— Я не буду платить за твой кредит, Миша. Это твои проблемы, — Анна сложила руки на груди и отвернулась к окну.
Михаил нервно барабанил пальцами по столу. Его некогда уверенный вид сменился потрёпанным образом человека, который давно не следит за собой. Помятая рубашка, отросшая щетина и запах вчерашнего дня.
— Анечка, ну что ты как не родная? Кредит-то мы в браке брали. По закону ты обязана половину выплачивать, — он попытался взять её за руку, но она отдёрнула её.
— В браке? — Анна усмехнулась. — Ты сейчас серьёзно? Тот самый кредит, который ты взял тайком от меня на эту дурацкую поездку в Дубай? Тот, о котором я узнала постфактум?
За окном кафе проезжали машины. Обычный весенний день. Солнце светило так, будто ничего не происходит. Будто год назад не рухнула её семейная жизнь.
— Я тебе напомню, как всё было, — Анна поставила чашку на стол. — Ты потерял работу, а потом решил, что нам срочно нужно лететь в Дубай. В кредит! Когда я пахала на двух работах, чтобы нас прокормить.
Михаил поморщился, как от зубной боли.
— Да сколько можно об этом? Я просто хотел отдохнуть перед поиском новой работы. Восстановить силы.
— И как, восстановил? — Анна окинула его взглядом. — Вижу, работу ты так и не нашёл. Зато долг по кредиту вырос до небес.
Год назад всё было иначе. Анна помнила тот вечер, когда всё началось…
— Аня, я всё решил. Мы едем в Дубай на две недели, — Михаил влетел в квартиру с горящими глазами.
Анна оторвалась от ноутбука, где проверяла отчёты после основной работы.
— Какой ещё Дубай? Миш, ты о чём? У нас денег нет на такие поездки.
— Я взял кредит, — он гордо улыбнулся, словно совершил подвиг. — Всё оплачено! Пятизвёздочный отель, всё включено!
Анна почувствовала, как внутри всё холодеет.
— Ты… что сделал? Без моего ведома? Миша, ты с ума сошёл? Ты только что потерял работу!
— Именно поэтому нам и нужен отдых, — он плюхнулся на диван. — Я устал, мне нужно восстановиться. Петровы вернулись из Дубая, такие фотки выложили… А мы что, хуже?
— При чём тут Петровы? — Анна закрыла ноутбук. — У нас аренда, кредит за машину, а теперь ещё и этот твой… А платить как будем?
— Найду новую работу, — отмахнулся Михаил. — Не мелочись, Ань. Я, между прочим, для нас стараюсь.
— Для нас? — Анна почувствовала, как внутри закипает гнев. — Или для своего эго? Чтобы перед друзьями похвастаться?
Михаил вскочил с дивана.
— Да что ты понимаешь! Мне нужно сохранить лицо! Я не могу выглядеть неудачником!
— А выглядеть безответственным транжирой — можешь?
В этот момент зазвонил телефон Михаила. Он взглянул на экран и заметно напрягся.
— Мама звонит, — сказал он и вышел на балкон.
Анна знала, что ничего хорошего этот разговор не принесёт. Свекровь всегда считала её недостойной своего сына. «Не умеет создать уют», «Слишком много работает», «Не поддерживает мужа» — любимые фразы Валентины Петровны.
Через пять минут Михаил вернулся с торжествующим видом.
— Мама полностью меня поддерживает. Говорит, что мужчине нужно восстановиться после стресса. И что настоящая жена должна понимать это.
— Ах вот как? — Анна почувствовала, как к горлу подкатывает ком. — А настоящий муж должен советоваться с женой перед тем, как влезать в новые долги?
— Ты просто завидуешь, что я могу позволить себе отдых, а ты вечно в работе зарылась, — бросил Михаил.
— Позволить? — Анна рассмеялась. — Миша, ты не можешь себе это позволить! Ты взял кредит! Это не твои деньги!
— Неважно, — отрезал он. — Билеты куплены, отель забронирован. Через неделю вылет.
