— Ваш муж, — всхлипнула Диана, через две недели подкараулив Веру Васильевну возле клиники (в дом вход ей был закрыт). — Он меня соб..лаз..нил, обещал жениться, я беременна…
— Вот же Лизка — тихушница! — с чувством сказала Диана и со стуком поставила бокал на стол. — Вся такая скромная, хорошо воспитанная, бабкой зашуганная, а взяла и развела своего папика с женой. И женился он на ней, как миленький!
Маша тихонько вздохнула.
В их троице Диана считалась самой красивой и благополучной. Упомянутая Лиза была сиротой, которую воспитывала вредная и жадная бабка.
Сама Маша жила с пьющей матерью и с 14 лет практически полностью содержала их маленькую семью, подрабатывая, где только можно.
Диана же росла во вполне благополучной, пусть и не богатой семье — с мамой и папой, которые её очень любили.
А получается, что Лиза её опередила, обставила. Понятно, почему она злится.
— Диан, ты поможешь мне? — Маша решила перевести разговор в другое русло. — Ну пожа-а-алуйста, — умоляюще посмотрела она на подругу. — Я одна этот дворец буду месяц убирать, а домомучительница помогать мне не хочет.
— Опять ты, Машка, со своими при..чу.да.ми… — поморщилась Диана. — Знаешь же, что не люблю я этого.
Маша знала. Диану всегда приходится уговаривать, физическую работу она не уважала, хотя иногда подрабатывала клинингом с подругой.
— Да там особо и делать ничего тебе не нужно будет, — горячо заговорила Маша. — У нас же всяких роботов-пылесосов-мойщиков и всякой разной фигни полно!
Только вот за ними следить надо, да вымыть по углам… Ну никак мне от этой генеральной уборки не отвертеться!
А потом мы в бассейне поплаваем, коктейльчиков намутим…
Хозяев всё равно не будет…
— Холодно ещё купаться, — буркнула Диана. — Ладно! Уговорила.
Они управились к обеду второго дня. С чувством исполненного долга расположились у бассейна с коктейлями.
— Добрый день, красавицы! — вдруг раздался рядом с ними мужской голос.
Маша аж подпрыгнула, немного покраснела и принялась что-то лепетать в оправдание.
Диана же с интересом рассматривала незнакомца. Он был высок, статен, бородат и зеленоглаз, а ещё открыто улыбался.
— Да ладно тебе, Маш, — наконец прервал он извинения девушки. — Вы, как я понимаю, всю работу выполнили?
Отдыхайте. Это же помощница твоя? — кивнул он в сторону Дианы.
— Да. Это Диана, а это — Фёдор Михайлович… — ещё больше смутилась Маша.
— Охотница, значит, — непонятно сказал Фёдор и, ещё раз пожелав им хорошего отдыха, ушёл куда-то вглубь участка.
— Фу-у-х, — выдохнула Маша. — Напугал, блин! Завтра же должен был вернуться. Ну ничего — он нормальный, Верочка его строже.
«Верочкой» Маша называла за глаза хозяйку Веру Васильевну.
— Погоди, — приподнялась на шезлонге Диана. — Ты же говорила, что ей за сорок, а этому Феде лет 35. Это же её муж?
— Да-а-а…
— Слушай, классный мужик! Я бы от такого не отказалась. Нафига ему ста..рая кл…ча?
— Верочка, знаешь, как классно выглядит? — обиделась за хозяйку Маша. — И вообще, у них любовь, как в романе.
— Ну-ка расскажи.
— В общем, после института Верочка пришла в школу преподавать биологию, а Фёдору тогда было 15 лет, и он в неё сразу влюбился.
Понятное дело, что Верочка с ним связываться не стала, как могла объяснила про разницу в возрасте и всё такое.
Парень не унимался — тайком провожал её до дома, цветочки там подбрасывал, приструнивал хулиганов, которые в классе мешали ей уроки вести…
— Ну?
— Потом она замуж вышла, а Федя уехал учиться в другой город, окончил там художественный колледж и вернулся обратно — не мог находиться вдали от любимой…
Снова стал её замуж звать, она ему призналась тоже, что любит его, но мужа не может бросить…
— Ты можешь как-то покороче рассказывать? — раздражённо спросила Диана. — Где ты вообще этих подробностей нахваталась?
— Мне домработница наша рассказала. Она какая-то дальняя родственница Верочки, — обиженно протянула Маша. — А если короче, то с мужем Верочка прожила семь лет, а потом он неожиданно умер.
Оказалось, что он открыл стоматологическую клинику — сюрприз любимой жене готовил, надорвался, видно.
— Маша-а-а…
— Ладно. Ну Фёдор тут как тут. Поддержал любимую, она из школы ушла, и они вместе стали клиникой заниматься, потом ещё одну открыли.
В процессе поженились — Верочке тогда уже 33 года было, ему — 25 лет. Через два года у них Ника родилась, бизнес развивался.
Теперь Верочка одна бизнесом рулит, а Фёдор чеканки свои делает — у него мастерская вон там.
— Бизнес, говоришь?.. — задумчиво протянула Диана. — А на кого он записан?
