— Машину оформите на меня, — заявила Степану теща Татьяна Павловна. — Я ведь копила на нее деньги.
— Ездить тоже будете сами? — ехидно поинтересовался Степан.
— А ты на что? — прищурилась теща, — и никакой рыбалки на новой машине, еще не хватало, чтобы она была вся в чешуе!
Идея покупки новой машины взамен стоявшей на парковочном месте во дворе второй год старенькой «Волги» витала в воздухе давно.
Из прежнего автомобиля Степан выжал все, что мог.
Ремонтировать его теперь было дороже, чем сдать в металлолом.
А цены даже на машины с рук росли быстрее, чем они с женой успевали копить.
— Сергеевы вон взяли иностранное авто, — теща привычно заняла свой наблюдательный пост у окна. — Не нарадуются, ну и что, подумаешь, марку никто выговорить не может.
— Барахло, — вздыхал Степан, — наши машины я хоть ремонтировать в гараже могу. А там сплошная электроника, куда ни глянь.
И потом, через две зимы сгниет она в нашем климате. Железо на кузове тоньше, чем на забор брали.
— Знаток какой выискался, — обиделась Татьяна Павловна. — И что толку с твоего толстого железа.
Машина два года загорает под открытым небом.
Да от тачки садовой больше прока, чем от твоего металлолома.
— У вас и такой нет, — огрызнулся Степан. — Сами в жизни ни одного автомобиля не купили, а туда же, критикуете.
Впрочем, Степан и сам понимал, что машина семье необходима.
Поначалу друзья соглашались помочь перевезти урожай или прихватить приятеля с собой на рыбалку. Но со временем на такие просьбы он все чаще получал отказ.
У друзей были свои семьи, тещи и дачи.
— Мама снова на электричках спину ломает с неподъемным рюкзаком, — вздыхала Соня. — Еще и пересадки эти, а она уже не девочка.
— Чего ты от меня ждешь? — обижался Степан. — При всем желании не могу каждый раз тещу на дачу сопровождать.
Она сама эти рюкзаки походные набивает, а я виноват.
У меня работа, это теще заняться нечем.
— Мог бы быть и повежливее с моей мамой, — злилась Соня. — Между прочим, она намекала, что может добавить нам на машину.
— Лучше пусть себе добавит и съедет уже от нас, — взбеленился Степан. — А я наконец-то избавлюсь от бесконечных ваших придирок.
Соня вздохнула, тут Степан был прав. Мама действительно переезжала к ним временно. А оказалось, что навсегда.
Когда пять лет назад она сказала, что брату с женой и новорожденным сыном нужно больше пространства, никто и не предполагал такого развития событий.
В том, что квартиру она переписала на любимого сына, Татьяна Павловна призналась только через год. Когда Степан уже стал каждый день спрашивать, не загостилась ли теща.
Брат сразу дал понять Соне, отправленной на переговоры, что мать в их квартире лишняя.
— Мы и так друг у друга на головах сидим, младенец, Наташка, моя теща с дочкой младшей.
— Но это мамина квартира, разве тебе не стыдно ее вот так выживать? — ахнула тогда Соня.
— Она сама добровольно на меня ее переписала, — отрезал Аркадий. — Никто об этом нашу мать не просил.
У вас достаточно площади, чтобы маму приютить. А мне каждый лишний жилец сейчас как кость в горле.
— Это нечестно, — Соня едва не плакала, — вы же говорили, что это временно. Меня Степа скоро саму из дома выгонит вместе с ней. Сам знаешь, характер у мамы не сахар.
— Отлично знаю, — подтвердил брат. — Поэтому и не горю желанием с ней вместе жить.
Соне пришлось смириться с таким ответом. Степан побушевал, но тоже быстро отошел. У него вообще был такой характер — уживчивый.
Но временами муж все же напоминал об этом недобровольном соседстве. А Татьяна Павловна, освоившись, чувствовала себя хозяйкой дома. На зятя покрикивала, дочь критиковала.
— Вот у Аркаши хорошая машина, — намекала Татьяна Павловна зятю. — Они умеют экономно жить.
А ты спиннинги покупаешь за бешеные деньги, чтобы потом ловить рыбу на нашем пруду. Это просто смех один.
— Да ваш Аркаша вообще умеет устроиться, — усмехнулся Степан. — Квартиру у матери отжал, машину купил на деньги от продажи тещиного дома.
А у меня, кроме рыбалки, и радостей в жизни никаких нет.
Еще и вы постоянно зудите над ухом, словно комар летней ночью.
— Все равно, вы могли бы и поужаться, — морщилась теща. — Аркаша мне рассказывал, что они закупки делают раз в неделю на оптовой базе.
Выходит намного дешевле. Но для этого, конечно, нужна машина.
— Пусть вас Аркаша возит, — взревел Степан. — А мне надоело это выслушивать.
