— Надя, ты с ума сошла? Какая шуба? Ты новости вообще смотришь? Нам дай бог за ипотеку в этом месяце вовремя внести, а ты мне про соболя какие-то сказки рассказываешь!
Сергей стоял в прихожей, нервно стягивая ботинки. Его лицо было багровым от холода и раздражения. Он швырнул ключи на тумбочку, и они с громким лязгом покатились по деревянной поверхности.
— Сереж, но ты же сам говорил, что в конце года вам всегда закрывают тринадцатую зарплату и дают премию за перевыполнение плана! — Надя вышла из комнаты, скрестив руки на груди. — Мы же планировали эту покупку еще с лета. Мой пуховик уже на ладан дышит, из него перья лезут!
— Планировали они… — буркнул муж, проходя мимо нее в комнату. — Мало ли что я говорил. Ситуация изменилась. Шеф сегодня вызвал всех на ковер и открытым текстом сказал: «Скажите спасибо, что вообще не сокращаю». Премию урезали подчистую. Всем. Выдали сущие копейки, чисто символически, по пять тысяч рублей на человека. Так что забудь. Нам еще за машину кредит платить.
Надя замерла посреди коридора. В груди неприятно кольнуло. Дело было даже не в шубе, хотя она действительно о ней мечтала последние два года. Ей показалось странным, как быстро и зло Сергей отрезал эту тему. Обычно он подробно рассказывал о проблемах на работе, жаловался на руководство, долго пил чай и возмущался. А тут — кинул две фразы и закрылся в ванной, демонстративно включив воду на полную мощность.
Она вздохнула и подошла к вешалке, чтобы аккуратно повесить его тяжелую зимнюю куртку. Куртка была мокрой от падающего на улице мокрого снега. Надя расправила плечи пуховика мужа, и в этот момент из внутреннего кармана что-то звякнуло. Подумав, что это мелочь или зажигалка, которую Сергей постоянно терял, она автоматически запустила туда руку.
Пальцы наткнулись на плотный сложенный лист бумаги. Надя вытащила его. Это была товарная накладная из элитного ювелирного салона «Золотой век», датированная сегодняшним числом — восьмым декабря.
Она развернула документ. В графе «Покупатель» четко значилось: «Иванов Сергей Владимирович». А чуть ниже, в наименовании товара, было написано: «Гарнитур: серьги и кольцо с бриллиантами и изумрудами. Белое золото 585 пробы». И сумма. Надя зажмурилась, подумав, что у нее рябит в глазах от усталости. Но цифры не исчезли. Триста двадцать тысяч рублей. Накладная была погашена, внизу стоял синий штамп «Оплачено».
У Нади перехватило дыхание. Триста двадцать тысяч. Это были практически все деньги, которые они рассчитывали получить в качестве годовой премии. Премии, которую, по словам Сергея, «урезали подчистую».
Из ванной донесся шум выключаемой воды. Щелкнул замок. Надя судорожно засунула бумажку в карман своего домашнего халата и отступила к кухонному столу, стараясь дышать ровнее.
Сергей вышел, вытирая лицо полотенцем. На нем уже были домашние спортивные штаны и футболка.
— Ну что, ужинать будем? — как ни в чем не бывало спросил он, усаживаясь на стул. — Накладывай, я голодный как волк.
Надя смотрела на него и не узнавала человека, с которым прожила семь лет. Он сидел перед ней, спокойный, уверенный в своей лжи, и требовал еды.
— Сереж, а откуда у тебя такие новости про урезание премий? — тихо спросила она, садясь напротив и даже не притрагиваясь к плите. — Вы же с Мишей в одном отделе работаете. Мне сегодня Катя, жена его, звонила. Хвасталась, что они путевки в санаторий на праздники купили. Сказала, Мише отличные деньги выплатили.
Сергей на секунду замер. Ложка в его руке дрогнула, но он тут же взял себя в руки и нахмурился.
— А ты поменьше Катьку слушай! — прикрикнул он, повышая голос. — Мишка вечно в долгах как в шелках, набрал микрозаймов, теперь шикует перед ней, а потом выть будет. Или у него позиция другая, он же ведущий специалист, а я обычный инженер! Чего ты меня допрашиваешь? Я тебе сказал — денег нет. Ты мне не веришь, что ли?
— Верю, — Надя медленно вытащила из кармана халата сложенную накладную и положила ее на стол прямо перед тарелкой мужа. — Верю. Вот этому документу верю.
Сергей взглянул на бумагу. В мгновение ока его лицо изменилось: сначала оно побледнело, потом пошло красными пятнами. Он резко выхватил листок и смял его в кулаке.
