— А на мне ты зачем женился? — Ане действительно стало любопытно.
— Ребёнок отвлекал меня от моих дел, я не мог полностью зависеть от неё. Сразу понял, что ты — подходящая женщина.
Аня и раньше не была очень общительной, а после развода два года назад превратилась в настоящую затворницу.
Не могла она выдерживать ни сочувственные, ни злорадные взгляды коллег — перешла на удалёнку, благо с её профессией бухгалтера это было несложно.
А ведь они с Артёмом поженились на предпоследнем курсе института по большой любви, очень хотели создать семью, родить двоих детей.
Вот с последним и вышла незадача — оказалось, что детей Аня иметь не может, хотя Артём у неё был первым и единственным мужчиной, и никаких абортов она не делала, и ничем не болела.
Потом были многочисленные обследования, анализы, консультации всевозможных врачей. Бесполезно.
— Я не готов половину жизни посвятить всяким там процедурам и нервотрёпке из-за невозможности иметь собственного ребёнка, — сказал муж. — Я нормально жить хочу, с нормальной женщиной, которая улыбается и радостно встречает меня с работы.
— Тём, ну как же так? — растерялась она. — Мы же любили друг друга, когда женились шесть лет назад, клялись…
— Ань, всё, не начинай, — поморщился муж. — Давай разведёмся, как цивилизованные люди.
А она настолько была оглушена новостью о разводе, что даже плакать не могла, всё для неё происходило как в тумане.
Так в 30 лет она осталась одна — без мужа, подруг и родственников. Собственная мать ещё 12 лет назад вздохнула с облегчением, отселив дочь в квартиру, оставшуюся от бабушки.
Она теперь спокойно могла строить свою личную жизнь.
Единственный человек, с которым Аня хоть как-то общалась, была тренер Алиса в спортзале.
Аня ходила туда, поскольку понимала, что ведёт сидячий образ жизни, а движение необходимо.
— Слушай, тут мужик такой интересный ходит, — однажды сообщила Алиса. — Такой ничего себе, хоть и не качок.
Говорит, что тоже работа у него сидячая — вроде бы он в какой-то лаборатории трудится. Не важно!
А мне кажется, что он жену себе ищет. Поведал тут мне, что один растит шестилетнюю дочь, жена ум.ерла год назад.
— Зачем ты мне это говоришь? — удивилась Аня. Приятельница частично была в курсе её развода. — Я замуж не собираюсь.
— А ты приглядись к нему. Денис его зовут, кстати.
Не стала Аня ни к кому приглядываться, а вот Денис однажды встретил её после тренировки и несколько смущённо пригласил выпить кофе.
Отказывать ему она не стала — может, и правда, пора выползать из скорлупы?
Денис стал ухаживать за ней. Он оказался довольно флегматичным человеком, спокойным и невозмутимым.
Даже о своей покойной жене и осиротевшей без матери Ярославе рассказывал без патетики.
Через семь месяцев он сделал Ане предложение. Она немного колебалась — дочь жениха восприняла её не слишком приветливо — но решила, что со всем справится.
Это оказалось непросто.
Ярослава легко могла её обозвать, как бы случайно облить водой, ненароком испортить одежду…
Причём безобразничала только в отсутствие отца — при нём была практически паинькой.
К слову, Денис с дочерью был строг и, ни разу Аня не видела, чтобы он обнял ребёнка, как-то проявил отцовскую любовь.
Возможно, поэтому девочка в итоге потянулась к терпеливой и ласковой мачехе, и они почти подружились.
Аня переехала к мужу, а свою квартиру сдавала, что тоже позволяло семье не бедствовать.
Раз в год они ездили все вместе на море, на выходные выбирались куда-нибудь — в общем, вели жизнь обычной семьи целых шесть лет (какая-то роковая цифра для Ани).
— Анна, нам нужно расстаться, — однажды заявил Денис. — Я впервые в жизни влюбился и хочу жениться на этой женщине.
— В смысле «впервые»? — опешила Аня.
— Ну, на матери Ярославы я женился, чтобы было где жить. Зарабатывала она хорошо, и я мог спокойно заниматься своими опытами и ни о чём не беспокоиться.
Я даже не стал возражать, когда она решила родить ребёнка — а так-то я к детям равнодушен.
Но я понимал, возраст её поджимал — она же старше меня на семь лет была.
— А на мне ты зачем женился? — Ане действительно стало любопытно.
— Ребёнок отвлекал меня от моих дел, я не мог полностью зависеть от неё. Сразу понял, что ты — подходящая женщина, и тебе можно доверить Ярославу.
— Мог бы няню нанять.
— Что ты? Это ненадёжно и нерационально…
— Ненавижу тебя! — вдруг раздался голос Ярославы. — Ты… Ты… Ты …! Ясно? Ненавижу!
— Славочка! — ахнула Аня, но девочка, которая вообще-то должна была спать, скрылась в своей комнате и заперлась.
