— Деньги просила. Сто тысяч.
Наташа удивилась.
— А зачем ей такая сумма?
— Откуда мне знать? Я сказала, что у меня столько нет. Она потом ещё долго спрашивала, где можно занять.
— И что вы ей ответили?
— Сказала, что возле остановки есть контора, где всем подряд наличные выдают.
— Бабуль, я приехала! Ты дома?
Наташа толкнула дверь и, не дожидаясь ответа, вошла в квартиру. Свет в прихожей не горел, хотя за окном давно стемнело. А из кухни доносились едва слышные всхлипы.
— Ба?
— Я здесь, — отозвалась Тамара Степановна.
Наташа прошла на кухню и увидела бабушку у окна. Та сидела на стуле и торопливо вытирала слёзы рукавом.
— Что случилось? — встревожилась Наталья.
— Ничего.
— Бабуль, я тебя слишком хорошо знаю. Почему ты плачешь?
Тамара Степановна попыталась улыбнуться, но улыбка вышла совсем уж печальной.
— Фильм посмотрела… Трогательный. Прямо за душу взял.
— Ба, ну не надо так из-за фильмов переживать. У тебя давление скачет, а ты ещё себя накручиваешь.
— Ладно, не буду, — покорно кивнула бабуля и смахнула последние слёзы.
Наташе было тридцать два. Когда-то рядом с бабушкой она чувствовала себя маленькой девочкой.
После гибели родителей именно Тамара Степановна стала ей и родным человеком, и опорой, и фактически единственным близким родственником.
Но годы шли, и всё постепенно менялось. Теперь Наташа сама всё чаще чувствовала себя той, кто должен заботиться и оберегать любимую бабулю.
В историю с фильмом она, конечно, не поверила. Слишком хорошо знала Тамару Степановну. Просто так она бы не плакала.
Поставив на стол пакет с продуктами, Наташа нарочито бодро спросила:
— Ну, рассказывай. Как ты тут без меня?
— Всё также… Сижу себе, сериалы смотрю. Иногда с соседками гуляю.
Пока Наташа раскладывала продукты по полкам, бабушка внимательно за ней наблюдала, а потом спросила:
— Натусь, ты зачем опять столько всего накупила? Снова деньги на меня тратишь.
— Да какие там деньги? Мелочи.
— Лучше бы себе что-нибудь купила. Или откладывала. На машину, например. Или на дачу…
— Будет у меня и машина, и дача. И продукты тоже будут, не переживай. Зарплата у меня хорошая, справлюсь.
Бабушка вроде бы успокоилась, но тревожное чувство у Наташи никуда не делось. Она видела, что Тамара Степановна что-то недоговаривает.
Перед уходом внучка несколько раз переспросила:
— У тебя точно всё нормально?
— Точно.
— Ты мне правду говоришь?
— Конечно, родная.
На следующий день Наташа снова позвонила бабушке, но та не ответила. Сначала она решила, что Тамара Степановна просто не слышит. Потом позвонила ещё раз, и ещё.
К обеду тревога уже не давала нормально работать. Наташа то и дело поглядывала на часы, а как рабочий день закончился, сразу поехала к бабушке.
Внучка долго стучала в дверь, но из квартиры не доносилось ни звука. Ключи Наташа оставила дома, поэтому ничего другого, кроме как продолжать звонить и стучать, не оставалось.
Через несколько минут из соседней двери выглянула Вера Георгиевна, пожилая соседка, которую Наташа хорошо знала.
— Здравствуйте! Вы, случайно, мою бабушку не видели? Звоню ей — не отвечает.
Стучу — не открывает. Уже не знаю, что думать.
Может, полицию вызвать? Вдруг ей плохо стало?
— Да всё с ней в порядке, — махнула рукой соседка. — Я её час назад видела. Она ко мне заходила.
— Правда? А что говорила?
Вера Георгиевна замялась.
— Деньги просила. Сто тысяч.
Наташа удивилась.
— А зачем ей такая сумма?
— Откуда мне знать? Я сказала, что у меня столько нет. Она потом ещё долго спрашивала, где можно занять.
— И что вы ей ответили?
— Сказала, что возле остановки есть контора, где всем подряд наличные выдают.
Наташа нахмурилась.
— И она пошла туда? Заём оформлять?
— Не знаю. Но выглядела она так, будто деньги ей очень нужны.
Наташа стала тревожиться ещё сильнее. Она прекрасно знала финансовое положение бабушки. На продукты и лекарства Тамара Степановна почти не тратилась — всё покупала внучка.
Новую одежду бабушка тоже брала редко.
Из постоянных расходов у неё были лишь коммунальные платежи, а остальное она откладывала.
Так зачем ей вдруг понадобились сто тысяч?
Наташа обошла весь район, заглянула в ближайшие магазины, прошлась до остановки. Но бабушки нигде не было.
К вечеру она снова стала набирать её номер, но безрезультатно.
Наконец Наталья вернулась в квартиру. Почти сразу после того, как она постучала, дверь открылась.
— Ба! Ты где была?! Почему телефон не брала? Я тебе сто раз звонила!
— Ой… Он разрядился, а зарядить забыла, — виновато пробормотала Тамара Степановна.
Наташа внимательно посмотрела на неё. Бабушка выглядела растерянной и какой-то подавленной.
— Что происходит? Куда ты ходила?
— Никуда. Просто гуляла.
— Бабуль, хватит. Я знаю, что ты пыталась занять у Веры Георгиевны сто тысяч. Зачем тебе такие деньги? И где твои накопления?
Бабуля опустила глаза и тяжело вздохнула.
— Только не ругай меня, пожалуйста.