— Ты… ты зачем по моим карманам лазишь? — прошипел он, вскакивая со стула. — Кто тебе дал право? Это частная собственность!
— Частная собственность? — Надя тоже встала. Внутри нее все дрожало от подступающей истерики, но она заставила себя говорить твердо. — Мы в браке, Сережа. У нас бюджет общий. И этот общий бюджет ты сейчас потратил на гарнитур с бриллиантами за триста тысяч рублей. Для кого это, Сереж? У меня размер кольца шестнадцатый, а здесь в накладной стоит восемнадцатый с половиной. И изумруды я никогда не носила, у меня на них аллергия, ты прекрасно знаешь, у меня уши от любого золота, кроме желтого, гноятся! Кому ты это купил?
Сергей тяжело дышал, глядя на нее волком. Было видно, как в его голове лихорадочно крутятся мысли, выстраивая очередную ложь.
— Это… это не мне, — наконец выдавил он, отводя глаза. — Это попросил начальник купить. Понимаешь? У него карточка заблокирована, или что-то там с налоговой… Короче, он мне наличку дал, а я со своей карты оплатил, чтобы ему бонусы начислились. Да! Именно так. Чего ты сразу дурные мысли в голову вбиваешь?
— Не ори на меня! — Надя ударила ладонью по столу. — Твой начальник, Олег Петрович, три года как в разводе и живет с матерью-пенсионеркой! Зачем ему женский гарнитур восемнадцатого размера? И почему накладная выписана на твое имя как на конечного покупателя? Хватит держать меня за дуру! Говори правду!
— Да пошла ты! — вдруг сорвался Сергей. Он швырнул смятый комок бумаги в угол кухни. — Права она тут качает! Сказал — по работе надо было, значит по работе! Не твое дело!
Он развернулся, с грохотом захлопнул дверь кухни и ушел в спальню. Через минуту оттуда донесся звук работающего телевизора на максимальной громкости.
Надя осталась стоять у стола. Слезы душили ее, но плакать она запретила себе. Слишком долго она была понимающей, экономной и тихой женой. Пока она ходила в облезлом пуховике и высчитывала рубли до зарплаты, ее муж покупал драгоценности на сотни тысяч рублей. И явно не для мамы.
Восемнадцатый с половиной размер. Надя замерла, вспоминая. Такой размер был у… Инны. Инна — новая секретарша в их фирме, которая появилась там полгода назад. Надя видела ее на летнем корпоративе. Крупная, броская брюнетка с пухлыми пальцами, которая весь вечер крутилась возле Сергея, а тот лишь глупо хихикал и подливал ей вино. Тогда Надя списала все на действие алкоголя и вежливость. Как же она была слепа.
Надя решительно шагнула в коридор. Проверила телефон мужа — он, разумеется, унес его с собой в спальню и заблокировал. Но Надя знала, что делать. Она оделась, накинула тот самый старый пуховик и вышла на улицу. Ей нужен был воздух и план.
Она дошла до круглосуточного супермаркета, села на скамейку в торговом центре и набрала номер Кати — жены Миши, коллеги Сергея.
— Катюш, привет. Извини, что поздно, — постаралась как можно спокойнее сказать Надя. — Слушай, тут такое дело… Сережа телефон дома забыл, а ему срочно нужно по работе кое-что уточнить. Не знаешь случайно адрес этой новой девочки, Инны из приемной? Ей вроде как документы надо передать, Сергей говорил, она где-то рядом с нами живет.
— Ой, Надька, привет! — отозвалась Катя. — Да знаю, конечно. Мишка ее как-то подвозил, когда у них аврал был. Она на Строителей, дом десять, квартира сорок два. А что, Сергей сам не знает? Они же вроде… А, ладно, не мое дело. Записывай адрес.
После слов Кати «они же вроде…» у Нади внутри все окончательно заледенело. Значит, на работе все уже всё знали. Только она одна оставалась дурочкой в розовых очках.
Надя сбросила вызов. До улицы Строителей было пятнадцать минут пешком. Ноги сами несли ее туда. В голове была звенящая пустота и ярость.
Она вошла в подъезд многоэтажки, поднялась на четвертый этаж и остановилась у двери с номером сорок два. Из-за двери доносилась веселая музыка. Надя глубоко вздохнула и нажала на звонок.
Ей открыли почти сразу. На пороге стояла Инна. На ней был шелковый домашний халат, а на шее… На шее ничего не было, но вот на пальце правой руки уже красовалось массивное кольцо с крупным зеленым камнем, окруженным мелкими бриллиантами. В ушах искрились точно такие же серьги. Гарнитур сидел идеально.