— Я никуда не поеду.
— Что значит не поедешь? — Михаил побагровел. — Я всё оплатил!
— Вот сам и лети. Со своей мамой, раз она так тебя понимает.
Михаил швырнул свою чашку об стену.
— Либо ты летишь со мной, либо можешь собирать вещи и уходить!
Анна смотрела на осколки — её подарка на 23 февраля — и чувствовала, как что-то внутри неё тоже разбивается на мелкие кусочки.
— Ты помнишь, что сказал мне тогда? — спросила Анна, возвращаясь в настоящее. — «Либо ты летишь со мной, либо можешь собирать вещи и уходить». И я ушла.
Михаил опустил глаза.
— Я был на взводе. Не думал, что ты действительно уйдёшь.
— А я не думала, что ты действительно полетишь, — парировала Анна. — Но ты полетел. С мамой. На деньги, которых у тебя не было.
— Анечка, — Михаил попытался придать голосу мягкость. — Давай забудем прошлое. Мне нужна твоя помощь. Всего пятьдесят тысяч. Я верну.
— Как вернёшь? Ты год не работаешь.
— Найду работу! — в его голосе появились знакомые нотки раздражения. — Ты обязана помочь! По закону ты несёшь ответственность за кредиты, взятые в браке!
Анна покачала головой.
— Знаешь, что самое смешное, Миш? Я ведь консультировалась с юристом сразу после нашего разрыва. Он сказал, да спорный момент. Но кредит оформлен только на тебя, без моей подписи. И взят он был за месяц до нашего развода и доказать, и не платить половину возможно. Так что это только твои проблемы.
— Не будь эгоисткой! — Михаил повысил голос, и несколько посетителей кафе обернулись в их сторону. — Ты всегда думаешь только о себе!
Анна горько усмехнулась.
— Правда? А кто работал на двух работах, пока ты искал себя? Кто оплачивал наши счета последние годы? Кто терпел твою маму, которая считала меня недостойной тебя?
— Оставь маму в покое! Она всегда желала тебе добра!
— Как же, — Анна отпила остывший кофе. — Помнишь, как она сказала мне перед твоим увольнением: «Настоящая жена должна обеспечить мужу тыл, чтобы он мог реализоваться»? А когда я спросила, почему она сама не обеспечила такой тыл твоему отцу, она обиделась.
Михаил стукнул кулаком по столу.
— Хватит! Ты должна мне помочь! Я требую!
— Ты ничего не можешь требовать, Миш, — спокойно ответила Анна. — Мы в разводе. Я начала новую жизнь.
— Какую ещё новую жизнь? — презрительно фыркнул он. — Всё так же пашешь на двух работах?
Анна улыбнулась.
— Нет. Я уволилась с обеих. Открыла своё дело. Помнишь мои кулинарные мастер-классы, которые ты считал блажью? Теперь это моя основная работа. У меня своя студия, ученики, канал.
Михаил недоверчиво уставился на неё.
— Врёшь.
— Зачем мне врать? — Анна пожала плечами. — Я наконец-то занимаюсь тем, что люблю. И, представь себе, неплохо зарабатываю.
Михаил смотрел на неё с недоверием, смешанным с завистью. Анна изменилась. Не только внешне — новая стрижка, стильная одежда, уверенная осанка. Изменился её взгляд. Исчезла та затравленность, которую он привык видеть.
— И сколько же ты зарабатываешь на этих… кулинарных курсах? — спросил он с плохо скрываемым сарказмом.
— Достаточно, чтобы не считать копейки до зарплаты, — спокойно ответила Анна. — И достаточно, чтобы позволить себе настоящий отпуск. Без кредитов.
Она достала телефон и показала фотографии. Сочи. Анна на фоне олимпийского факела у стадиона Фишт.
— Я была там месяц назад. Неделя. Оплатила всё сама, представляешь?
Михаил поджал губы.
— Повезло тебе. А я вот в яме. И ты не хочешь помочь.
