Юлия аккуратно нарезала колбасу для окрошки.
В коридоре хлопнула дверь, и раздались тяжелые шаги. На кухню вошел старший брат Максим, а следом за ним появилась его новая жена Эльвира.
— Привет, Юлька, — сказал Максим и отодвинул ногой кошачью плошку. — Опять окрошкой давишься? Купила бы нормального мяса.
— Хорошая вырезка стоит прилично, — ответила Юлия и продолжила крошить продукты. — Я работаю простым поваром в столовой депо, жила очень скромно, пять лет отказывала себе во всем, чтобы мама могла оформить квартиру на себя ради ветеранской субсидии. Вы какими судьбами? Даже не предупредили.
— Мы к себе домой пришли. — Эльвира уперла руки в бока. — Имеем полное право. Квартира оформлена напополам, так что здесь только половина твоя.
Юлия отложила нож.
— По документам напополам. Только мама покупала эту жилплощадь на мои деньги. Я пять лет откладывала каждую копейку. Ты же мотался по вахтам и спускал заработки на развлечения. Мама просто оформила недвижимость на себя ради ветеранской субсидии, а после ее ухода ты вдруг заделался наследником.
— Мы оба наследники первой очереди, и моя половина теперь принадлежит мне по праву. Давай без лирики. Мы пришли по делу.
— Садитесь. Чай будете?
— Не до чая. — Эльвира посмотрела на потертый линолеум. — Мы тут покумекали. У Максима двое детей от первого брака, которым он платит алименты. У меня от бывшего трое растут. Нам надо расширяться. Жить в однушке на окраине уже невозможно. Дети сидят друг у друга на головах.
— И что вы предлагаете? — спросила Юлия и вытерла руки полотенцем.
— Ты должна продать квартиру. Деньги делим. Только не пополам. Мне нужно семьдесят процентов.
— С какой стати?
— С такой, что я старший брат. Ты живешь одна. Тебе много не надо. Возьмешь ипотеку на студию. Ты баба молодая. Найдешь мужика с жильем. Мне же надо поднимать семью. Эльвире скоро рожать. Ждем четвертого.
Юлия посмотрела на живот невестки.
— Поздравляю. Только при чем здесь моя жилплощадь? Я не собираюсь продавать единственное жилье и влезать в кредиты ради ваших хором. Я честно заработала эти метры.
— Ты не понимаешь по-хорошему! — Эльвира повысила голос. — Ты шикуешь одна в двух комнатах. Мы же ютимся! Это чистой воды эгоизм.
— Я сказала нет. Если хотите, продавайте свою долю. Я ее выкуплю.
— У тебя нет денег выкупать. — Максим засмеялся. — Сама сказала про зарплату повара. Кто даст тебе кредит? Продавать долю на сторону невыгодно. За нее дадут сущие гроши. Нам нужно продать всю квартиру целиком.
— Тогда вопрос закрыт. Я остаюсь здесь.
— Ну смотри. Мы ведь можем поступить иначе. Я не продам долю. Я пущу сюда квартирантов. Найму бригаду строителей, человек четыре-пять. Будут тебе веселые соседи. Посмотрим на твое поведение через месяц.
— Это незаконно без моего согласия.
— Я просто дам им ключи как гостям. По закону я имею право приглашать кого угодно. Будешь каждый день вызывать полицию? Устанешь.
Эльвира довольно закивала.
— Думай. Месяц тебе на размышления. Потом мы приведем риелтора. Учти, что цену мы назначим сами. Отдадим тебе тридцать процентов. Скажи спасибо за такую милость.
Гости ушли и громко хлопнули дверью. Юлия опустилась на стул. Руки дрожали. Она прекрасно понимала, что брат не шутит. Он всегда был алчным и беспринципным человеком.
На следующий день Юлия подошла к сменщице Нине. Та много лет проработала в торговле и сейчас трудилась на раздаче.
— Нин, мне совет нужен, — начала Юлия. Она накладывала пюре в металлические лотки. — Брат с женой выживают из квартиры. Хотят заставить продать жилье и забрать львиную долю денег. Угрожают заселить строителей в свою половину.
— А квартира как оформлена? — Нина поправила фартук.
— По одной второй доле на каждого.
— Значит так, Юлька, слушай внимательно. Ты можешь продать свою долю, но сначала обязана письменно предложить ее Максиму по той же цене и на тех же условиях. Лучше оформить уведомление через нотариуса. У него будет месяц на покупку. Если он откажется или не ответит, долю можно продать другому человеку. Сдать всю квартиру или заселить туда посторонних без твоего согласия он не вправе.
— Он сказал, что просто пустит их как гостей.
— Гости не могут постоянно жить в квартире без согласования с другим собственником. Вызывать полицию можно, но это сущая нервотрепка. Тебе надо действовать на опережение.