— Да откуда я знаю?! По-моему, пополам между ними. Тебе зачем? — подозрительно посмотрела Маша на подругу.
— Да так…
В следующий раз подруги увиделись через две недели.
— Слушай, — деланно равнодушным тоном сказала Диана. — Ты же хотела в отпуск со своим Лёшенькой съездить… Не передумала?
— Я бы с удовольствием, да только боюсь место потерять. Возьмут какую-нибудь ушлую девицу на время, а потом меня ногой под з…д, — печально ответила Маша.
— Тут я тебе могу помочь. Две недели-то я как-нибудь продержусь, зато место за тобой останется.
— Серьёзно? Ты же…
— Ради подруги я готова на всё, — лучезарно улыбнулась Диана.
Точнее, ради своего счастья она была готова на всё, но впечатлительной Маше об этом знать не следовало.
А то, что придётся работать горничной, это ничего — не навсегда же.
Вот выгорит её план, и она вообще никогда работать не будет!
Поначалу Диане казалось, что удача полностью на её стороне. Вера Васильевна, едва взглянув на подменную горничную, сказала:
«Надеюсь, вы справитесь. Всё равно мы с Никой уезжаем на две недели на море, а там и Маша вернётся».
Домоправительница уезжала с ними. При этом Фёдор оставался дома — у него «горел» какой-то важный заказ, не до отдыха.
«Вот д…ра-то, — подумала про Верочку Диана. — Кто ж такого мужика надолго одного оставляет? От ста..рости мозги, наверное, склеились».
42-летняя Вера казалась 25-летней Диане глубокой ста..рухой, хотя, как и говорила Маша, выглядела жена Фёдора прекрасно.
Но всё равно — куда ей до молодой, упругой девицы?
Диана вообще не ожидала никаких сложностей в плане соб..лазнения Фёдора, однако всё оказалось не так просто.
Мужчина большую часть суток пропадал в своей мастерской, даже еду ему туда повариха носила.
Пришлось Диане забрать у неё эту обязанность, расстегнуть спереди пуговицы на форменном платье, надеть туфли на каблуках, губы поярче накрасить…
— Поставь там, — небрежно кивнул Фёдор, когда она вся такая расфуфыренная появилась в мастерской.
— Но вам нужно поесть, силы же нужны, — ласковым голосом пропела она.
Он на неё даже не взглянул и ничего не ответил.
Пришлось Диане уйти ни с чем. Она попыталась проникнуть в спальню Фёдора ночью, но дверь туда почему-то оказалась заперта.
И только через десять дней ей, можно сказать, повезло. Фёдор, видно, окончил работу полностью и днём поднялся в спальню.
Через полчаса Диана уже была там — снова в очень соб..лаз..нительном виде, ни один мужик не устоит!
— Я люблю вас, понимаете! — с порога пылко стала признаваться она. — И понятно же, что мы подходим друг другу и должны быть вместе. Хотя бы сейчас…
Фёдор натурально оторопел от её вида и пламенной речи, но и шагу не сделал навстречу.
Зато Диана не растерялась — бросилась ему на шею.
Однако мужчина, вместо того чтобы ответить на поцелуй, довольно грубо оттолкнул её.
— Да ты даже не знаешь, от чего отказываешься! — вдруг перейдя на ты, выкрикнула Диана. — Я же лучше, чем твоя жена! Вот увидишь!
Лицо Фёдора буквально потемнело.
— Выйди отсюда!
— Федечка, подожди, давай поговорим, может, я слишком резко начала, — испуганно залепетала Диана.
— Вон! — он швырнул в неё подушку и вдруг добавил пару матерных слов.
И что ей оставалось делать? Чё.рт! Если бы у неё было больше времени, она бы так не напирала — сделала бы всё мягче, хитрее.
И всё-таки Фёдор её оскорбил своим отказом и должен был за это поплатиться.
— Ваш муж, — всхлипнула Диана, через две недели подкараулив Веру Васильевну возле клиники (в дом вход ей был закрыт). — Он меня соб..лаз..нил, обещал жениться, я беременна…
— Девушка… — снисходительно посмотрела на неё Вера Васильевна. — Как вас там? Диана?
Вы в следующий раз как-то лучше готовьтесь, какие-то доказательства соберите.
Не смешите сейчас, вот правда!
— Да?! Да ваш Федя вас ста..рухой называл, говорил, что ему противно…
Лицо Веры Васильевны окаменело.
— Полегче на поворотах, девочка, — ледяным тоном произнесла она. — Ты ничего не знаешь ни про меня, ни про моего мужа. В этом твоя ошибка.
И направилась к своей машине. Уже открыв дверь, повернулась к смотревшей на неё с ненавистью Диане и спокойно сказала: «Во всех комнатах днём работают камеры. Это на случай, если у тебя хватит гл..пости продолжать…»
Продолжать Диана не стала. Ей ещё было нужно как-то помириться с Машей, которую едва не уволили из-за неё и которая перестала с ней общаться.
А мужика богатого она себе ещё найдёт — она в этом уверена.
– Нет, дорогая свекровь, трёшку я купила до свадьбы! Так что пакуйте вещи, после развода вы тут жить не будете! – отрезала Настя