— Миша, — Анна вздохнула. — Я не хочу быть грубой, но ты сам вырыл эту яму. И продолжаешь копать.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурился он.
— Ты год не работаешь. Живёшь с мамой. Просрочка по кредиту растёт. Вместо того чтобы искать выход, ты ищешь, на кого бы свалить ответственность.
Михаил вскочил, опрокинув чашку. Кофе разлился по столу, капая на его брюки.
— Да что ты понимаешь! — закричал он. — Думаешь, легко найти работу? С моим опытом? Я не хочу понижать свою должность.
— Тише, — Анна оглянулась на других посетителей. — Сядь, пожалуйста.
Он неохотно опустился на стул, вытирая брюки салфеткой.
— Я понимаю, что трудно, — продолжила она спокойно. — Но не невозможно. Мой сосед, ему 56, остался без работы в прошлом году. Устроился курьером. Говорит, впервые за много лет чувствует себя свободным. Гуляет по городу, общается с людьми.
— Курьером? — Михаил скривился. — Ты предлагаешь мне, с моим образованием, с моим опытом, идти в курьеры?
— Я ничего не предлагаю. Просто говорю, что выход есть всегда. Если его искать.
Михаил вдруг сменил тактику. Его лицо приняло жалобное выражение.
— Анечка, ну помоги в последний раз. По старой памяти. Мы же столько лет вместе прожили.
Анна посмотрела на него внимательно. Когда-то она любила этого человека. Верила ему. Строила планы. А потом…
— Валентина Петровна, я не могу сейчас разговаривать, у меня совещание через пять минут, — Анна прижимала телефон к уху, одновременно собирая документы в папку.
— Совещание у неё! — голос свекрови сочился ядом. — А о муже подумать? Михаил в депрессии после увольнения, а ты на работе пропадаешь!
— Я работаю, чтобы оплачивать наши счета, — Анна старалась говорить спокойно. — Михаил ищет новую работу, это нормальный процесс.
— Какую работу? Он целыми днями лежит! Ему нужна поддержка, отдых, восстановление! А ты только о деньгах думаешь!
Анна глубоко вдохнула.
— Валентина Петровна, давайте обсудим это вечером. Мне правда пора.
— Вот! — торжествующе воскликнула свекровь. — Тебе всегда некогда! Эгоистка! Михаил заслуживает лучшего!
Анна отключила звонок и на секунду прикрыла глаза. Это продолжалось уже месяц. Михаил после увольнения впал в апатию. Лежал на диване, смотрел сериалы, изредка просматривал вакансии и жаловался, что «ничего подходящего нет».
Вечером, вернувшись домой, она застала его за сбором чемодана.
— Ты куда собираешься? — удивилась она.
— К маме, — буркнул Михаил. — Раз уж тебе на меня наплевать.
— Что? — Анна опешила. — С чего ты взял?
— Мама сказала, что ты бросила меня в трудную минуту. Что настоящая жена должна быть рядом, а не на работе пропадать.
— Миша, я работаю, чтобы нам было на что жить! — воскликнула Анна. — Кто-то должен платить по счетам!
— Вот всегда ты так, — он захлопнул чемодан. — Деньги, деньги, деньги. А как же поддержка? Понимание?
— Я поддерживаю тебя! — Анна почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. — Но кто-то должен быть реалистом!
— Мама говорит, что ты меня не любишь, — Михаил направился к двери. — Иначе бы ты поняла, как мне нужен сейчас отдых.
— Отдых? — Анна не верила своим ушам. — Ты месяц лежишь на диване! Какой ещё отдых?
— Настоящий отдых! Сменить обстановку! Восстановиться!
— На какие деньги, Миша? — Анна развела руками. — У нас едва хватает на ежемесячные платежи!
— Вот об этом я и говорю, — он открыл дверь. — Тебя волнуют только деньги. Мама права.
Дверь захлопнулась. Анна осталась одна в пустой квартире.
Через три дня он вернулся. С идеей поездки в Дубай.