— Знаешь, дорогой зять, — поморщилась Татьяна Павловна, — раз уж ты не способен сам накопить на машину, это сделаю я.
Сколько она там, может, стоить? Буду откладывать с пенсии.
— Вы до трехсот лет жить собираетесь? — оторопел Степан. — Я же видел размер вашей пенсии. На нее кота невозможно прокормить.
— Я же говорю, ты просто не умеешь копить, — гордо заявила зятю Татьяна Павловна и удались в свою комнату.
Соня эту схватку двух тигров в долине смотрела не отрываясь, как турецкий сериал.
Ее мать и муж могли начать скан.далить буквально на ровном месте. А через полчаса уже взахлеб обсуждали, что будут готовить на ужин.
Оба стр.астно обожали кулинарию.
Вот только у Татьяны Павловны лучше выходили гарниры и выпечка, у Степана мясные блюда и супы.
Впрочем, то, что начиналось как невинное заявление, вскоре превратилось в настоящий манифест.
Татьяна Павловна всерьез решила освоить пятилетку в три года. То есть, накопить на машину в самые короткие сроки.
И начала она с ревизии ванной комнаты. Причем вопросы снова возникли только к Степану.
— Что это за дорогие станки, пена для бритья, — критиковала теща. — Вот у моего Васи была электробритва всю жизнь.
— Вы еще опасные вспомните, дореволюционные, — огрызнулся Степан. — Я уже со своей зарплаты и пену для бритья купить не могу?
— Можно брать подешевле, — скривилась теща. — А Сонечке перестать ходить на маникюр и красить волосы. У нее прекрасный натуральный цвет.
— Ага, оттенка больной мыши, — взвилась Соня. — Мама, хватит, живем как-то без машины, привыкли уже. Твоя экономия просто смешна.
Вместо того чтобы спокойно жить, ты только злишь Степу.
Но теща не унималась. Она решила доказать зятю, что сама справится с накоплением нужной суммы. И пыталась реализовать одну провальную бизнес-идею за другой.
Стояла у станции с ведрами яблок. Год выдался урожайный, пристроить их, даже бесплатно, было делом нелегким.
Но Татьяна Павловна планировала на яблоках заработать. В итоге сорвала спину, пришлось тратить деньги на лекарства.
И даже это не остановило тещу Степана.
Она твердо верила, что сможет уесть зятя. Узнав, что подруги успешно распродают всякое старье на сайтах объявлений, Татьяна Павловна тоже решила воспользоваться этой возможностью.
Степан лишь рукой махнул, причуды тещи его уже утомили. Поэтому на появление незнакомых людей на пороге он уже не реагировал.
Каково же было удивление зятя, когда однажды Татьяна Павловна заявила:
— Давай ключи, я продала твое старое корыто.
— Вы это о чем, мама? — поинтересовался Степан холодно.
— Машину твою никому не нужную забирают, сейчас приедет покупатель, — язвительно ответила Татьяна Павловна. — Пошевеливайся, чего встал.
— А с чего вы взяли, что машина продается? — прищурил глаза зять. — Вы ведь не хозяйка.
— Перестань, я буквально облагодетельствовала всю семью, избавив нас от этого хлама, — раскраснелась теща. — Давай ключи, я сказала.
— Дорогая мать моей жены, — прошипел Степан. — Знаете ли вы, что при продаже автомобиля его надо снимать с учета, переоформлять.
Это вам не буханку в магазине не кассе пробить.
— Нашелся умник, — взвизгнула Татьяна Павловна. — Неблагодарный, да я всю работу за вас с Сонькой сделала. Мог бы хоть спасибо сказать!
— А скажу — не лезьте, — гаркнул Степан и вышел из квартиры.
Весь следующий час теща смотрела, как он вздыхает вокруг своей старой машины, пинает спустившие колеса, заглядывает под капот.
Потом он куда-то ушел, забежав домой за документами. А через несколько часов к ним во двор приехал эвакуатор.
Степан сел в кабину к водителю, машину увезли.
Вернулся зять домой лишь вечером, молчаливый и хмурый. Соня к мужу с разговорами не лезла.
А вот у тещи язык чесался полюбопытствовать, куда же зять отправил автомобиль.
Но инстинкт самосохранения сработал быстрее. И теща тоже промолчала. Правда, с утра потребовала выложить вырученные деньги.
— Я в этом дома казначей, — заявила Татьяна Павловна. — Все деньги буду хранить сама. А то знаю я вас. Спустите на свои спиннинги и салоны красоты.
— У меня целее будет, — ворчал Степан.
— Ну хоть раз не спорь с мамой, — взмолилась Соня. — Она хочет быть полезной. Неужели ты не видишь.
— Нате, забирайте, — Степан бросил на стол стопку мятых купюр. — По вашей милости в семье теперь вообще никакой машине нет. Ни на ходу, ни на стоянке.
Ты должен давать деньги моей семье, они теперь и твоя родня! — молодая жена сказала мужу все, что думает