А на следующее утро в квартире Ярославы не оказалось, телефон её не отвечал.
Аня судорожно обзванивала подружек падчерицы, Денис хмуро смотрел в окно, периодически вздыхая.
— Что ты застыл?! — не выдержала Аня. — Звони в полицию!
— С ума сошла? Меня же привлекут за ненадлежащее выполнение родительских обязанностей.
Аня ушам своим поверить не могла, ей очень хотелось чем-то стукнуть мужа — привести его в чувство.
Ей помешал телефонный звонок — равнодушный женский голос сообщил, что Ярослава в больнице, состояние тяжёлое.
В больницу они поехали вместе. Аня изо всех сил старалась не нервничать, и даже Денис немного побледнел и был напряжён.
— Её привезли с какой-то стройки, — пояснил врач. — Судя по всему, она упала с высоты всего лишь второго этажа, но очень неудачно.
Мы сделаем всё, что можем, но, возможно, ходить девочка не сможет.
— О, господи! — в ужасе произнесла Аня. — Что нужно? Какие-то лекарства? Обследования? Мы можем её увидеть?
— Пока ничего не нужно. Увидеть её можно будет только завтра. А пока вас полицейские ждут.
Объяснялся с ними в основном Денис, выдав версию, что дочь вышла просто за хлебом, и как оказалась на стройке, он понятия не имеет.
«Глупо, — подумала Аня, — девочка же потом правду расскажет. Или нет? Не станет подставлять отца…»
Пришедшая в себя Ярослава упорно молчала, только выдавила из себя, что папа и Аня не виноваты. Она была явно очень напугана, просто умоляла Аню не уходить и бросала на отца осторожные взгляды.
Никуда Аня не ушла — она проводила с падчерицей сутки на пролёт, в отличие от Дениса, который за месяц появился в палате дочери считанные разы.
«Должен же кто-то работать» — отводил он взгляд.
А потом ошарашил Аню заявлением.
— Я не могу больше ждать, — не глядя на неё, ровным голосом произнёс муж. — Мы с Ольгой должны были уехать ещё неделю назад.
Невозможно больше откладывать.
— Подожди! — удивилась Аня. — Ярославу сейчас никуда нельзя везти. Врачи, конечно, уже настроены более оптимистично и говорят, что после длительной реабилитации она сможет ходить, но…
— Ярославе и не нужно никуда ехать, — перебил её муж. — Мы с Ольгой не готовы заниматься больным ребёнком.
Ольга и так не слишком была рада чужому ребёнку, а теперь это и вовсе невозможно.
— Я не поняла — ты собираешься отказаться от дочери??
— Ой, давай только без нотаций! — флегматичность Дениса резко куда-то подевалась. — Я был вынужден мириться с ребёнком, когда жил с первой женой.
И потом мне не очень-то хотелось остаться на улице — она же дарственную оформила на свою доченьку перед см..ертью! — иначе я бы уже давно… освободился от девочки.
— Господи, я ушам своим не верю… — почему-то прошептала Аня. — Как я могла раньше тебя не разглядеть.
Ты же… …, …, правильно Ярослава сказала.
— Прекрати! — оборвал её муж. — Я заслужил нормальную, спокойную жизнь с любимой женщиной.
— Любимая женщина, как я понимаю, ещё и хорошо обеспечена?..
— Это не твоё дело!
— А Ярослава — моё дело! — Аня сама удивилась своей решительности и просто невероятной злости на человека, которого, как ей казалось, она любила. — Значит, так.
Я не дам тебе развод и вообще ославлю везде, где можно, если ты не поможешь мне Ярославу удочерить.
А потом катись на все четыре стороны! Я ясно выражаюсь?
Денис даже отступил от неё на пару шагов — испугался, наверное, что Аня его при…душ..ит прямо здесь.
Но поверил ей. И Ольге его пришлось уехать одной, пока супруги улаживали вопрос с удочерением, а потом разводились. И от алиментов ему отвертеться не удалось.
Аня не знала, как объяснить Ярославе, что происходит, но та всё поняла сама: «Он нам не нужен, мам», — и отвернулась, скрывая слёзы.
Дочь довольно быстро шла на поправку, удивляя врачей в реабилитационном центре, куда они ездили несколько раз в неделю.
Аня старалась надолго не оставлять Ярославу одну и обычно ждала её с процедур в парке центра.
— Аня? — к ней приблизился тяжело опиравшийся на трость мужчина. — Как я рад тебя видеть!
— Артём? — равнодушно откликнулась она. — Что ты тут делаешь?
— Ой, это длинная история! В аварию попал — жесть вообще! Жена бросила, уехала вместе с сыном, а я тут вот один боролся. Почти победил, — Артём улыбнулся.
— Молодец.
— Слушай, а давай в кафе зайдём, кофе выпьем, пообщаемся, — радостно предложил мужчина.
— Извини, мне некогда.
Аня неспеша направилась ко входу в здание. С предателями ей не по пути.
Наследство отца, что ушел за хлебом