А Оля ждала. И когда в телефоне тилинькнуло – пришло СМС: ей на карту упали деньги! — удивилась и обрадовалась одновременно.
Раз перевел такую большую сумму – наверное, хочет загладить свою вину! Ну конечно же!
Оля Кулебякина — это фамилие такое! – вышла замуж и стала Пирожковой: да, вот такой хлебобулочный парадокс.
И вышла замуж она не за Артура Пирожкова, как можно было подумать, а за Сашку Пирожкова — вполне себе симпатичного парнишку.
У которого с девушкой случилась та самая любовь-морковь. Которая, конечно же, до неба и на всю жизнь.
И у пары все складывалось просто здорово, если бы не небольшое «но».
Вот и не угадали: это вовсе была не Олина свекровь! Ведь интернет пестрит рассказами про свекровь – эту наглую тетеньку, приходящую в семью сына, как к себе домой, и учащую неделуху-невестку уму-разуму.
У Саши таким Макаренко и Ушинским оказалась теща Мария Андреевна.
Они оба работали из дома: муж трудился в области ИИ. Жена тоже что-то пыталась делать на компьютере. Честно внося в бюджет семьи свои тридцать тысяч «деревянных».
Сашка был мужчиной немелочным и совершенно не интересовался доходами жены: сам он получал в четыре раза больше, предоставляя хорошенькой Олечке тратить «свои» деньги на всякие дамские штучки.
Не известно, была ли теща осведомлена о действительном положении дел в семье, но оказалось, что зять ей не очень нравится. Все это выяснилось позже свадьбы – когда они уже вернулись из свадебного путешествия.
И тут мужчина допустил стратегическую ошибку: они, зачем-то, сняли квартиру рядом с тестем и тещей!
Очень просила Оля, а он просто сделал то, что делал всегда: уступил своей любимой птичке, не подозревая, во что выльется эта невинная, на первый взгляд, просьба.
Сколько раз потом он будет корить себя за это.
Подумаешь – проблема! Снял не там, сними там, где нужно, и живи себе спокойненько!
Вот, нынешнее поколение: привыкло раздувать из мухи слона! – скажут многие и будут совершенно правы.
Чего проще – переехать, и дело с концом. Но вот произвести это простое действие как раз и не получалось.
А теща начала к ним приходить. Причем, практически каждый день:
— Я пришла навестить дочу!
Хорошо: мать и дочь – святое! Навестили, убедились, что все в прядке с Вашей ягодкой, и идите обратно, мама! Пять минут Вам на все про все, и хватит!
А вот и фигушки вам всем: мама Маша начинала гостить. А чётакова? Вы же все равно дома!
Да, они практически всегда был дома. Но они же работали! А теща предпочитала появляться преимущественно в светлое время суток: сама она преподавала вечерами математику в колледже.
А гостевание предполагало вначале инспектирование обозримого пространства, а потом долгое чаепитие на кухне под орущий телевизор.
— А что – твоя мама совершенно не занимается хозяйством? – пытался выяснить ситуацию Сашка. – У нее же дома, вроде, муж и еще твой брат – им же надо еду готовить!
— Ты за нее не волнуйся! – успокаивала не отрывающаяся от телефона Олечка. – Она все успевает!
А тебе-то что: сиди себе за компом – разве она тебе мешает?
«Очень мешает!» – хотел ответить Сашка, но его что-то сдерживало: это обидело бы его любимую. А обижать ее мужчина не хотел.
А жена добавила надоевшие всем строки из рассказов в интернете:
— Это же мама!
— Но моя-то мама не лезет к нам, хотя она – тоже мама и тоже могла бы! – не отставал мужчина. – А твоя просто не вылезает от нас!
Может, поговоришь с ней? Нет, пусть приходит, конечно, но не так часто — пару раз в месяц по субботам будет достаточно!
— Ну, хорошо, — недовольно произнесла девушка, — поговорю!
Не трудно догадаться, что никто ни с кем не поговорил – даже не попытался. А мама наглела: если раньше она выражала свое недовольство взглядом и пыхтением, то тут начала демонстрировать все словами.
Причем, недовольна женщина была именно им – своим зятем Сашкой. Который, по ее мнению, был недостоин ее красавицы дочери: дочура-то ее устраивала! Еще бы: это же она, мама, ее воспитала!
А ненавистный Сашка оказался тем самым пирожком ни с чем, костяшкой пусто-пусто и Торичеллиевой пустотой – в выражениях теща-математик не стеснялась.
