидимая рука переключила у него внутри такой же виртуальный тумблер: в голове у симпатичного Тимофеевича замкнуло.
Почему – было совершенно не понятно: реакция на невинные слова невесты оказалась явно неадекватной.
Женщина тоже заметила это странное состояние жениха. И, с удивлением, смотрела на него в упор: это было что-то новенькое — чего еще она о нем не знает?
Неужели она угадала? И он состоит на учете в д…рке, не иначе? Если нет, то с чего бы ему так волноваться?
За столом возникло неловкое молчание. Внезапно покрасневший мужчина начал щупать себе пульс: у него началось сильное сердцебиение.
И уже перестал реагировать на сидящую рядом невесту: какая женитьба, если мне плохо? Разве не видно?
Конечно, было видно!
— Может, пойдем на воздух? – предложила Люда. – Пообдует ветерком и тебе будет легче!
Никита зло взглянул на Людмилу: он понимал, что выглядит в глазах нравящейся ему женщины не очень симпатично и непрезентабельно, чтобы не сказать больше. И еще понимал, что ничего не может исправить.
И кто, спрашивается, был во всем этом виноват? Кто-кто, да Людка, конечно: кто же еще! Это же она довела его до всего этого: пристала, как банный лист с этой совместной диспансеризацией.
— Вызови мне такси! – даже не попросил, а приказал жених.
Людмила вызвала ему такси и даже довела кавалера до предусмотрительно открытой двери авто. И, помогая сесть – да, дошло и до этого — предложила:
— Проводить?
— Отстань — я сам! – выкрикнул Никита: да что же это такое – лезет и лезет, когда не просят!
И уехал, оставив изумленную невесту стоять и переваривать происходящее: а что это, собственно, было?
Дома он быстро измерил давление – оно оказалось повышенным. Принял таблетку и, в чем был, повалился на кровать.
Гипотензивное вскоре подействовало, и он заснул. А когда через пару часов проснулся, снова почувствовал себя бодрым. Все случившееся воспринималось каким-то наваждением. Или мороком. Который объяснить с точки зрения здравого смысла просто не получалось.
И тогда Никита Тимофеевич вспомнил про Людочку – да, неприятно получилось — и позвонил ей:
— Может, заедешь?
Терять такой подходящий во всех смыслах вариант ему не хотелось.
На часах было около семи вечера: случалось, что она приезжала и позже.
Ну, да, что-то пошло не туда. Да он и сам от себя такого не ожидал. Наверное, не стоило, вообще, начинать разговор о диспансеризации.
Вот сейчас она приедет, и он все устроит: дескать, ты оказалась права – это все была шутка!
И, своего рода, проверка. Которую она, конечно же, прошла! Дескать, хотелось посмотреть, как ты отреагируешь!
Почему-то мужчина был полностью уверен, что все сумеет разрулить. И уже не думал ни о какой диспансеризации.
— Извини, Никита, но я не приеду, — ровным тоном ответила Людмила. И уточнила:
— Вообще больше не приеду! Никогда!
— Но почему? – искренне удивился жених.
— Посмотрела я на тебя и подумала: зачем мне все это надо, такое счастье? – ответила Люда. — И, ладно бы, поссорились: с кем не бывает?
Так нет – ты, практически на ровном месте, впал в состояние какой-то неадекватности: глаза стеклянные, сопишь, щупаешь пульс, волнуешься.
Причем, сам же все это и затеял с диспансеризацией: никто тебя за язык не тянул! И вдруг, оказывается, что тебе от этого затеянного плохо.
Полез на рожон и, с удивлением обнаружил, что тебе там некомфортно: кол в за**цу впивается! – грубо произнесла невеста. – Какая неожиданность — кто бы мог подумать?
И добавила:
— А мне уже подобные экзерсисы противопоказаны. Поэтому я в этой фигне участвовать отказываюсь: что мне – заняться нечем? И возюкаться с тобой больше не хочу!
Людмила произнесла слова, которые он сто раз говорил себе мысленно: просто с языка у него сняла.
Только, говорил он это не по отношению к себе: у него-то все было в полном порядке!
Мужчина уже открыл рот, чтобы сказать, что она все неправильно поняла и не стоит сразу обрубать все концы, но невеста отключилась и дальше была недоступна.
А к нему прилетел бумеранг. Эдакая мер..зкая деревяшка, летающая туда-сюда и у..даряющая добропорядочных граждан со всего размаху по лубу. Хотя, они сами ее и запустили. Запустили и забыли. А забывать не стоило.
Оскорбленный в лучших чувствах Никита смотрел на погасший экран: ну и штучка эта Людка! А как шифровалась! Да, «косила» под нормальную!
Хорошо еще, что ее гнилое нутро вылезло до свадьбы: а то разводись потом.
И все это благодаря ему: вовремя он предложил ей пойти на диспансеризацию! Ой, вовремя: как чувствовал.
Но ничего: отрицательный опыт – тоже опыт. И, в следующий раз, он не будет откладывать диспансеризацию на последний момент, а с нее и начнет: дескать, принесите мне на следующее свидание справочку о Вашем здоровье, фрау-мадам!
А если и новая претендентка его попросит сделать то же самое – сразу отравит нахалку в черный список!
А если принесет – можно продолжать встречаться дальше: вот – единственное правильное решение! А то возюкайся потом с ней: плавали — знаем.
И Никита Тимофеевич снова зашел на сайт знакомств: и фиг бы с бумерангом…
Маме некуда деваться