— Опомнилась! — обидно бросил в её сторону брат при встрече в суде. — Денежек чужих захотелось?
Даже мамаша твоя и то на деньги не претендовала. В кого ты пошла?..
— В папашу твоего! — вдруг разозлилась Дина.
Дина ещё в раннем детстве поняла, что мама Инна Сергеевна к ней равнодушна.
Нет, она заботилась о дочери, как могла, однако никогда не стремилась приласкать, обнять.
Другое дело — её муж Алексей Михайлович, который был Дине отчимом (и она об этом знала), и относился к ней с теплотой и любовью.
Окружающие тоже так считали, как выяснилось однажды из разговора двух соседок, который случайно подслушала десятилетняя Дина.
— Ты смотри, какая девка у Инки выросла, — сказала одна из женщин с некоторой даже завистью. — А ведь она девчонку чуть в роддоме не оставила, больной дитё родился, да и отца не наблюдалось.
— Хорошо, хоть совести хватило так не делать, — ответила вторая. — Грех-то какой!
Вот Господь и смилостивился над ней — послал Алексея.
Если бы не он, Динка бы такой не выросла. Ведь дневал и ночевал мужик с ней в больнице и потом всё сделал, чтобы девчонка здоровой сделалась.
— Даже жалко его немного, — вздохнула первая. — Инка — она же как ледышка, видать, страдает по своему бывшему.
Как бы не сбежал этот Алексей от этой снежной королевы.
— Не, такой не сбежит. Девчонку с женой сильно любит, и ответственный очень.
Дина и правда помнила, хоть и была совсем маленькой, что в страшном месте под названием больница с ней всегда был папа.
А вот про то, что мама хотела от неё отказаться она не знала…
— Дочь, я тебя очень прошу не слушать всяких сплетниц, — строго сказал Алексей Михайлович. — Мама — просто не слишком счастливая женщина, но она хорошая.
Поняла?
— Да, пап.
Она росла умненькой, рассудительной девочкой и давно для себя решила, что биологического отца она искать не будет, и скучать по нему тоже. У неё и так есть лучший папа в мире!
Шли годы. Инна Сергеевна была всё такой же равнодушной ко всему, она могла часами лежать на диване и смотреть телевизор.
Ни на какую работу она не ходила — семью обеспечивал Алексей Михайлович.
Богато они не жили на его зарплату мастера участка, но и с голоду не умирали.
А потом Дина стала замечать, что от мамы пахнет алкоголем. Оказалось, что женщина стала втихую прикладываться к бутылке.
Никакие уговоры и увещевания со стороны мужа и дочери бросить эту отвратительную привычку не помогли.
Алексей Михайлович даже стал водить жену по врачам, но те только разводили руками — мол, без её желания ничего сделать не можем, и вообще у вашей супруги затянувшаяся депрессия, от этого её нужно лечить изначально.
— Это всё из-за того …, который бросил Инну беременной, — говорил кому-то папа по телефону. — Он, видите ли, умер, и она совсем… духом пала.
Я всё-таки надеялся, что она его давно забыла, но нет! Он и после своей смерти продолжает портить ей жизнь!
Дина, случайно услышавшая это, поняла, что речь идёт о её биологическом отце, но какие-то вопросы папе своему родному задавать не стала — нечего расстраивать его ещё больше.
Мама тихо умерла во сне, когда Дине было 16 лет. «Сердце не выдержало», — говорили люди на её похоронах.
На папу было страшно смотреть — такое чёрное у него было лицо, да и сама Дина была в шоке от случившегося.
Но они, как всегда, поддержали друг друга, как-то пережили это горе. А потом Дина нашла в вещах матери блокнот, мелко исписанный в духе:
«Люблю его больше жизни», «Прости-прости-прости» и тому подобным.
Кроме того, из этих записей следовало, что у неё есть старший брат, но где он и с кем, было не понять…
Блокнот от папы Дина спрятала.
Она окончила художественное училище, стала работать иллюстратором, и вроде бы всё в её жизни было хорошо, но тут стало известно о серьёзной болезни папы. Врачи говорили, что шансы вылечиться у него 50 на 50.
Сам Алексей Михайлович, похоже, не особо верил в своё выздоровление, поэтому и завёл тот разговор с Диной.
— Дочь, я не хочу, чтобы ты осталась одна на всём белом свете, поэтому знай, что у тебя есть брат Леонид, — сказал папа. — Я сам об этом узнал недавно и толком никакой информации о нём не имею. Но фамилия есть, и ты же умная девочка — сама найдёшь.
— Не нужен мне никто! — с жаром ответила Дина. — А ты поправишься — я знаю!
Она не стала разыскивать брата, все силы бросила на то, чтобы выходить отца, и они победили.
«Стойкая ремиссия, — сказал врач. — Ничего не гарантирую, но несколько лет у вас в запасе есть».
Они и этому были рады. И Дина всё же разыскала брата. Оказалось, что он живёт в соседнем городе, с родителями их общего, давно уже покойного отца.
Бабушка и дедушка — люди не бедные, и обеспечили парню хорошее образование и на работу приличную устроили. Всё это Дина поняла по соцсетям парня.
Она долго собиралась с духом, чтобы ему написать, и сделала это только узнав, что Леонид приехал в их город в командировку.