«Ну, а что Сашка? – поинтересуетесь вы. – Неужели не послал? Ведь это же так просто: дать ускорительный пендель и катитесь Вы колбаской, дорогая мама-математик!»
И чего церемониться? Она что – Софья Ковалевская? Даже близко не стояла!
Вы что – от нее зависите? Нет! Сам ты – самодостаточен и можешь обеспечить свою семью без посторонней помощи.
Плата за жилье и еду – полностью из твоих денег. Даже больше: Оля после замужества стала переводить маме на карту небольшие суммы, чего не делала раньше.
Копите вы на ипотеку опять из твоих денег – твоя девчуля свои тратит на себя! Поэтому, пошли тетку и живи себе спокойно, Сашуля!
Но Сашка это сделать просто не смог. Да, есть такие люди, которые будут глотать весь негатив. Давиться, но глотать: так им легче жить — симпатичный зять относился к этой группе.
Оля тоже молчала, хотя сто раз могла предложить маме заткнуться. Но не предложила по той же причине: это же мама! Ведь для нее это была не чужая тетка, а любящая и желающая добра родительница.
В одну из суббот Оля пошла встретиться с подругами. А муж остался дома и наслаждался одиночеством: на этой неделе ненавистная теща гостила у них четыре раза. И ему явно требовался отдых.
И тут в дверь позвонили: расслабившийся мужчина открыл — по субботам Мария Андреевна всегда оставалась дома.
Но, видимо, теща решила его добить своим присутствием. Хотя вчера «прогостила» почти четыре часа. И пришла сегодня, хотя прекрасно знала, что дочери нет.
— Оли нет! – произнес растерявшийся зять. У которого оставалась слабая надежда, что мамашка уйдет.
— Ничего, я подожду! — и тетка протиснулась в прихожую. А потом привычно прошла на кухню и врубила «ящик»: все, как всегда!
Расстроенный зять ушел в комнату. И там, после небольшого раздумья, наконец решился.
— Может бы Вы уже пойдете домой? – вежливо и робко предложил вышедший на кухню мужчина. – Оля поздно придет! А там, наверное, вас заждались!
Мама жены хамила всегда. Но, в присутствии дочери, это происходило умеренно: вдруг заступится за мужа? Но сейчас Оли не было – стесняться было некого.
— Не тебе меня учить! – зло произнесла тетенька. – А ты заткнись! Я к дочери ходила и буду ходить!
Сашке вспомнилось Булгаковское: «Я тут на шестнадцати аршинах сижу и буду сидеть».
Остановить Шарикова получилось только с использованием радикальных мер. И сейчас зять искренне пожалел, что рядом не было Борменталя и Преображенского.
И понял, что дальше уже не сможет. Да, просто не сможет все это терпеть: количество перешло в качество.
Да и зачем? Чтобы что? Мама жены испытывает к нему не только неприязнь вплоть до той самой потери аппетита, а даже непонятную ненависть. И, видимо, ничего не изменится, хоть колесом вокруг нее ходи.
К тому же, главным было то, что любви к хорошенькой Оле после всех этих экзерсисов ее мамы значительно поубавилось. И мужчину уже ничего не держало: пусть живут в прежнем составе – он решил подать на развод.
А теща помолчала немного и торжествующе добавила:
— Вот так-то, хлебобулочное изделие – пирожок ни с чем!
И тут Сашку прорвало:
— А сама-то ты кто? — зловеще спросил он, неожиданно перейдя на «ты».
А дальше началось, вообще, неприличное: об этом он позже будет вспоминать со стыдом.
Действительно, как он, воспитанный и интеллигентный мужчина, мог опуститься до такого?
Хотя, возможно, не опуститься, а подняться: это еще как посмотреть.
А пока зять собрался с силами, набрал в грудь воздуха и произнес:
– И, вообще: кули ты выгибаешься, Бякина? Можно подумать, что ты что-то из себя представляешь со своей давно прокисшей начинкой!
Мария Андреевна изумленно молчала, приоткрыв рот: это было неслыханно! Ей — и это самое кули? Что она – не в курсе, что это означает? Да и Бякина звучало унизительно…
И сделал это Сашка! Который всегда называл ее по имени-отчеству, исключительно на вы и тещенькой, и обращался с почтением.
А зять добавил: Иди, вываливай накопившуюся внутри гниль на своих или жди доченьку: она и слова хорошо знает, и музыку, поэтому тебе подпоет! А я больше все это терпеть не намерен!
После чего ушел в комнату и плотно притворил за собой дверь: ему уже было на все наплевать.
