— Ничего у нас с Мишкой не было! И Лёша знал об этом, мы всё выяснили.
— Ну, выяснили, не выяснили, а он мне тут плакался, что Машка, скорее всего, не от него…
— Лен, ну хватит уже. Два месяца прошло. Ты детей опять напугаешь, — укоризненно произнесла Катя.
— Да-да, — Лена поспешно вытерла слёзы, соглашаясь с подругой. — Только я не из-за этого плачу…
Она не обманывала. Из-за ги..бели Лёши она уже почти не плакала, хотя до сих пор не могла поверить в случившееся. И автомобиль-то не сильно пострадал, а её любимый…
Не только она осиротела, но и двое их детей — семилетний Вовка и трёхлетняя Машка остались без отца.
А теперь, оказывается, детки остались и без ещё одной родственницы, и без наследства.
Со своей матерью Лена практически не общалась и не слишком из-за этого переживала.
Родительница и в детстве не особо на неё внимание обращала, а теперь и вовсе стала активно устраивать свою личную жизнь, боясь в ста.рости остаться одной.
И ни к чему ей была в радиусе видимости молодая женщина — пусть и родная дочь.
С матерью любимого Лена общалась и то чаще. Регулярно бывала у них в гостях с маленьким Вовкой, а вот Машку бабушка успела увидеть только раз после рождения.
Когда малышке был месяц, пожилая женщина скончалась.
Теперь они уже приходили в отчий дом Лёши гораздо реже. Там хозяйкой стала его старшая сестра, Валентина, вечно всем недовольная, грубоватая.
Она к племянникам вроде бы относилась тепло, но дольше пары часов их присутствия не терпела.
— Вот такая она, — разводил руками Лёша. — Что поделать? Хочешь, вообще не будем к ней ходить?
— Как знаешь, — пожимала плечами Лена.
Вообще-то она рассчитывала, что после см..ерти матери любимого они переедут в тот дом. Сколько можно маяться в съёмной квартире?
Но Лёша такой вариант и не предлагал, а она, стараясь ему во всём угодить, тоже этот вопрос не поднимала.
Вот только сейчас решила поговорить по данному поводу с Валентиной — и то, с подачи подруги.
— Ну что? Договорились? — поинтересовалась Катя, когда Лена окончательно успокоилась.
— Ага! Она сказала, что ни я, ни мои дети к её семье никакого отношения не имеем. Послала меня, в общем, в… лес, — усмехнулась Лена.
— Так. Я не поняла. Ладно — вы с Лёшкой женаты не были, но дети-то его! Они наследники! — возмутилась подруга.
— По-человечески — да, а по закону — нет. Лёша же их отцом и записан не был.
— Как?! Ты серьёзно, Лен? О чём ты думала-то?
— Да ни о чём! У нас любовь была, семья. Лёша детей обожал. Сама знаешь, как он ими занимался. И они его тоже.
Это же главное, а не какие-то там записи…
— Ну, теперь выясняется, что главное — не это! Д..ра ты, Ленка! — подруга хлопнула ладонью по столу. — И ведь ни слова не сказала…
— Да знала я, что ты выскажешься… — по щекам Лены снова покатились слёзы.
— Перестань… Чего уж теперь. А вот Валька, щучка такая! Ведь улыбалась, племяшами любимыми Вовку с Машкой называла, а теперь, значит, никто они ей. …дина двуличная! Я с ней поговорю!
— Не надо, Кать. Бог ей судья…
— Ещё чего! Жирно ей будет весь дом целиком, и на счёте у Лёшки наверняка что-то было. Да и за машину, хоть и битую, неплохую сумму можно выручить!
При упоминании машины Лена разрыдалась в голос. Катя бросилась её утешать, а про себя решила, что сама с Валентиной поговорит.
Она не Катька бессловесная, ей палец в рот не клади! Быстро объяснит политику партии этой хапуге!
Вот никогда у Кати не возникало сомнений, что Лёшка — отец Вовки и Машки. Да и все знакомые об этом знали, не раз видели, как он детей из сада забирает, как в магазин с ними ходит, как гуляют они вчетвером в парке развлечений.
«Дочечка», — ласково называл Лёшка Машку, а к Вовке серьёзно обращался «сын».
Само собой, содержал он всё семейство, и ни разу они с Леной серьёзно не ссорились. Вот же Валентина, за..раза такая!
С трудом, но уговорила Катя подругу снова встретиться с сестрой Лёшки.
— О! Тяжёлую артиллерию привела? — насмешливо осведомилась Валентина, уперев руки в боки.
— А ты, никак, испугалась? — в тон ей ответила Катя.
— А чего мне бояться? Проходите на веранду. В дом не зову — ремонт у меня там.
— Да мы ненадолго, — ответила снова Катя. Лена молча смотрела в сторону. — Вот только расскажи нам, Валентина, с чего это ты от племянников родных решила отречься?
Неужто всё из-за наследства?
— А вы докажите, что это мои племянники! Это вы Лёшке могли лапшу на уши вешать, а со мной такой номер не пройдёт!
— Так ты ж сама их привечала.