На встречу он согласился неохотно, и, кажется, не поверил в то, что Дина его родственница.
— Какая сестра? — удивился он. — А! Ты, видимо, дочь той женщины, что считалась моей матерью…
— Почему ты так говоришь о нашей маме? — пришла очередь Дины удивляться.
— Это я ещё приличные слова подбираю, — хмыкнул Леонид. — Так-то женщин, которые гуляют от мужей, по-другому называют.
— Зачем ты врёшь? Мама любила твоего… нашего отца больше жизни!
— Да ладно тебе! Не прикидывайся дурочкой. Или ты и правда ничего не знаешь?
— Нет.
— Понятно. Ну слушай…
По словам Леонида, он прекрасно жил с мамой Инной и папой Борисом до своих шести лет, а потом в доме случился жуткий скан..дал.
Отцу доложили, что жена ему изменяет с молодым л..бовником.
Мать клялась и божилась, что это ложь, но отец слушать её жалкие оправдания не стал — у него на руках были фото л..бовников.
— Сама понимаешь, что в таком возрасте я ещё ничего толком не понимал, но сам скан..дал в памяти у меня отпечатался, — сказал Леонид. — Потом уже, когда я стал постарше, выяснил, что отец выставил мать из дома и развёлся с ней, несмотря на то, что она была беременна.
Дина заворожённо слушала брата.
— Он пригрозил ей, что она больше меня никогда не увидит, если не согласится на развод, — продолжил парень. — А папочка у меня был довольно серьёзный мужик — слов на ветер не бросал, и мать, видно, это знала.
— И что? Ты её больше не видел?
— Да встречались несколько раз… А потом она сама приезжать перестала. В нашем доме имя её произносить было запрещено — я и не расстраивал бабушку и деда, к которым мы переехали после развода.
Да и зачем мне мать-кукушка?
А о тебе ни я, ни бабушка с дедом и знать не знали — реально тебе говорю.
— Она очень страдала…
— Да ладно! Об этом надо было думать, когда л..бовника заводила! — отрезал Леонид. — В общем, познакомились мы, но это ничего не значит — мы чужие люди. Это понятно? Или ты на наследство решила претендовать?
— А оно есть? — глу..по спросила Дина.
— Было, да сплыло, — усмехнулся брат. — Ты чего? Отец умер шесть лет назад…
Не такой она себе представляла эту встречу, и вообще надеялась, что они с братом будут общаться. Расстроилась, чего не мог не заметить папа — Дина ему всё и выложила.
— М-да, хорошо же его воспитали, — вздохнул Алексей Михайлович. — Но насчёт наследства он прав. Непонятно, почему твоя мама не претендовала на него ради тебя, да и все сроки прошли.
— Ничего мне от них не нужно! — вспыхнула Дина. — Лишь бы не слушать больше, как они мою маму грязью поливают!
Однако продолжала следить за братом в соцсети, и через полгода узнала, что умер его (и её тоже, получается) дедушка.
— Слушай, я тут поискал информацию… — неуверенно сказал Алексей Михайлович. — Ты можешь претендовать на его наследство. Правда, это непросто…
— Я уже говорила, пап!
— Не кипятись ты. Судя по всему, дед твой был не последним человеком в крупной энергетической компании, и наследство у него немаленькое. Мне недолго осталось, я беспокоюсь за тебя.
Она не сразу согласилась на это, но всё же папа её уговорил.
— Опомнилась! — обидно бросил в её сторону брат при встрече в суде. — Денежек чужих захотелось?
Даже мамаша твоя и то на деньги не претендовала. В кого ты пошла?..
— В папашу твоего! — вдруг разозлилась Дина.
Она и так нервничала из-за суда, а брат своими словами вообще выбивал её из колеи. Ей стоило больших усилий сосредоточиться на процессе и осознать, что все тут говорили.
ДНК-экспертиза показала, что они с Леонидом являются детьми Инны и Бориса на 95,97%, а совпадение должно быть 99,97%. Вот если бы был ещё материал отца, но, увы.
Кроме того, свидетели показали, что Борис никогда не признавал Дину своей дочерью, и вообще родственники о ней ничего не знали.
Также выяснилось, что после смерти бывшего мужа Инна была у нотариуса и там письменно подтвердила, что кроме Леонида, детей у Бориса нет.
В общем, не признал суд официально отцовство Бориса в отношении Дины, соответственно, и на наследство деда она претендовать не могла.
К её удивлению, Леонид не обрадовался решению суда. Наоборот, смотрел на Дину как-то сочувственно.
— Поговорим? — негромко спросил он. — Пока я слушал весь этот бред… я подумал и понял одну вещь, ведь мы не знаем всей правды, что произошла тогда.
А если твою маму… нашу просто подставили, ведь дед и бабушка не были довольны выбором моего… нашего отца.
Бабуля вообще как-то обмолвилась, что благодаря деду удалось разобраться с имуществом, чтобы вам ничего не досталось.
Она взглянула на него удивлённо, но кивнула. Может быть, всё не так уж и плохо?..
Через несколько дней после суда, Анна Матвеевна все-таки признается внукам, что они с супругом устранили невестку с помощью сфабрикованных фото. Бабушка попросит у Дины прощения.
Внучка откажется от общения с ней. А вот с Леонидом они сблизятся.
Молочный муж