Накрой стол, улыбайся, не порти праздник! — заявил муж

— Хватит позорить меня перед друзьями! — рявкнул Сергей, вскакивая со стула. — Вечно ты из любой мелочи раздуваешь трагедию!

Вот у всех жены нормальные — накроют стол, улыбнутся, слова против не скажут!

В коридоре снова пахло пи.вом, дешевыми сухариками и чужим мужским одеколоном, чей аромат въелся в стены так крепко, будто здесь жил целый взвод срочников.

Марина замерла с губкой в руке перед раковиной, прислушиваясь к грохоту в гостиной.

Опять они. Семеро великовозрастных мужиков, которые еще вчера гордо именовали себя «институтскими зубрами», а сегодня уже четвертый час подряд шумно вспоминали, как сдавали сопромат у вредного профессора.

Самое обидное во всей этой истории было даже не то, что они оккупировали их квартиру.

А то, что у них в трех минутах ходьбы была снята просторная «трешка» — Сережа сам с гордостью рассказывал, как они скинулись и нашли квартиру на соседней улице, чтобы «никто никого не стеснял».

Так почему же эта трешка пустовала, а на бежевых диванных подушках, купленных Мариной, оседал чужой табачный дым и крошки от пиццы?

— Мариш, ну ты чего зажалась на кухне? Иди к нам! Леха потрясающий анекдот рассказывает про практику! — Сергей заглянул на кухню, сияя счастливой, абсолютно безмятежной улыбкой.

От него пахло хмелем и тем самым беззаботным студенческим вайбом, от которого у Марины сводило скулы.

Она медленно положила губку, вытерла руки о полотенце и посмотрела на мужа долгим, немигающим взглядом.

— Сережа, они здесь с понедельника. Сегодня пятница. Прошло пять дней. У нас на кухне постоянно кто-то что-то жует, в туалет очередь, а в холодильнике шаром покати — я только вчера забивала его продуктами, объема которых нам бы хватило на двоих на неделю.

А сегодня ничего нет и мне опять надо идти в магазин и тащить сумки. Между прочим, в нашем районе доставки еще нет и все это я буду нести на своем горбу.

Сергей поморщился, словно Марина сказала глупость. В его глазах читалось искреннее недоумение: как можно портить ему и друзьям ка..йф из-за каких-то мелочей?

— Ну они же приехали на неделю всего! Раз в пять лет видимся! Тебе сложно, что ли, пару котлет пожарить?

Они же гости, Мариш. Нельзя же быть такой… негостеприимной. Подумают еще, что мы как затворники живем. Да и ребята хорошие, интеллигентные.

«Интеллигентные», мысленно повторила Марина, услышав, как из гостиной донесся громкий гогот, сопровождаемый у..даром кулака по столу так, что зазвенели чашки в шкафу.

Вечером накануне, когда она попыталась мягко намекнуть свекрови по телефону, что семеро мужиков в двухкомнатной квартире — это перебор, реакция была предсказуемой.

— Ой, брось, доченька! Мужчина должен чувствовать себя хозяином, к нему друзья приехали!

Ты должна гордиться, что у твоего Сережи такие крепкие институтские связи.

Плохая та жена, что гостям не рада. Мужчины любят хлебосольных женщин, а не бирюков в юбках.

Подруга Юлька, которой Марина излила душу в мессенджере, ответила примерно так же, но с ноткой стоицизма.

«Потерпи, мать. Зато потом он будет тебе обязан по гроб жизни. Главное — улыбайся и делай вид, что ты ангел во плоти».

Ангел. Во плоти.

Марина подошла к зеркалу в прихожей и посмотрела на свое отражение: бледное лицо, темные круги под глазами от недосыпа (потому что до полуночи они гоготали под вопли телевизора с трансляцией футбола), хвост, наспех завязанный резинкой.

Где-то в глубине души поднимался глухой, удушливый протест. Почему уважение к чужим людям — взрослым мужикам, у которых есть свои семьи и деньги на аренду квартиры — ставится выше ее душевного спокойствия, ее личного пространства и ее права на тишину в собственном доме?

Из комнаты снова донесся голос мужа.

— Эй, Марина! А где та рыба, которую мы вчера брали?

Марина глубоко вдохнула и шагнула в комнату, где семеро бородатых «мальчиков» шумно делили ее любимый диван, силясь сложить губы в дружелюбную улыбку. Оставалось дня два. Или три. Как повезет.