— Ради брата старалась — родной он мне был всё же. А нет Лёшки… — Валентина вдруг всхлипнула и промокнула сухие глаза полотенцем, которое держала в руке. — Так вот теперь я никого привечать не обязана.
— Да как ты можешь? Мои дети на Лёшу похожи! — не выдержала Лена. — И он не сомневался…
— Да неужели? — перебила её Валентина. — Забыла уже, как тебя со свадьбы Дашки забирал пьяную? Не ты ли там с Мишкой по кустам зажималась?
— Всё не так было! — вспыхнула Лена.
Она и правда тогда перебрала со спиртным, а этот Мишка — давний её поклонник — к ней привязался, видимо, рассчитывая воспользоваться её состоянием.
— Ничего у нас с Мишкой не было! И Лёша знал об этом, мы всё выяснили.
— Ну, выяснили, не выяснили, а он мне тут плакался, что Машка, скорее всего, не от него…
— Это ты сейчас придумала? — вступила в разговор Катя.
— Ничего подобного! И Вовка якобы недоношенный родился. Ага! Три с половиной килограмма! А ведь по срокам Лёшка в командировке тогда был!
— У-у-у… Понеслась… — Катя тряхнула головой. — Сейчас ты тут навыдумываешь! Всё ради дома и машины? Или ещё деньги есть?
— А это не ваше дело! — рявкнула Валентина. — Шли бы вы, девки, по добру, по здорову. Не доводили бы до гр..еха.
Др..аться с вредной Валентиной подруги, конечно, не собирались и молча ушли.
— У меня и свидетели есть, которые подтвердят, что слыхом не слыхивали про твоих детей, и Лёшка о них ни разу не сказал ничего! — крикнула им вслед Валентина.
— Вот, за..раза, как мысли мои прочитала, — пробормотала Катя.
— Какие мысли? — удивлённо посмотрела на неё Лена.
— Какие, какие? В суд идти надо. А то ты сама не додумалась.
Лена молча отвернулась.
— Погоди. Или эта … правду говорила? — Катя решительно дёрнула подругу за предплечье, разворачивая к себе.
Лена продолжала молчать, но так на неё взглянула…
— Ну извини, — Катя развела руками. — Я же не осуждать тебя собралась, а разрабатывать стратегию, как нам с этой Валькой разобраться и деток не оставить нищими.
— Стратегию, — усмехнулась Лена. — Ты откуда слова-то такие знаешь?
— Потом расскажу, — хитро улыбнулась Катя. — Но будь уверена — всё получится.
Она развила такую бурную деятельность, что временами пугала Лену. Подруга прошерстила интернет, выясняя, что нужно для решения их проблемы.
Разыскала какого-то своего давнего поклонника, подвизавшегося помощником адвоката.
Постоянно подсовывала Лене какие-то заметки о таких делах:
«Вот! Видишь! Ты не одна такая! — с торжеством заявляла она, — Клуша. Но это ничего», — добавляла необидно.
Лена только диву давалась.
Нет, конечно, Катька всегда боевая была, но тут прям вообще в воительницу превратилась: глаза блестят, щёки лихорадочно пылают, взгляд решительный, кулаки сжаты.
Сама Лена не очень-то верила в успех их предприятия. Если бы можно было анализ ДНК сделать… Только нет у неё ничего для экспертизы… Как-то не подумала она об этом…
— Гля, а этот тут чего делает? — негромко спросила у неё Катя, увидев перед зданием суда мужа подруги Валентины, и уже громче обратилась к мужчине: — Коль, а ты чего тут?
Николай испуганно на неё посмотрел. Супруга его, Ольга, резко дёрнула мужа за руку. Тот смутился, отвёл глаза, и пошёл за ней внутрь здания.
— Понятно, — усмехнулась Катя. — Олька будет петь с подачи Вальки песню подруги, а Колька будет им подпевать.
Не мужик, а тр..пка! Да ничего — не поможет им это… пение.
Она была в этом абсолютно уверена. На их стороне соседи Лены, коллега Лёшки и его закадычный друг, которым он ранее все уши прожужжал про своих детей.
Лена думала, что не переживёт весь этот кошмар. Особенно когда Валентина уверенно заявляла судье, что её брат ей сам сказал, что Вовка с Машкой ему не родные. И как только яз.ык у неё не отсох?!
Подруга её вещала то же самое, а Николай, запинаясь, выдал, что вообще видел Лену только один раз и знать не знал, что она с Лёшкой живёт…
Судья явно склонялась верить Лене и её свидетелям, а тут ещё результат экспертизы ДНК доказал отцовство Лёши…
Подруги удивлённо переглянулись — откуда он взялся, этот анализ?
Оказалось, что на нём настояла Валентина (где только материал взяла?), и после оглашения результата сестра покойного стояла бледная, как стена. Не ожидала, видимо, такого поворота.
— Сама себе яму вырыла, — с удовольствием констатировала Катя. — А теперь ей ещё эту экспертизу оплачивать. А там нормальная такая сумма…
Лена в ответ слабо улыбнулась — главное же не это, а то, что доказано отцовство Лёши, они его дети…
Пусть сестра живёт у тебя, ей тяжело сейчас, а мне некогда — велела мать. — Не впущу. Она не кот, чтобы её пристраивать