— За что я должна тебя ругать?
— Меня обокрали.
Наташа замерла, широко раскрыв глаза.
— Что значит — обокрали?
— Все накопления забрали. Ни копейки не осталось.
— Как это произошло? Когда?
— Позавчера. Я на рынок ходила. Ко мне две женщины подошли, стали спрашивать, как к аптеке пройти.
Одна всё расспрашивала, пытаясь отвлечь, а вторая рядом крутилась. Потом ещё мужчина появился…
Я сразу подумала, что что-то здесь не так. Но они так меня заговорили, что я и не заметила, как кошелёк вытащили.
— И сколько в нём было?
— Сто тысяч. Пропажу я заметила уже в магазине. Хотела за покупку расплатиться, полезла за кошельком, а его нет.
Наташа стиснула зубы от злости, а потом встрепенулась.
— Подожди. А что ты вообще собиралась купить на сто тысяч?
— Натусь, ты только не сердись…
— Я не сержусь, но начинаю волноваться.
Бабушка виновато посмотрела на внучку.
— Я хотела тебе подарок на день рождения купить. Ты ведь сама говорила, что ноутбук у тебя старенький. А работа вся на нём. Вот я и решила к твоим тридцати трём годам купить тебе новый.
Наташа покачала головой.
— Бабуль… Ну зачем? Мне не нужен от тебя такой дорогой подарок.
— А мне хотелось его сделать, — тихо ответила Тамара Степановна.
Наташа присела рядом и взяла бабулю за руку.
— Ты заявление в полицию написала?
— Нет.
— Почему?
— А что я им скажу? Лиц я толком не запомнила. Да и деньги всё равно уже не вернуть.
— Вернуть или нет — это уже полиция разберётся.
— Не хочу я с ними связываться.
— Бабуль, тебя обокрали. Нельзя просто махнуть рукой и всё оставить как есть.
— Вот поэтому я тебе и не сказала. Знала, что ты начнёшь переживать и потащишь меня заявление писать.
— Конечно, потащу! Дело даже не в деньгах. Этих людей нужно наказать. Где это видано — пожилых людей обкрадывать!
Наташа вдруг замолчала.
— Стоп! А зачем ты у Веры Георгиевны деньги просила?
— Как зачем? Чтобы компьютер тебе купить.
— Ба, тебя только что обокрали, а ты всё равно не отказалась от этой затеи?
— Ну а что? День рождения-то всё равно будет.
Наташа устало прикрыла глаза.
— Только скажи, что ты не успела оформить заём.
Бабушка промолчала, и внучка поняла, что попала в точку.
— Ба! Ну зачем?! Ты хоть понимаешь, какие там проценты? Где деньги?
Тамара Степановна кивнула на шкаф.
— В сумке.
— Их нужно вернуть как можно скорее.
— А как же подарок?
Наташа посмотрела на бабулю и улыбнулась.
— Для меня самый лучший подарок — это твоё и моё спокойствие. А ноутбук я сама себе куплю.
Всю следующую неделю Наташа разрывалась между работой, возвратом денег в микрофинансовую организацию и полицией.
Она помогла бабушке оформить заявление и рассказала всё, что знала о случившемся.
Оказалось, что на рынке подобные кражи происходили уже не впервые.
— Есть шанс, что их найдут? — спросила Наташа у сотрудника полиции.
— Шанс есть. Но на то, что деньги вернутся быстро, рассчитывать не стоит.
Наташа кивнула. Она и сама это понимала, но всё равно надеялась на чудо.
Когда они вышли из отделения, Тамара Степановна сказала:
— Прости меня. Не хотела быть тебе обузой.
Наташа остановилась и посмотрела на неё.
— Ты никакая не обуза. И если в следующий раз что-нибудь случится, сразу звони мне. Неважно, хорошее или плохое. Для того близкие и нужны, чтобы не оставаться со своими проблемами в одиночку.
Бабушка ничего не ответила. Только отвернулась, чтобы внучка не увидела слёз.
Прошёл месяц. Полиция задержала одного из участников преступной группы, а вскоре нашли ещё двоих. Часть украденных денег удалось вернуть.
Не всё, но достаточно, чтобы Тамара Степановна перестала переживать из-за своих накоплений.
В день рождения внучки бабушка достала из сумки конверт и протянула его Наталье.
— Возьми. Добавь немного и купи себе компьютер.
— Нет!
— Возьми хоть часть. Пусть это будет мой подарок. Пожалуйста, Натусик.
Наташа не хотела брать деньги, но спорить с бабушкой было бесполезно. В конце концов она взяла тридцать тысяч, но поставила условие:
— Больше ничего от меня не скрывай. Если тебе плохо — звони. Если одиноко — зови в гости. Договорились?
Тамара Степановна улыбнулась сквозь слёзы.
— Обещаю, Натусик.
После этого между ними действительно многое изменилось. Тамара Степановна больше не скрывала свои проблемы.
И Наташа перестала угадывать, что происходит, по выражению бабушкиного лица. Теперь они просто разговаривали.
Однажды вечером Тамара Степановна задумчиво сказала:
— Знаешь, раньше я думала, что самое страшное в ста.рости — остаться без денег. А теперь думаю, что стр.ашнее всего остаться одной и бояться сказать, что тебе нужна помощь.
Наташа взяла её за руку.
— Бабуль, ты не одна. А деньги… Деньги мы ещё заработаем.
Тамара Степановна улыбнулась и крепко прижалась к внучке.
— А я и так богатая. Потому что у меня есть ты.
— Квартиры моей вам не видать! Так своей хитрой матери и передай! — заявила мужу Ольга