— Как? Денег выкупить его долю у меня действительно нет.
— Значит, продавай свою, — посоветовала Нина. — Только не им. Найди покупателя на полквартиры. Да, потеряешь в деньгах. За долю платят меньше. Зато получишь деньги и избавишься от этой семейки. У меня есть на примете один человек. Мой троюродный племянник Эдуард держит крупных собак и ищет недорогую долю, чтобы прописаться и жить там с питомцами. Человек он шумный и грубый, зато платит исправно.
Юлия задумалась.
— Максим не сможет оспорить мою продажу?
— Сможет, если ты все по закону не сделаешь. Идешь к нотариусу и официально уведомляешь Максима, что продаешь свою долю. Указываешь цену и условия сделки. Отправляешь уведомление по адресу его регистрации. У него будет в течение месяца на покупку. Он же сам хвастался отсутствием денег и желанием забрать твои?
— Да, он весь в кредитах.
— Вот и отлично. Месяц пройдет, и если он ничего не купит, ты сможешь продать долю Эдуарду по той же цене. Закон будет на твоей стороне.
Вечером Юлия отправилась к нотариусу. Она оформляла бумаги полчаса. Уведомление ушло по адресу Максима, и начались долгие дни ожидания.
Через две недели в дверь позвонили. На пороге стоял багровый от злости Максим и размахивал помятым бумажным конвертом. За его спиной маячила Эльвира.
— Ты что это удумала? — заорал Максим и попытался пройти в коридор. — Какая еще продажа доли за два миллиона? Ты совсем с ума сошла?
— Что не так? — Юлия загородила проход. — Я решила последовать вашему совету и продаю свою часть жилья. Вам предлагаю первым. Покупайте.
— Где я тебе два миллиона возьму? Я русским языком сказал: мы продаем всю квартиру вместе!
— Я не хочу продавать часть вместе с тобой. Я распоряжаюсь своим имуществом как считаю нужным. Не хочешь покупать — жди окончания срока. Через две недели я продам долю другому человеку.
— Да кому нужна твоя доля? — вмешалась Эльвира. — Кто в здравом уме купит полквартиры с чужим мужиком в соседней комнате? Ты блефуешь и хочешь нас напугать?
— Не верите — ваше дело. Ждите, когда истечет срок.
— Ты никого сюда не пропишешь! — крикнул Максим. — Я костьми лягу, однако чужих не пущу!
— Новый собственник сможет зарегистрироваться в своей доле без вашего согласия, — парировала Юлия. — Учите матчасть.
Брат замахнулся рукой, но вовремя остановился.
— Ты еще пожалеешь об этом. Мы встретимся в суде. Я докажу, что сделка фиктивна.
— Доказывай.
Юлия закрыла дверь перед их носом.
Ровно через месяц после получения уведомления истек срок преимущественного права покупки. Юлия встретилась с Эдуардом. Это был исполин с бритой головой и в широких шароварах. С ним пришли три массивные собаки в намордниках.
— Квартира нормальная, — сказал Эдуард и осмотрел комнаты. — Мне для псов места хватит. Сосед борзый?
— Брат. Будет скандалить и качать права.
— Пусть качает. Я конфликтов не ищу. Главное, чтобы документы были чистые. Деньги переведу после регистрации сделки в Росреестре.
Сделка прошла быстро. Юлия получила деньги и арендовала небольшую уютную квартиру поближе к работе. Вещи она перевезла втайне. Максима тогда дома не было.
Спустя три дня после переезда начал звонить телефон. Звонил Максим. Юлия не стала отвечать. Затем пришли сообщения.
«Ты что наделала? Кто этот амбал? Почему тут бегают псы? Эльвира бьется в истерике. Она боится выйти в уборную! Отмени сделку немедленно!»
Юлия отправила короткий ответ:
«Квартира продана по закону. Вы хотели коммуналку и получили ее. Теперь договаривайтесь с новым собственником. Он наверняка купит вашу долю по справедливой цене».
Спустя полгода знакомые рассказали Юлии свежие новости. Максим и Эльвира не выдержали соседства с Эдуардом.
Новый собственник законно занимал свою долю, а его собаки регулярно лаяли и пугали невестку.
Жить там оказалось невозможно.
Максим попытался продать долю на открытом рынке, но покупателей на жилье с подобным соседством не нашлось.
В итоге он уступил метры самому Эдуарду за небольшие деньги. Вырученных средств едва хватило, чтобы раздать старые долги. Расширить жилплощадь не вышло.
Юлия продолжала трудиться поваром. Она отложила деньги на первоначальный взнос по ипотеке и присматривала новое гнездышко. Девушка больше никогда не отвечала на звонки родственников.
— Я же просила вас не трогать документы в моём кабинете! — крикнула я, когда свекровь перерыла все мои важные контракты