А совершенно оглушенная услышанным Мария Андреевна, немного потоптавшись, ушла.
Хотя Сашка ждал, что она ворвется и начнет привычно гундеть: ну как же — ее же оскорбили! Не просто ответили не тем тоном, а оскорбили, причем, нецензурно.
Но этого не произошло! Может, сработало? И так нужно было поступить давно? Оставалось все уладить с Олей: вряд ли ей все это понравится.
Муж оказался прав: Оле все это не понравилось. Даже больше: девушка ворвалась на кухню и сразу заорала – мамочка ее уже соответствующе накачала.
Сашка молча смотрел на искаженное злобой, когда-то любимое личико, и думал, что ничего объяснять жене не будет.
Ведь, если за все это время она так ничего не поняла, вряд до девушки дойдет и сегодня — глупо надрываться.
К тому же, спокойствие – гораздо ценней последнего слова. Поэтому он молча вышел из кухни в спальню и плотно притворил за собой дверь – уже второй раз за сегодняшний день.
А Оля включила телевизор и стала ждать, когда он придет мириться: обычно это происходило через несколько минут – неконфликтный Сашка совершенно не умел ни ссориться, ни дуться, как уже упоминалось.
Но этого не произошло. Сначала муж перевел ей на карту половину сбережений – по-честному!
А потом собрал вещи с документами и ушел: переночевать решил у друга – родителей и бабушку пока расстраивать не стоило.
А Оля ждала. И когда в телефоне тилинькнуло – пришло СМС: ей на карту упали деньги! — удивилась и обрадовалась одновременно.
Раз перевел такую большую сумму – наверное, хочет загладить свою вину! Ну конечно же! И попросить, чтобы его зайка себе что-нибудь купила! А этой суммы должно было хватить на что-нибудь значительное…
Интересно, на что? Вот сейчас она подуется еще полчасика и обязательно у него спросит! Да, когда он подойдет, в очередной раз, мириться.
Телевизор на кухне продолжал работать, прихожая из кухни не просматривалась, поэтому Сашка с вещами ушел совершенно незамеченным.
А когда девушка, после длительного ожидания, зашла в комнату со словами:
— Ну ты и тормоз! — там никого не было. Как так? А где же муж?
Может, душ принимает, чтобы перед примирением быть чистым? Ведь они потом сразу займутся тем самым… именно в кровати пара мирилась окончательно.
Оля забежал в ванную и там не обнаружила Сашкиной зубной щетки. И началась тревожиться: ведь все знают, что это означает.
Поэтому сразу набрала номер мужа, но он был недоступен. И это встревожило девушку еще больше — он был доступен для нее всегда! И отвечал сразу после второго гудка: «Да, милая!»
А происходящее уже было серьезным и попахивало нехорошим: выяснилось, что ноутбук мужа тоже исчез.
Тогда она позвонила своей маме, которая отреагировала привычным для себя способом:
— Невелика потеря! Стыдно стало – вот и сбежал! Никуда не денется – вернется, как миленький!
Ночевать Сашка не пришел. У свекров его тоже не было. И, вообще, муж пропал с радаров.
А она ждала: даже ужин приготовила. Хотя это обычно делал все тот же Сашка…
Интересно, что же у них тут произошло? Ведь, из маминых слов, выходило, что это он ее оскорбил! Причем, с использованием ненормативной лексики! И начал первый! Но все это так не вязалось с добрым и улыбчивым мужем.
А он подал на развод. И тут выяснилось, что разводиться-то никто, как раз, и не хочет! Ни Оля, ни ее мама. Тогда зачем все это затевалось?
Зачем-зачем? А кто его знает! То ли настроение было плохим, то ли самоутвердиться захотелось, то ли еще почему-то, но факт был налицо.
Наверное, виноват был тот самый Меркурий. Который всегда не ко времени становится ретроградным.
Зять хронически был недоступен. И тогда теща написала и попросила о встрече: дескать, давай, дорогой и любимый зять, встретимся и все перетрем! Мало ли, что в избе бывает: дело – житейское. Я даже согласна извиниться!
Да, теща пустила в ход козыри: точно, сработает! Ведь ни один зять не откажется посмотреть на унижающуюся перед ним с извинениями тещу.
Но Сашка проигнорировал и это: его поезд уже ехал в другом направлении. А вы, дорогие родственники, живите без вкусного пирожка Сашки. И, вообще, Бякины, идите все лесом…
Свекровь раздавала мои закатки как гостинцы, но на банках стояла цена