На следующее утро Марина проснулась с тяжелой, налитой свинцом головой. Из кухни уже доносился звон посуды и громкий бас Лехи, рассказывающего очередную байку.

Выйдя из спальни, Марина обнаружила на столе гору грязных тарелок, залитую чаем скатерть и пустой холодильник.

Последнюю порцию молока, предназначенную для ее утреннего кофе, допивал прямо из горлышка тетрапака Сережин друг Паша.

— О, Маришка, доброе утро! — жизнерадостно отозвался Паша, вытирая губы тыльной стороной ладони. — А у вас пожевать ничего нет? Мы бы яишенку с колбаской приговорили.

Напряжение, копившееся пять дней, наконец прорвало плотину тихой покорности. Марина перевела взгляд на мужа, который увлеченно листал что-то в телефоне, вальяжно откинувшись на стуле.

— Ребята, — постаравшись сделать голос максимально спокойным, произнесла она. — Я с понедельника таскаю из магазина по три тяжелых пакета в день.

Моя спина уже просто не выдерживает. Не могли бы вы по пути из своей съемной квартиры покупать продукты сами?

Хотя бы элементарное — хлеб, яйца, мясо, чай.

В кухне на секунду повисла неловкая тишина. Паша переглянулся с Лехой, а Сергей резко выпрямился, и его лицо мгновенно налилось краской.

— Марин, ты сейчас серьезно? — голос мужа прозвучал сухо и с явной угрозой. — Тебе что, тяжело для людей еду приготовить?

Они в гостях! Ты предлагаешь им со своими пакетами ходить?!

— Они в гостях у нас уже пятый день с утра до ночи! — Марина почувствовала, как к горлу подступает горячий комок. — Я не прошу их готовить, я прошу просто донести продукты из магазина, потому что у меня рвутся руки!

— Хватит позорить меня перед друзьями! — рявкнул Сергей, вскакивая со стула. — Вечно ты из любой мелочи раздуваешь трагедию!

Вот у всех жены нормальные — накроют стол, улыбнутся, слова против не скажут!

У Лехи жена на прошлой неделе его турслет собирала — два баула еды с собой наготовила и слова негативного не уронила!

А ты из-за пары сумок трагедию шекспировскую устраиваешь!

Тебе что, трудно, что ли?!

На мгновение Марине стало стыдно. В голове вихрем пронеслись слова свекрови, советы Юльки и этот злополучный образ «идеальной, хлебосольной жены».

«Может, я правда эгоистка? Стерва? Не умею принимать людей, раздуваю из мухи слона?» — сжавшись под тяжелым взглядом мужа и неловкими взглядами его друзей, подумала она.

Марина тихо отступила в спальню, чувствуя себя виноватой и абсолютно опустошенной.

Следующие два дня она молча сносила бытовой ад, пересиливая себя и убеждая, что «надо просто потерпеть, ведь у всех жены как жены».

Наступило воскресенье — последний день пребывания «институтских зубров». Атмосфера в доме была приподнятой: гости уже упаковали сумки и готовились вечером отбывать по родным городам.

Около полудня Сергей вошел в спальню, напевая какой-то мотивчик, и с довольным видом протянул.

— Слушай, Мариш, надо бы вечером забронировать столик в «Панораме». Нашу большую кабинку, у окна.

Посидим напоследок, погуляем красиво, с размахом, закроем, так сказать, встречу выпускников.

Марина, которая все эти дни мечтала лишь о тишине и горячей ванне, неожиданно для себя зацепилась за эту идею.

Вечер в ресторане означал, что дома наконец-то будет чисто, не нужно будет мыть гору посуды, а она сможет надеть красивое платье, выпить бокал ви.на и хотя бы ненадолго расслабиться.

— Слушай, идея отличная, — искренне отозвалась она, впервые за неделю улыбнувшись. — Только в «Панораме» по воскресеньям всегда аншлаг. Мне сейчас позвонить, забронировать?

Сергей небрежно взмахнул рукой, даже не глянув на нее, и отмахнулся.

— Да погоди ты. Я еще у ребят не уточнил, как у них там с планами дела обстоят. Может, они вообще в другое место хотят или пораньше на вокзал поедут.

Он отвернулся и продолжить что-то печатать в телефоне, а Марина так и осталась стоять посреди комнаты.

Слова мужа эхом отозвались у нее в ушах. «Я еще у ребят не уточнил, как у них там с планами дела обстоят».

Пазл в ее голове сложился с оглушительным треском.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Накрой стол, улыбайся, не порти праздник! — заявил муж