Инна увидела Надю, и улыбка мгновенно сползла с ее размалеванного лица. Она попыталась прикрыть рукой кольцо, но было поздно.
— Вы… Надя? Что вы здесь делаете? — пролепетала секретарша, отступая на шаг назад в прихожую.
— Пришла посмотреть, на что пошла наша годовая премия и ипотечные деньги, — громко и четко сказала Надя, проходя внутрь квартиры без приглашения. — Красивый гарнитур. Восемнадцатый с половиной размер, верно? Муж не промахнулся.
— Выйдите отсюда! Я сейчас полицию вызову! — закричала Инна, ее голос сорвался на визг. — Сережа мне сам это подарил! Он сказал, что вы давно чужие люди и скоро разводитесь! Имеет право!
— Имеет, конечно, — Надя подошла к ней вплотную. Инна была выше, но сейчас она сжалась и выглядела жалко. — Только разводиться мы будем на моих условиях. И эти побрякушки ты сейчас снимешь. Прямо сейчас. Или завтра утром эти фотографии с чеками и накладными будут лежать на столе у генерального директора. А я знаю, как ваш шеф относится к интрижкам на рабочем месте и растрате подотчетных денег — Сергей ведь через фирму часть сумм проводил, я видела штамп. Тебя вышвырнут в тот же день, Инночка. Без рекомендаций.
Инна тяжело задышала. Ее глаза забегали. Лоск и уверенность слетели с нее в секунду. Она поняла, что Надя не шутит.
— Да забирай! — крикнула Инна, трясущимися пальцами срывая с себя серьги и стягивая кольцо. — Подавись ты своим инженером! Он мне сто лет не нужен, нытик несчастный, только и жалуется на свою жизнь!
Она швырнула украшения на тумбочку в прихожей.
Надя аккуратно собрала ювелирные изделия, положила их в карман и посмотрела на соперницу с ледяным презрением.
— Спасибо. Квартиру закрой получше. Твой принц скоро будет свободен, можешь забирать его с потрохами. Только учти — у него долг по ипотеке и кредиту за машину, которые теперь платить только ему.
Надя вышла из подъезда. На улице по-прежнему падал снег, но ей больше не было холодно. Внутри горел чистый, ясный огонь.
Она вернулась домой через полчаса. Сергей сидел на кухне и пил пиво прямо из горла. Увидев вошедшую жену, он ухмыльнулся:
— Ну что, нагулялась? Истеричка. Подумаешь, накладная. Я же тебе все объяснил.
Надя подошла к столу и с глухим стуком высыпала из кармана на скатерть серьги и кольцо. Бриллианты ярко заиграли в свете кухонной люстры.
Сергей замер, пиво чуть не пролилось ему на штаны. Он вытаращил глаза, переводя взгляд с украшений на Надю и обратно. Его челюсть буквально отвисла.
— Это… откуда? Ты… ты была у нее? — сиплым, испуганным голосом спросил он. Вся его спесь сошла в один миг, на лице проступил первобытный ужас.
— Была, — спокойно ответила Надя, снимая куртку. — Завтра мы идем в ювелирный и сдаем это обратно. Благо, две недели еще не прошли, чеки у меня. Деньги возвращаются на наш общий счет. После этого мы подаем на развод. Квартиру продаем, делим пополам. Машина остается тебе вместе с твоим кредитом.
— Надя, подожди… — Сергей вскочил, попытался схватить ее за руку, но она резко отпрянула. — Наденька, бес попутал! Это просто глупость, Инка сама на шею вешалась! Я люблю тебя, это все временно! Пожалуйста, давай поговорим!
— Мы уже поговорили, Сережа, — Надя посмотрела на него как на пустое место. — Вещи свои собирай сейчас. Перебьешься у своей новой пассии. Адрес ты знаешь, я проверю. А если до утра не съедешь — гарнитур я, так и быть, оставлю себе, но твоя карьера накроется завтра в девять ноль-ноль. Выбирай.
Сергей смотрел на нее и понимал, что спорить бесполезно. Перед ним стояла совершенно другая женщина — сильная, решительная и абсолютно чужая. Он молча повернулся и побрел в спальню доставать чемодан.
Надя села на стул, взяла в руки кольцо с изумрудом, посмотрела на него секунду и с улыбкой бросила обратно на стол. Впереди была сложная неделя, суды и раздел имущества, но впервые за долгое время она чувствовала себя абсолютно счастливой и свободной.
Я не обязан слушать, где мне жить и на что тратить