– Даже не надейся, Макс не для тебя, – сказал Никита сестре

Катя стояла у окна своей комнаты, глядя на осенний дождь, барабанящий по стеклу. Первое сентября. Первый курс. Она повторяла это как мантру, словно пытаясь убедить себя, что новая жизнь начинается именно сегодня. Но мысли её были на кухне, откуда были слышны голоса её старшего брата Никиты и его приятеля Максима.

Максим. Она произнесла его имя шёпотом, словно молитву. Высокий, темноволосый, с лёгкой улыбкой, от которой у Кати подкашивались ноги. Друг Никиты с детства. Мужчина, который видел её тысячу раз — и ни разу не взглянул так, как она мечтала.

Когда Катя вошла в квартиру, брат вышел из кухни.

— О, малая пришла! — Никита обнял сестру одной рукой, не выпуская кружку из другой. — Как первый день?

— Нормально, — Катя старалась не смотреть на Максима, но чувствовала его присутствие каждой своей клеточкой. — Расписание дали, учебники в библиотеке выдали.

— Студентка, значит, — Максим отсалютовал ей кружкой. — Поздравляю.

Она улыбнулась, чувствуя, как вспыхнули щёки. Он заметил. Он смотрел на неё! Пусть всего секунду, но смотрел.

— Спасибо, — выдавила Катя и поспешила к себе.

Вечером она долго не могла уснуть, прокручивая в голове этот короткий разговор. «Студентка, значит». «Поздравляю». Обычные слова, но сказанные его голосом. Она представляла, как однажды он скажет ей что-то другое. Что-то важное.

Прошло три месяца. Катя приходила домой, садилась в своей комнате с учебниками, но дверь не закрывала: делая вид, что готовится к семинарам, она слушала, как Никита и Максим обсуждают работу, автомобили, девушек.

— Римма просто огонь, — говорил Максим, и у Кати сжималось сердце. — Вчера с ней в ресторане были. Она такое платье надела — весь зал от нас глаз не отрывал.

— И ты, конечно, же очень этим гордишься, — усмехался Никита.

— Ещё бы. Такая женщина рядом. С ней не соскучишься.

Катя смотрела в учебник, но буквы расплывались. Римма. Яркая, уверенная в себе, успешная. Она появлялась в их компании пару раз — и Катя сразу поняла, что рядом с такой, как Римма, у неё нет шансов. Римма носила каблуки и красила губы яркой помадой. Катя ходила в удобных кроссовках и пользовалась нежным блеском для губ. Римма говорила громко и уверенно. Катя — тихо и запинаясь.

Однажды Никита застал сестру в коридоре: она стояла у зеркала, пытаясь накрасить глаза, как Римма, и получалось только хуже.

— Что это ты делаешь? — спросил он, прислонившись к косяку.

— Ничего, — Катя быстро смахнула тушь салфеткой.

Никита знал, что его сестра влюблена в Максима, и не раз пытался объяснить ей, что она рубит дерево не по себе:

– Даже не надейся, Макс не для тебя, – снова сказал он.

— Почему ты так считаешь? — Катя вскинула голову, чувствуя, как закипают слёзы.

— Потому что ты моя сестра, и я хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. А с Максом ничего хорошего не получится.

— Он же твой друг! Почему ты так говоришь о нём?

Никита вздохнул, провёл рукой по волосам — он всегда так делал, когда собирался сказать что-то неприятное.

— Как друг Максим — отличный парень. Но его женщинам я бы не позавидовал. И вообще, ему нужна не такая, как ты. Ты же смотришь на него глазами больной собаки. Словно ждёшь, когда он тебя приласкает. А Максу нужна женщина, которая его сломает. Нужно, чтобы он за ней бегал.

— Ты не знаешь, что ему нужно, — прошептала Катя.

— Знаю. Я его двадцать лет знаю. И тебя всю жизнь. Поэтому говорю: не трать время.

Он ушёл, а Катя осталась стоять перед зеркалом, глядя на своё отражение. Она не поверила брату. Не могла поверить. Ведь она чувствовала — где-то под его насмешками и колкостями прячется что-то другое. Что-то, что Максим однажды разглядит в ней.

Но Никита оказался прав. Через полгода Максим женился на Римме.

На свадьбу Никиту пригласили. Катю — нет. Она не обиделась — Римма её едва знала. Но в день их бракосочетания Катя всё равно пошла к ЗАГСу. Просто постоять в толпе. Просто посмотреть.

Римма вышла в воздушном белом платье, похожая на королеву. Максим смотрел на неё, словно вокруг никого не существует. Словно весь мир сжался до этой женщины. Катя мечтала, чтобы он когда-нибудь так посмотрел на неё.

После церемонии Максим подхватил жену на руки и понёс к машине. Гости зааплодировали. Катя стояла в стороне, чувствуя, как гулко бьется сердце. Теперь всё. Он женат. Навсегда. Бесповоротно.

Она ушла домой, не дожидаясь, пока они уедут. Шла пешком через парк, смахивая со щек слезы.