— Знаешь, что самое обидное, Миш? — Анна вернулась в настоящее. — Я ведь правда любила тебя. И хотела помочь. Но ты предпочёл слушать маму, а не меня.
— Мама всегда желала мне добра, — упрямо повторил он.
— Не сомневаюсь, — кивнула Анна. — Но её представление о добре… своеобразное. Она воспитала тебя так, что ты считаешь нормальным жить за чужой счёт. Сначала за её, потом за мой.
— Неправда! — возмутился Михаил. — Я всегда работал!
— Да, работал. Но как только возникали трудности, ты искал, кто решит твои проблемы, вместо того чтобы решать их самому.
Михаил насупился.
— Значит, не дашь денег?
— Нет, Миш. Не дам.
— Ну и чёрт с тобой! — он резко встал. — Я думал, в тебе осталась хоть капля сострадания. Но ты всегда была чёрствой эгоисткой!
Анна спокойно допила кофе.
— Знаешь, год назад эти слова задели бы меня. Я бы плакала, чувствовала себя виноватой. Но сейчас… — она пожала плечами. — Сейчас я просто вижу человека, который не хочет брать ответственность за свою жизнь.
Михаил схватил куртку.
— Пожалеешь ещё! Я подам на тебя в суд! Заставлю платить по кредиту!
— Подавай, — спокойно ответила Анна. — У меня есть все документы, подтверждающие, что я не знала о кредите и не давала согласия.
Он хотел что-то ответить, но передумал. Просто развернулся и направился к выходу. У самой двери обернулся.
— Ты изменилась, — сказал он с непонятной интонацией.
— Да, — согласилась Анна. — И это лучшее, что со мной случилось.
Когда за Михаилом закрылась дверь, Анна почувствовала странное облегчение. Словно последняя нить, связывавшая её с прошлым, наконец оборвалась.
Она достала телефон и набрала номер.
— Алло, Ирина Сергеевна? Это Анна. По поводу аренды помещения для студии… Да, я согласна на ваши условия. Когда можно подписать договор?
Выйдя из кафе, Анна глубоко вдохнула весенний воздух. Впереди было столько планов. Расширение студии, новые курсы, может быть, даже книга рецептов. И всё это она сделает сама. Без чьей-либо помощи.
Она улыбнулась своим мыслям и пошла по улице, наслаждаясь солнцем и свободой.
А через квартал, в подъезде старого дома, Михаил звонил матери.
— Мам, она отказалась… Да, совсем… Нет, угрожал судом, не помогло… Что? Нет, я не могу требовать половину её бизнеса, мы уже год как в разводе… Да, знаю, что ты говорила… Ладно, буду дома к ужину.
Он убрал телефон и тяжело вздохнул. В кармане лежало уведомление от банка о передаче дела коллекторам. Впервые в жизни ему некого было винить, кроме самого себя.
Прошло ещё полгода. Анна стояла у витрины своей новой кулинарной студии «Вкус жизни» и любовалась вывеской. Мечта, которую она так долго откладывала, наконец осуществилась.
— Анна Сергеевна! — окликнул её молодой курьер, подъезжая на велосипеде. — Вам посылка!
— Спасибо, Дима, — она улыбнулась, принимая небольшую коробку.
Внутри оказалась книга по бизнес-планированию с запиской: «Горжусь тобой. Папа».
Анна улыбнулась. Отец всегда верил в неё, даже когда она сама в себя не верила.
Звякнул колокольчик на двери, и в студию вошла элегантная женщина лет шестидесяти.
— Здравствуйте! Я записалась на мастер-класс по итальянской кухне.
— Добро пожаловать! — Анна протянула руку. — Вы первая, я Анна, буду сегодня вашим шефом.
— Очень приятно, Валентина, — женщина огляделась. — У вас так уютно! И как вам удалось создать такое чудесное место?
Анна улыбнулась.
— Знаете, иногда нужно просто поверить в себя. И не бояться начать всё с чистого листа.
Негодяй