Прошло полтора года, Катя уже перешла на четвертый курс, окунулась в учёбу, готовилась к экзаменам, подрабатывала в библиотеке. Она старалась не думать о Максиме. Иногда она видела его во сне, но просыпалась и говорила себе: «Всё. Хватит».

И тут произошло событие, которое многое изменило в их жизни.

Максим попал в ДТП и серьезно пострадал.

— Жуть, как переломался, — рассказывал Никита, расхаживая по кухне. — А тот козёл, из-за которого всё произошло, отделался только царапинами. Правда, машина его теперь только на свалку.

— А что врачи говорят? Как Максим? — обеспокоенно спросила Катя.

— А ничего не говорят. «Время покажет, пока ничего определённого сказать не можем», — это его мать вчера мне передала. А знаешь, что самое интересное? Римма после того, как с лечащим врачом Макса поговорила, собрала вещи и заявила, что она с инвалидом жить не подписывалась.

— Так что, Максим точно инвалидом останется? — прошептала Катя.

— Может, и останется. Пока ничего не известно.

Римма не просто ушла из квартиры, где они с Максимом жили, она вообще уехала из города и подала заявление в суд на развод. Указала, что сама присутствовать не может, и наняла адвоката.

Максим сделал то же самое. Через три месяца их развели. Максим в это время уже был дома, но передвигался только с помощью костылей.

Пока он лежал в больнице, его навещали родители, кое-кто из друзей и, конечно, Никита. Однажды Катя попросила брата взять ее с собой. А потом стала сама приходить к Максиму.

Конечно, он заметил, что девушка смотрит на него влюбленными глазами, но сам никаких чувств, кроме благодарности, к Кате не испытывал. Пожалуй, ему было немного лестно такое отношение сестры друга – не более.

Но постепенно он привык к ее обществу, и, если она по каким-то причинам несколько дней не появлялась, он скучал.

Максим почти полностью восстановился через год после аварии. Он уже работал, встречался с друзьями, в том числе и с Катей. А однажды пригласил ее в кафе.

В этот день она вернулась домой счастливая, и первым, кому она сообщила новость, был Никита:

– Максим мне предложение сделал.

– И ты согласилась? – спросил Никита.

– Конечно!

– Катя, не спеши. Подумай хорошенько. Он ведь тебя не любит! – сказал брат.

– Если бы он меня не любил, он бы не предложил мне стать его женой, – возразила Катя. – А ты всегда был против того, чтобы мы были вместе. Интересно, почему?

– Потому что я тебе добра желаю и счастья. А с Максом ты счастливой не будешь!

– Буду! Вот увидишь! Я уже счастливая! – воскликнула Катя.

Она убежала в свою комнату, а Никита остался сидеть, глядя в стену.

Подали заявление, стали готовиться к свадьбе. Никита понял, что не сможет отговорить сестру, и перестал вмешиваться. С Максимом продолжал общаться.

А однажды между ними состоялся интересный разговор. Начал его Максим:

— Что это ты в последнее время какой-то грустный? — спросил он. — Радоваться надо — скоро мы с тобой родственниками станем. А потом мы с Катюхой быстренько наделаем тебе племянников, и будешь ты добрым дядюшкой Никитой. Так что не грусти!

Никита посмотрел на приятеля:

— Макс, а ведь ты не любишь Катьку. Зачем женишься?

Максим замер.

— С чего ты взял?

— Я видел, как ты на Римму смотрел.

— Как?

— Так, словно, кроме неё, вокруг никого нет. На Катьку ты так ни разу не взглянул. И свадьбой особо не озабочен. Катерина с матерью сами всё делают — выбирают, заказывают. А ты только соглашаешься. Поэтому я и говорю — не любишь.

Максим долго молчал. Потом сказал:

— Знаешь, может быть, ты и прав. Я уже любил. И что из этого вышло? А Катерина меня уже давно любит. Ты думал, что я этого не замечал? Верная она, надёжная. И я её за это уважаю. Это, может, важнее. А все эти «люблюнимагу» через год-другой закончатся, и что тогда?

— Значит, я всё-таки прав: не любишь. Но женишься.

— Не люблю. Ты прав — не люблю. Но женюсь.

На этом разговор закончился.

Никита вернулся домой. Ему было больно смотреть на счастливое лицо сестры, которая, разглядывая каталоги, обсуждала с мамой, какой фасон свадебного платья выбрать. Он не знал, имеет ли право рассказать ей о сегодняшнем разговоре с Максимом.

Но все-таки решился. Поздно вечером, когда родители уже ушли спать, Никита постучал в комнату сестры.

— Можно?

— Конечно.

Он сел на край кровати. Молчал. Катя отложила каталог.

— Что случилось?

— Катя, я должен тебе кое-что сказать. Сегодня мы с Максом разговаривали.

Он рассказал всё. Катя слушала, и улыбка медленно сползала с её лица. Когда он закончил, она прошептала:

— Ты врёшь.

— Не вру.

— Ты просто не хочешь, чтобы я была с ним! Ты всегда был против!

— Катя, послушай…

— Уходи, — её голос дрожал. — Уходи, Никита.